Случаи в транспорте

спрос на услуги такси. Выезжаю я подработать деньжат и тут жена решила поехать со мной, мол говорит, я потихонечку буду сидеть, очень хочется посмотреть, как народ празднует, дома скучно и т. д. Возможно думала, что я еду на ночь глядя, не совсем работать...

Останавливают меня трое парней, говорят район, куда ехать, договариваемся о цене. Жена садится вперед, они все трое - на заднее сиденье. Пока едем - мат-перемат, пару раз просил их при девушке быть культурнее, но действия это не возымело. Из их разговора стало понятно, что они спортсмены-футболисты. Привез их по указанному адресу, первый выходит - говорит, что расплатится последний, последний, что деньги у тех, кто вышел, - классическая схема развода таксиста. Спускать такое я был не намерен, поэтому вышел за ними, догнал и потребовал денег, в процессе переговоров в ответ, на вопрос "А то че? " я сказал, что сейчас позвоню друзьям таксистам они приедут на подмогу и у них будут неприятности. Видимо, поэтому меня сразу не послали, а сказали, что у них крупная купюра, сейчас они в ларьке купят пива разменяют деньги и отдадут мне, что мне причитается. У ларька очередь - народ празднует, несмотря на поздний час людей на улицах не мало и алкоголь расходится на ура, стою жду. Купили мои пассажиры пива и двинулись вглубь района, как будто меня и не было. Догоняю опять с требованием рассчитаться, а в ответ с издевкой: "Извини, чувак, все потратили, тебе денег не хватило". Тут у меня нервы не выдерживают и я бью в лицо тому кто это сказал, самому крепкому и рослому. В челюсть не попал, парень был действительно крепкий, поэтому он остался на ногах, слегка потрясенный, начал рассказывать на русском матерном, потирая затекающий глаз, какие кары меня сейчас постигнут, остальные двое начали потихоньку обступать меня, занимая удобные позиции, сразу они не накинулись, видимо, потому, что с виду я хоть и мирный, но росту во мне 2 метра и в детстве приходилось часто драться, именно поэтому, я понимал, что с любой подготовкой против троих побеждают только в кино. Достаю из кармана телефон (тогда это была редкость, дали на работе на экстренный случай и звонок стоил приличных денег) делаю вид, что набираю номер и говорю в молчащую трубку, мол, Вадик, тут наехали на меня, приезжайте помогайте. После этого еще минута-другая пререканий и начинается драка, футболисты нападают, я отмахиваясь отступаю к машине. Постоянно рву дистанцию, чтобы не нападали сразу все. Свалить в ужасе не дает моя мужская гордость. Супруга, которая до этого сидела на пассажирском сиденье, а когда началась драка, выбежала из машины и начала, что-то кричать на счет того, что бы они от меня отстали и, что она вызовет милицию. Я продолжаю пятиться к машине, отбиваясь от соперников, когда уже отступать было некуда, вижу боковым зрением: рядом с моей машиной с визгом тормозит девятка. Оттуда выскакивают четверо крепких, коротко стриженных ребят и бегут ко мне. Пронеслось в голове: "Вот и п... конец мне, сейчас меня убьют". Однако ребята пробегают мимо меня, и начинают жестоко и профессионально, избивать, (по-другому не скажешь) моих соперников. Результат: два тяжелых нокаута, третий еле ноги унес. Парни спокойно уходят, проходя мимо меня говорят: "Братан все нормально? Едем мимо, смотрим обижают парня, рядом девушка бегает и кричит, думаем, дай разомнемся". Сказал им спасибо за помощь и парни уехали, так же быстро как появились.

Нам тоже не было смысла тут задерживаться. Когда мы ехали назад я сказал жене: "Теперь эти парни всегда будут платить таксистам! ". Ведь со стороны выглядело так, как будто помощь пришла через пару минут после звонка.

словно чугунные, шлемы. Ребята презрительно называли их горшками и надевали крайне неохотно.

Однажды Сергей на стареньком "Ковровце" со своим другом Андреем отправились на свидание к подружкам в соседний райцентр. На спуске перед мостом через Дон находился пост ГАИ: маленькая тесная будочка, напоминающая дачный сортир. Там их тормознул хмурый пожилой старшина. Брезгливо повертел в руках документы и "за управление транспортным средством без защитного шлема" содрал трояк, что тогда в переводе на кир означало: бутылка водки и плавленный сырок...

Вечер провели весело, но собравшись назад, вспомнили о неизбежном рандеву с нахрапистым ментом, а спасительного трояка уже небыло. Подружка Андрея, хохмы ради, предложила надеть на головы кастрюли, мол в темноте сойдут за шлемы. А Серёгина барышня внесла дельное предложение: вынесла из дома старый футбольный мяч, распанахала его попалам, и получились два отличных шлема. Но когда мчались по мосту, у Андрея "шлем" сдуло ветром прямо в Дон.

Несмотря на темень, знакомый старшина не дремал. Трояки на дороге не валяются, они лихо мчатся по дорогам. Своим полосатым орудием труда он приказал друзьям остановиться. На этот раз настроение у него было подозрительно приподнятым, и дышать он старался в сторону.

Обращаясь к Андрею, мент начал обычную прелюдию к вымогательству: "Ты думаешь в правительстве дураки сидят и указы от фанаря сочиняют? Ошибаешься! Оно, родимое, о твоей дурной башке печётся. Вот твой приятель свою бошку бережёт,- он указал жезлом на Сергея, - и правильно делает. Наши шлемы - броня, любой удар им нипочём, смтотри!" - и с этими словами он своей увесистой полосатой дубинкой так звезданул Серёжку по кумполу, что тот, как подкошенный, рухнул вместе с мотоциклом и пассажиром. Минут двадцать мент с Андреем его отхаживали, и только стакан розового портвейна, заботливо поднесённый сдрефевшим ментом, окончательно привёл его в чувство.

пропустил я нужный мне поворот и захотел, соответственно, развернуться... Фишка в том, что улица довольно узкая. И вот, начинаю я разворачиваться и слышу сзади дикое гудение клаксоном... Смотрю - обгоняет меня "Мерс" и останавливается, подрезая мне путь. Я пытаюсь его объехать, но этот номер не прошел. Останавливаемся. Из "Мерса" вываливается этакая репа, вся в перстнях, в общем, круче него только его яйца, и развязно подходит ко мне, начиная гнуть пальцы, дескать, я его машину чуть не убил, что я мог попасть на "та-а-акие ба-абки...". Короче, хочет, чтоб я ему за моральный ущерб отвалил 100 штук (по тем временам - 1994 год - огромные для меня деньги). Я молчу. В голове совершенная пустота, ни одной мысли. И тут я, сам того не ожидая, выдаю фразу:

- Мужик, вали отсюда! Я тебя прощаю...

И замолкаю. Реакцию "репы" описать трудно. Он стоит и явно крышу пытается поставить на место, но у него это не получается - такой наглости он еще не видел. Не знаю, чем бы все это могло кончиться, но тут из "Мерса" доносится дикое ржание его братвы. Чувак стоит и не знает, что делать. Потом так легонько толкнул меня в плечо, сел в "Мерс" и уехал, а я долго обалдело смотрел ему вслед...

года. После аварии на Фукусиме она на месяц-другой прилетела с дочкой в Россию, подальше от неизвестности. Как-то сидел я у них в гостях и ее мама рассказывала, как она первый раз туда в гости приезжала, на внучку посмотреть. Поставила она кассету с видео, которое тогда же снимала. Первые двадцать минут, пока разговаривали, фоном шел пейзаж Японии. Она в аэропорту села в машину, включила камеру и направила ее в окно машины. И тут я обратил внимание, что за все это время камера ни разу не дрогнула. Под колеса не попались ни одна кочка или ямка. У нас я могу вспомнить только одну дорогу, на которой машина так же плавно едет, это Рублево-Успенское шоссе, оно хоть и узкое, по одной полосе в каждую сторону, но ровное.

А потом знакомая рассказала, как на втором году жизни в Японии ездила знакомиться с родителями будущего мужа, которые живут где-то в провинции. За рулем сидел жених, ехали они в японскую глубинку по такой же узкой и гладкой дороге, по которой две машины в час попадались, не больше. Впереди мелькнул какой-то временный знак, через сотню-другую метров еще какой-то временный знак и табличка с иероглифами. По-японски она тогда уже понимала, но читала еще с большим трудом, поэтому не разобрала, что там написано. Перед последним знаком молодой человек начал притормаживать и посмотрел на нее с хитрой улыбкой, словно намекая: «Сейчас развлечемся! » И тут из кустов метрах в пятидесяти от дороги из кустов выскочил мужчина и, на ходу натягивая и застегивая штаны, побежал к ним. Он подбежал к машине, молитвенно сложил руки и начал кланяться, униженно за что-то извиняясь. У него был такой раскаивающийся вид, что, казалось, дай ему меч и он сделает себе харакири, избавляясь от позора. Она прислушалась и поняла: впереди на дороге была небольшая по нашим меркам, но огромная по японским, с тазик размером, свежая выбоина. Знаки предупреждали о том, что впереди опасность. Пока ямку не успели устранить, возле нее был поставлен дежурить этот японец, чтобы – внимание! – показывать водителям, как ее лучше объехать. А тут он ненадолго отлучился по естественной надобности, и могло случиться непоправимое – вдруг водитель не заметит три предупреждающих знака, растеряется перед внезапно появившейся на дороге выбоиной и не сориентируется, как ее правильно объехать!

снится в кошмарах. Он ежедневно занимался в финтесцентре, ходил на солнечные ванны, был одет всегда по последней моде и просто обожал различного вида гаджеты.

Хотя на фирме он, понятное дело, никогда ничего не решал. Все сколько-нибудь значимые проблемы я обсуждал через его голову с его отцом. Этот факт моего шефа очень ранил и он постоянно пыжился убедить всех и вся, что именно он и есть тот пуп земли, вокруг которого и вращается наша Галактика. Короче, он был сорокалетним мажором под крылом богатого папочки, ничего не понимающий ни в делах фирмы, которой он как будто бы управлял, ни в жизни вообще.

И вот весной 2008 едем мы с ним в командировку в Германию в Кайзерсляутерн. Секретарше дан приказ заказать нам в прокате аэропорта Франкфурта самый быстрый автомобиль, чтобы «с ветерком по автострадам прокатиться!». А ещё всем объявляется о планах купить себе в Германии супер-пупер высокоточные швейцарские механические часы Breitling с турбийоном. Это чтобы значит они ещё точнее точного шли. Часы уже найдены по интернету, хозяин магазина нас будет ждать. Стоимость – 115 тонн евро. Все в полном а[ут]е.

Прилетаем в Германию, идём в Sixt, где машины напрокат берут и получаем заказанный секретаршей Porsche Carrera. Идём к машине – и видим, что в её миниатюрный багажничег не помещаются наши чемоданы! Спускаемся опять вниз и просим машину побольше, но тоже скоростную. И получаем BMW 7-ку с навигатором.

Задаём адрес в навигатор – и приезжаем в магазин, где нас уже дожидается Breitling. Хозяин магазина подсуетился и предоставил нам продавца-еврейчика, очень неплохо говорившего по-русски. Он просто боялся, что мой шеф будет скидку слишком большую за часы простить. Но не тут-то было. Едва увидев часы, шеф тут же достал конверт и выложил на стол 230 пятисотевровых купюр. После подгонки ремешка под руку шефа он их одел прямо в магазине и мы, попрощавшись с счастливым хозяином, вышли на улицу.

«А теперь давай погоняем! » сказал мне шеф! Я задал в навигатор адрес отеля – и мы поехали.

В Германии вообще-то ограничений скорости на автострадах почти нет, но всё равно шибко не погоняешь. Машин слишком много. Много грузовиков еле тащатся. Ещё хуже когда один грузовик начинает другой обгонять и едут все за ними 80 км/ч полкилометра... Короче, шеф весь на гавно изошёлся, пока мы не отъехали подальше от Франкфурта и стало попросторнее.

Ну надавливает он на газ – и скорость 200, 220, 250... Уже страшно становится с непривычки... Шеф в руль вцепился и дальше на газ давит... 270, 280. Всё. Газ уже до упора. Быстрее машина уже не едет. И дорога ровная как стрела и на ней почти никого. Едем на максимальной скорости и тут видим, что впереди нас один грузовик начинает другой обгонять. Шеф начинает отчаянно сигналить, тормоз выжимается до самого асфальта под жуткие маты. Плетёмся долго-долго за грузовиком, который всё никак обогнать не может... И вот грузовик начинает медленно уходить вправо, уступая нам левую полосу. Шеф даёт по газам, открывает окно, высовывает руку и показывает водителю грузовика фак. Нет, ФАК или даже ФФФАААККК. И не только фак показал, но и подёргал рукой интенсивно, показывая, как бы он этого водителя, такого-сякого отымел. И ещё посигналил. И ещё. Звучный такой сигнал у БМВ...

И в этот момент новенький Breitling слетает с его руки. Я оборачиваюсь и вижу, что часы падают за нашей машиной. Увидел не только я – но и водитель грузовика тоже. Он резко взял влево – и проехался по часам всеми шинами левой стороны своего грузовика. И ещё ревун включил тутутутуууууууу! И руку вытащил из окна. Вот только фак показывал осторожно. Шибко рукой не мотал... А то мало ли чего...

суровым лицом. Парень некоторое время мнется, потом извлекает из кошелька тысячную купюру, и виновато так ее протягивает:

- Молодой человек, сдачи нету, – тумбочкообразная кондуктор сурово хмурит негустые ни разу брови.

- Извините, но мельче нет.

- Придется вам сойти на остановке – ну просто афигеть, сама непреклонность!

- Ну а может что-нибудь взамен?

- Что взамен? – кондуктор не понимает.

А парень в этот момент наклоняется и нежно, я б даже сказал чувственно, сцуко, целует эту грымзу в щеку. И обаятельно улыбается. Женская половина пассажиров завистливо вздыхает, мужская половина медленно ох*евает. Кондукторша расплывается в довольной улыбке, на щеках румянец смущения.

- Такая плата пойдет?

Автобус останавливается, из него резвенько выбегает водитель, влетает в двери и сходу бьет парню в табло:

- Пойдет, красавец! Еще как пойдет! – выбрасывает парня нафиг из транспорта, поворачивается к кондукторше, показывает ей пудовый кулак и говорит. – А с тобой мы дома, нах, поговорим!