Было время, на журфаке МГУ преподавала древнюю и средневековую литературу такая Курдюмская. Это была бабка легендарная: ещё при жизни! Очень непростой и жёсткий человек, которому сдать даже просто на зачёт было ох как нелегко! Дело своё знала великолепно и относилась к нему как к святыне, которую всякие тёмные лентяи поганят даже своим упоминанием. В общем, за день-два до зачёта в общаге мозговой штурм: как? Как, потому что без заготовленных изысков вообще-то невозможно? И придумали: пошли в "Детский мир", купили там здоровенного пластмассового коня на колёсиках, пустого под тоненькой оболочкой (на всю группу — копейки на каждого! ), в общаге бритвочкой аккуратно прорезали ему в брюхе прямоугольную дыру, но только с трёх сторон, чтобы с четвёртой отгибалась, и сложили в брюхо свои зачётки. Утром все вместе вошли к ней в класс, поставили перед ней на стол коня, откинули "дверку" и высыпали на стол из его брюха зачётки. Вы поняли, нет? Троянский конь!
Она прослезилась от удовольствия, не смогла удержаться. "Ох, спасибо, ребята: так старуху потешили! " И никого даже спрашивать не стала: всем сразу поставила зачёт!
Лет 20 тому наши студенты ездили летом в США по программе “Wоrk аnd Тrаvеl”. Помимо работы удавалось также подучить язык и немного попутешествовать. Один студент сразу был уволен, потом он не мог найти работу. В конечном итоге он психанул, нашёл таких же «неудачников», сколотил из них бригаду, и они начали выполнять строительные подряды. Когда все вернулись в сентябре, делились опытом и тем, кто сколько денег привёз, оказалось, что в отличие от остальных, которые привезли 2-3 тысячи $, он смог сколотить 20К.
Моего руководителя дипломной работы, когда он поступал в вуз, спросили на экзамене: а для кого, по его мнению, Пушкин писал свои стихи - для дворян или для крестьян?
Чуя подвох и каверзу, он долго мялся и оттягивал ответ. Но деться ему было некуда, и он всё-таки нехотя вымолвил, что, к сожалению, наверно, всё-таки для дворян - поскольку крестьяне и читать-то не очень умели.
Ответ оказался неверным, что плачевно сказалось на оценке. Оказалось, что Пушкин, задумывая свои стихи, гениально предвидел грядущую Великую октябрьскую революцию, благодаря которой крестьяне станут грамотными и и смогут наконец-то прочитать его стихи. На этого потребителя своей поэзии он и ориентировался.
Ну, раз уж тут про экзамены, то и я добавлю.
Сдается сопромат. Препод - довольно старый, с нашей точки зрения, слегка за 40 мужик. Кстати, с весьма примечательным для советских времен именем Владимир Ильич Ульянов. Но это не суть, дедок неплохой.
Сдающий садится рядом с ним, лицом к аудитории.
Сажусь и я. Вдруг во время ответа чувствую, что ВИ тихонько толкает меня в бок локтем. Поднимаю глаза, он коротким кивком с полуулыбкой показывает куда-то в аудиторию.
Аккуратно смотрю туда. Перед нами в мини-мини юбке сидит наша записная троечница Галочка, и перебирает под столом бомбы, листов двадцать.
А передней панельки у того стола почему-то нет...
Ну, что под юбкой, на третьем курсе совсем не новость.
Понимающе улыбнувшись, продолжаю бубнеть, думая, что вот же Галка попала с тими бомбами.
И только достигнув преклонного возраста того Владимира Ильича я кажется начал понимать, на что мне он показывал. Воистину, "жены стареют, третьекурсницы - никогда! ".
Воистину, "жены стареют, третьекурсницы - никогда! ".
Был я когда-то студентом, и был у нас на первом курсе преподаватель - вел линейную алгебру и дифференциальные уравнения. Шустрый такой дедок. Звали его Борис Ильич Фридлендэр.
И вот идет лекция у всего потока, большая высокая аудитория. Он рассказывает, что-то пишет на доске. А с верхних рядов особо одаренные пускают самолетики...
И один самолетик втыкается в доску как раз рядом с его головой. У всех мысль - Ё-ё-ё...
Борис ильич оборачивается, откладывает мел, снимает очки и выдает:
- Вот вы все читали книгу Маугли. Ну, может кто не читал, но хотя бы мультик видел... И была там одна пантера по имени Багира. Как то раз пришла в джунгли засуха, и большая река превратилась в маленький ручеек. И все звери - и травоядные, и хищники - приходили на водопой, и никто никого не трогал. И Пантера как-то раз пришла на водопой, а перед ней в ручейке прыгал и плескался ягненок, и мутил воду. Она ему ничего не сделала, не съела. Она просто посмотрела на него и запомнила. .. Так я это к чему - скоро сессия...
Вновь про студенчество.
Кроме Чунчика в комнате общажной жил четвёртым - Лисёныч. Вообще-то он Павел Семёнович,но так уж назвалось. В соседней комнате жил Митя-Чайник, который обычно утром всегда приходил к нам в комнату, когда все спят, нёс всякую чушь, все четверо его дружно посылал нах, он отвечал тем-же..И это была традиция ! Наша комната считалась очень культурной и интеллегентной, все это знали. Очередное утро, Митя-Чайник приходит, рассказывает про погоду, мы его нах...соответственно сонными голосами, но почему-то только втроём, Лисёныч промолчал, да и Митя не ответил...Дружно поднимаем головы и видим картину, на кровати у Лисёныча сидит приехавшая рано утром мама и ошашело смотрит на очень культурных мальчиков-соседей своего не менее культурного сына )
Когда-то этот случай заставил улыбнуться группу из 20 человек, может, хоть кто улыбнется и здесь.
Дело было в конце 90-х в университете...
Только-только открыл для себя классическую музыку и, благодаря своему преподавателю, бескрайний мир зарубежной литературы.
И вот, на какой-то паре, сижу в средних рядах, стараясь не отсвечивать, слушаю в наушниках одну из девяти симфоний и читаю "Чайку по имени... ".
Лектор решил обратить свое внимание на наглого студента и спросил "Ну, и что слушаем? " Не заметив, как он подошел, мне оставалось честно ответить:
- Бетховена
Некоторое недоумение преподавателя и, через паузу:
- А кого читаем?
- Баха.
Полное недоверие с подозрением на насмешку, проверка обложки книги, проверка музыки из наушников и я был милосердно оставлен безнаказанным. Всему выпуску филологического факультета 01 года - привет.
Всему выпуску филологического факультета 01 года - привет.
Учились мы в университете. Аудиторий было мало, потому номер аудитории ставили в рассписание занятий непосредственно перед парами. Вот однажды препод интерисуется, мол поставили уже номер аудитории в рассписание или еще не стоит. Группа естественно не знает и все внимание переключается на меня т.к. я староста. А я отвлекся и не был в курсе происходящего вокруг меня. Одна из одногруппниц меня спрашивает: "Ну, что стоит?" Увидев мое изумление выпала вся группа и препод тоже!
Январь 1992 года. Только что распался СССР. Второй семестр универа, предмет "Государственное право СССР". Приходим на первую пару. Заходит препод и заявляет:
- Государственного права СССР уже нет. Учебник по госправу России еще не написали. Изучать нам нечего, всем зачет автоматом. В сессию придете с зачетками. И ушел. В сессию действительно поставил всем зачет автоматом.
И ушел. В сессию действительно поставил всем зачет автоматом.
Столовая в универе в Германии. Здание информатики и математики.
- Почему у вас вся еда острая? Немецкие блюда обычно неострые, - спрашиваю я у повара.
- Так у клиентов острая, - говорит добродушный пухлый немец и кивает на очередь сплошь из индусов и китайцев.
Старый-старый анекдот для затравки:
Кафедра русского языка.
Две доцентши, одна курит, вторая разгадывает кроссворд.
— Мария Ивановна, — "Полный крах всех надежд" — шесть букв, вторая "и"...
Курящая долго думает, потом:
— Ну, не может быть! в газете?
— Да.
— "Пи[c]ец"?!
— Подходит...
— Софья Марковна, вот вы доктор наук! "Полный крах всех надежд? , шесть букв, вторая "и"?
— "Пи[c]ец"! Однозначно!
— Ну не может же быть в российской газете — "пи[c]ец"!
— Сейчас все может быть!
Входит аспирантка Машенька, юное невинное созданьице.
— Вот молодежь все знает! Машенька, полный крах всех надежд, шесть букв, вторая "и"! У нас только один вариант — "пи[c]ец"!
Машенька краснеет до корней волос и шепчет:
— Фиаско.
Остальные хором:
- Ну пи[c]ец!
А теперь история: Разгадывал я кроссворд, и что удивительно, именно в "Российской газете". И попадается мне там "мохнатое золото". Полез в интернет. Интернет сообщил, что "мохнатое золото" - это девушки эскорта. Не подходит. У многих спрашивал, множество скабрезностей наслушался. И только одно юное невинное созданьице открыло мне глаза, что "мохнатое золото" - это пушнина.
В связи с днём рождения ЕБН вспомнилось:
Наш учитель истории Счислёнок Сергей Моисеич (царствие ему небесное в пределах Сиона), рассказывая о расколе в РСДРП наставлял нас - восьмикласников середины 80-х:
- Фамилии раскольщиков запонить очень просто по первым буквам:
Плеханов
Изельбегович
Засулич Дрейч Аксельрод Сколько лет прошло - до сих пор помню
Дрейч
Аксельрод
Сколько лет прошло - до сих пор помню
Отмечали в отделе юбилей Виктор Петровича, скромного труженика на еще оставшихся кочках российской электроники. Когда тепло от пожеланий и тостов уже наполнило собравшихся и глаза их заблестели, настала пора баек и приколов из пролетевшей жизни. Было и от Виктор Петровича, или просто Вити, если соотнести его со временем байки.
“ездить на шабашки”, если кто не знает. Пахали на этих шабашках весь световой летний северный день, как крестьяне в страду, когда “день год кормит”.
Строили они как-то дорогу. Щебень для нее возили из огромной кучи, наваленной на ближайшей станции. Витя с напарником лопатами загружали в подъезжающие машины щебень в темпе “бери больше, кидай дальше, пока летит - отдыхай”. Невдалеке рылись в той же куче щебня корейцы.
Большинство русского языка не знало, но толмач (кореец, кое-как по-русски говорящий) объяснил, что они из КНДР (Северной Кореи). Почему или по какому хозяйственно-военному договору-обмену они у нас обретались, Витя не понял, да и не важно.
Работали корейцы как корейцы, то есть спин не разгибая, но наши им не уступали. Или даже наоборот. Витя как–то, пока машин не было, спустился к водопроводной колонке лицо ополоснуть. Толмач наполнял водой ведро. Он, взглянув на Витю, уступая место у водопоя, покачал головой и сказал сочувственно, как умудренный брат младшему неслуху:
” Что тьяжело? ... Тьяжело! Воот ведьь, учиться надо было! ”
Виктор Петрович рассказал эту байку последний раз лет пятнадцать тому назад, потому что теперь засмеялись только те, кто, скажем так, помнил песню Пахмутовой “Яростный стройотряд”. Юная Нина, новый конструктор, спросила, правильно ли она поняла, что они работали летом “как, …, ну как таджики сейчас”, и на этот летний заработок можно было потом весь год, ну, просто ничего не делать?
Виктор Петрович вздохнул, кивнул и больше ничего не рассказывал.
Он вспомнил сегодняшнее утро, седого таджика в бригаде гастарбайтеров, ломами ворочавших блоки поребрика перед проходной института. Он случайно встретился с ним взглядом, и они почему-то кивнули друг другу. Виктор
Петрович теперь знал почему: Они были из одной пропавшей страны, из одной общей молодости и, оба знали одно, и тоже их общее:
Меняем реки, страны, города...
Иные двери... Новые года.. . И никуда нам от себя не деться, А если деться - только в никуда.
И никуда нам от себя не деться,
А если деться - только в никуда.
Я — католик. Католик-полуфабрикат. На службу хожу по принципу «один раз в квартал — и можно считать, что ты молодец». Да, это мой личный, очень гибкий график спасения души.
Однажды к нам заехал нунций ((от лат. nuntius - вестник), постоянный дипломатический представитель Ватикана в иностранных государствах, приравниваемый по рангу
У нас в церкви демократия: отец - наш, народный, может и пошутить на проповеди, и спросить о чём-нибудь. Иногда даже ненадолго выходит со службы, если там ЧП — но это, к счастью, нечасто.
После проповеди нунций (приветливый, но глаза хитрые) спрашивает:
— А что, отец Диего вас испанскому учит?
И тут грянул хор женской обиды:
— Не-е-е-ет! !
Тон был такой, будто им тут год обещают испанский дворец, а дали только шиш и ни шиша.
Я, как главный дипломат-самозванец, решил спасти репутацию нашего падре:
— Учит, учит!
*(Тут нужно маленькое отступление. Несколько дней назад одна прихожанка принесла разговорник, и мы с ней вызубрили две фразы. Две! Когда мимо шёл отец Диего, я решил пообщаться с носителем языка:
— Буэнос диас, падре!
— Буэнос диас.
— Буэнос ночес.
— ? ?
Всё. Слова закончились. Диалог состоялся. Хорошо пообщались. )*
Нунций поворачивается ко мне:
— Учит, да?
— Да, учит.
— Подойди сюда, пожалуйста.
Я выполз. На нас внимательно смотрит вся церковь. Словно мы сейчас будем спектакль на испанским разыгрывать.
— Ну, раз учит... Назови нам испанский алфавит.
Мой мозг заскрипел ржавыми шестерёнками:
— А-а, не-ет. До алфавита мы ещё не дошли.
Все легли. Был бы рядом колодец, я бы от стыда прыгнул в него не задумываясь.
Нунций, истинный дипломат, решил дать мне уйти красиво:
— Хорошо. Назови первую букву.
— А?
— А последнюю?
Я вопросительно смотрю на отца Диего.
— Z? — прошептал я.
Тот еле заметно кивает.
Нунций улыбнулся и отпустил меня с миром и позором. Я дал дёру и не остался даже на финальное благословение.
С тех пор у нас это классика юмора. Меня несколько лет уже, нет-нет подкалывают:
— Ну как там твой испанский?
Finita.
P. S. Моему постоянному читателю, критику и защитнику, Соломону Марковичу, горячий привет.
Случилась эта история в один из студенческих праздников. Моя группа в почти полном составе привалила в общагу веселиться. Знающие люди могут понять, что значит 25 человек в комнате 3*7 - это когда все вплотную друг к другу. Ну, а на то время в общаге работал молодой, не в меру энергичный комендант, целью жизни которого было устроить из нашего
Так то ...