Учебные истории

В соответствии со стандартами своей профессии Ирина Геннадиевна свято верила, что совместный труд для общественной пользы способен облагородить не только обезьяну, но даже школьника, поэтому однажды, после снегопада, она поставила человек шесть-семь "хулиганов" перед фактом: они уйдут домой только после того, как очистят от снега площадку за школой.

Если верить масштабу на гугль-картах, длина школьного здания метров шестьдесят. Ширина асфальтовой площадки - около десяти. Выпавший снег немного не доставал до колена; не помню, каким тогда был мой рост, но предположим для определённости, что толщина снега была 35 см. Плотность свежевыпавшего снега порядка 200 кг/м^3. Перемножив и поделив, получим, что каждому из участников мероприятия требовалось перетащить и перекидать по шесть-семь тонн снега; в общем - было чем заняться. Тем больше было возмущение нашей уважаемой учительницы, когда едва через полчаса компания хулиганов отрапортовала ей, что работа закончена. Пришлось приложить некоторые дипломатические усилия для того, чтобы убедить её перестать говорить "чушь! " и таки выглянуть в окно. Выглянув, она ещё несколько раз то обводила глазами наши честные лица, то снова выглядывала, а потом накинула пальто и отправилась инспектировать площадку вблизи. По её лицу было видно, что даже после инспекции она нам не верит, но что сказать - просто не знает. Поэтому пришлось отпустить по домам.

Ну а весь секрет ситуации был в том, что маткласс тоже верил в стандарт своей профессии: "Машина должна работать, а человек - думать". Поэтому шесть-семь "хулиганов", едва выйдя на улицу с лопатами, первым делом облепили и остановили оборудованный снегоотвалом "ЗиЛ": "Дяденька, пожалуйста, помогите, вам же не трудно... " - и на самом деле основное время уборки ушло на то, чтобы сбегать за мётлами и тщательнейшим образом убрать следы колёс с тонкой корочки слежавшегося наста поверх асфальта.

из-за бешеной нагрузки. Я, например, кроме сплошной учебы изтех полутора лет почти ничего и не помню. Естественно, такие условия выдерживали не все: унекоторых за это время появлялись первые симптомы нервных и/или психических расстройств,которыечасто обострялись впоследствии. По полуофициальной статистике, за первые три года учебы в МИФИсходило с ума по одному студенту на группу, т.е. где-то процентов 4-5. Причем народ "уезжал"почему-то в основном на гуманитарно-философских проблемах - один мой знакомый спятил на ученииТолстого (который граф), другой сначала "рерихнулся", а потом перешел на йогу. Вообще, как нистранно, МИФИ со своим клубом Рокуэлла Кента всегда был своеобразным рассадничком легкой шизы -достаточно вспомнить, что одна из баз "Аум Синрике" была как раз там. Впрочем, это уже лирика.И надо сказать, что в те уже далекие времена совершенно неизбежным фактором учебы в любом вузебыло наличие таких, с позволения сказать, "предметов", как "История КПСС", "МЛФ -марксистско-ленинская философия", "Научный (?!) коммунизм" и пр. Предметы эти преподавались наполную катушку - лекции с переписью населения в конце пары, семинары, курсовики, коллоквиумы..Хорошо еще, лабораторок не было. Или были у кого??! И была еще такая штука, как конспектыпервоисточников, причем задавали их в таком количестве, что не то что сделать их - сами этипервоисточники немыслимо было прочитать. Понятно, что большая часть народа просто откровеннохалтурила. Но не все...

Учился в одной из групп факультета "Т" - теоретической и экспериментальной физики - некийчувак, к которому это не относилось. Конспекты у него были просто на диво: выполнены разнымицветами, с выделением абзацными отступами, шрифтами, чуть ли не гипертекстными линками. Привсемпри этом он еще и понимал все, что там написано, и мог болтать на разные идеологическивыдержанные темы часами. Естественно, он автоматически стал любимчиком соответствующих препов.Но такие вещи не проходят бесследно для организма - стал он жаловаться на постоянные головныеболи, что у него времени на физику (на Т-факультете!) не хватает, в общем, первый звоночекпрозвенел.

И вот настал ТОТ день. Ситуация: идет семинар по некоей такой дисциплине (допустим, МЛФ),вызванная отвечать студенточка несет какую-то фигню, а преп, морщась, слушает ее лепет.Наконец,ему это надоело, он усадил подругу на место и вызвал нашего чувака. Тот вышел к доске и началтрепаться, а преп спокойно расслабился. Зря он это сделал: минут через 5 он понял, что что-тоидет не так, как надо, и повернулся к доске. А там чувак, не прекращая своей правильнойболтологии, рисует на доске уровни, сажает на них понятия типа "производительные силы","классы"и соединяет их переходами с аналогичными подписями типа "производственные отношения" и"классовая борьба". Далее имеет быть следующий диалог:

Преп (офигело): Простите, а откуда вы это взяли?

Чувак (гордо): Я творчески переработал наследие классиков и создал... КВАНТОВУЮ ТЕОРИЮМАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА !

Чувака того увезли прямо с семинара и о дальнейшей его судьбе история умалчивает.

PS. Потом после этого народ гордо говорил: "Так сходят с ума только в МИФИ!"

PPS. А может, зря его так? Классическая-то теория провалилась, так может квантоваявыдержалабы?!

лес и скалы, по которым лазили-тренировались скалолазы. Наше место было под скалой, неподалече. Ну вот пришли мы на место, поставили палатку, поужинали-попраздновали. А надо сказать, что среди нас была девочка Марина, за которой ухаживали почти все наши мальчики. И отказать ей в чем-то они не могли. Она этим пользовалась и, надо заметить, не чрезмерно. Ну так вот, уже ночью заползли мы в палатку и расположились по спальникам. Тут Марина вспомнила, что еще днем в костер был положен камень, который уже нагрелся и его можно закатить в палатку и положить в ногах, чтобы было тепло. Это дело она доверила Сереже, который к тому времени сильно перебрал и уже с трудом соображал. Ему было велено взять пустой рюкзак, положить в него камень и внести это добро в палатку. Сережа все исполнил. Через некоторое время мы начали ощущать какой-то запах. С каждой минутой он становился все мерзее. Источник запаха никак не устанавливался, поскольку пахло уже во всех углах и местах палатки одинаково. Какое-то время мы терпели, пытаясь проветрить палатку. Но тогда становилось холодно (в Иркутске в мае еще и снег бывает). Промучавшись полночи, мы плюнули и стали выползать на свежий воздух, подышать. Все вроде продышались, но после этого стало вообще невозможно вернуться в газовую камеру. Так мы и коротали ночь у костра. А в палатке остался спать, по-моему, только несчастный Сережа. Наутро запах в палатке немножко спал. Мы ее проветрили и вновь начали искать источник вони - безуспешно. Обнаружился он только к обеду, когда мы решили снова закатить камень-грелку в костер. Андрюша, которому принадлежал пустой рюкзак, полез за камнем и начал громко материться, ржать и нечленораздельно мычать (все это одновременно). Разобрать можно было только два слова: "Мои портянки". Как уже, вероятно, поняли читатели. В рюкзаке лежали портянки, отнюдь не свежие и не чистые, а наоборот, изрядно поработавшие на своем веку. От камня они нагрелись и стали отдавать природе все взятые у нее и у хозяина запахи.

картированию" я в общаге слушал Высоцкого, а потом просто захлопнул лептоп и побежал на пару.

По идее все аппликации должны были выключится. Но не выключились.

Профессор уже закидывал офигевших студентов терминами, формулами и теориями, когда я открыл лептоп и на всю аудиторию понеслось "Чуть помедленнее, кони". Русский профессор удивился, но стал говорить медленнее.

Я судорожно бил по клавишам, но комп завис и не реагировал.

- взаимное расположение генов в хромосомах определяли по частоте кроссинговера - как ни в чем не бывало продолжил Профессор.

- "Товарищи ученые, доценты с кандидатами. Замучились вы с иксами, запутались в нулях. Сидите, разлагаете молекулы на атомы, Забыв, что разлагается картофель на полях" - Очень в тему спел Владимир Семенович. Я сам почувствовал себя разлагающимся картофелем на поле мировой генетики.

- Топоизомеразы разрезают спираль ДНК, уменьшая уровень суперскрученности - не сдавался профессор.

- "Товарищи ученые, кончайте поножовщину. Бросайте ваши опыты, гидрид и ангидрид. Садитесь на автобусы, валяйте к нам в Тамбовщину, А гамма-излучение денек повременит" - Издевался над нами компьютер.

К этому времени мы уже понесли определенные потери. Трое студентов покинуло зал. Двое спрятались под парту. Один тупо ржал в углу и единственный, кроме меня, русский студент тихонько подпевал. Высоцкому, не профессору. Я жахнул по лептопу кулаком.

- Иногда в генетическую репликацию закрадываются мутации, которые потом срывают лекции. - прокомментировал профессор.

- "Товарищи ученые. Не сумневайтесь, милые. Коль, что у вас не ладится, ну там не тот эффект, Мы мигом к вам заявимся с лопатами и с вилами, Денечек покумекаем и выправим дефект" - Успокоил меня лептоп и выключился. И вот этого - оглушающей тишины и ожидания двух десятков человек, я не выдержал и бросился вон из аудитории.

Через две недели я сдавал экзамен. В отличии от большинства курсов, на этом профессор принимал экзамен лично. А это охренеть как плохо, потому что мне кровь из носу нужно было получить 90 (5 по советской системе).

"Ну что ж " - зловеще протянул профессор. "По ответам у вас выходит 85. Минус 5 баллов за сорванный урок. Плюс 10 - за любовь к Высоцкому. Итого 90".

Так что спасибо вам, Владимир Семенович. Не только за оценку : )

двух таких мастеров.

Когда С-ты. придумали приносить с собой "бомбы", то есть написанные ответы на листах (принес, незаметно достал из пачки и сдал экзамен), то П-ды. вынуждены были как-то отвечать (обыскивать экзаменующихся, заставлять их снимать пиджаки), а кое-кто решал вопрос кардинально - расписывался на пустых листах входящих С-тов. И тут вариантов у С. оставалось немного, а точнее один - незаметно достать "бомбу" и переписать содержимое на чистый лист с автографом П.

И вот на одном из экзаменов сошлись в смертельной схватке Мастер-С. и Мастер-П. У каждого за плечами столько-то и столько-то боев и ни одного поражения. Мастер-С. специально тренировался перед экзаменом, хотя мастерства ему было не занимать - он творил буквально чудеса списывания. А у Мастера-П. было свое ноу-хау - он, конечно же, расписывался на чистых листах, а потом запускал в аудиторию 6-8 С-тов., садил их на передние парты, а сам садился сзади них на какой-нибудь парте или просто стоял возле стены. Малейшее движение становилось предметом пристального наблюдения. Верящие в свою удачу "фартовые" тут же отлавливались и с позором изгонялись, слабонервные вставали, клали на стол Мастеру-П. пустые листы и, тем самым признав свое поражение, уходили с экзамена. Списать было невозможно - он даже экзамен принимал не за столом, а за какой-нибудь задней партой. По общему убеждению - не пропустить списывающего С. было для него более важным делом, чем экзамен.

Но и наш Мастер-С. был не лыком шит - он сумел достать "бомбу", переписать 90% ответа и был буквально в миллиметрах от успеха, но одно неверное движение - и вот уже Мастер-П неумолимо, как пи%дец , приближается сзади, готовый накинуться на неучтенный лист бумаги, разоблачить негодяя и торжествовать победу. Вальяжная медлительность и самоуверенность сыграли злую шутку с Мастером-П. Интуитивно почуяв неладное, Мастер-С принял единственно правильное решение - он вдруг дико закашлялся, потом схватил "бомбу" и стал в нее сморкаться и отхаркиваться и в конце концов скомкал этот лист бумаги и кинул под парту. Мастер-П. просто окаменел, застыв с протянутой рукой - достать и развернуть скомканную бумажку было хуже поражения, а Мастер-С., выждав паузу, скромным голосом сообщил, что он к ответу готов...

Результатом сражения надо признать ничью. Мастер-С. получил тройку, хотя написанный ответ тянул не меньше, как на 4. Но и двойку Мастер-П. поставить не посмел - достойного противника надо ценить.