Жила в нашем дворе одна русская семья, папа, мама и их сын Петя, люди просто невероятных размеров, они не были толстыми, они были крупными. Для понимания, когда Петя учился в 7-м классе (около 14-ти лет), ему обувь шили на заказ – 47-го размера.
Но речь не о Петре. Случай произошел с его отцом, где-то в середине семидесятых годов. Я, тогда щегол, иду по улице, на встречу мне идет Петин папа, хорошо подшофе, его покачивает, а по дороге едет ментовский УАЗик. Не заметить моего соседа они не могли, поэтому, лихо притормозив, вышли забирать нетрезвого гражданина. Так как это Азия и большинство населения узбеки, то и в ментах они же.
Подлетают к соседу и, гражданин пройдемте. Сосед, видимо не в первый раз, просто лег на тротуар и лежит. Менты его за руки подергали – сдвинуть не могут, бросили его и уехали ни с чем. А Петин отец встал, отряхнулся и пошел домой.
Не знаю, смешно или грустно, друзьям рассказываю - смеются. Может, злые?
В начале 90-х работал я на такси, причем почти всегда в ночную смену, - свободно, пробок нет. Владивосток - город холмистый, и вот в 2 ночи зимой спускаюсь с обледенелой горки на дорогу. Слева ларек, возле него женщина стоит на коленях, и мужик вокруг шеи
Правой достаю баллон, руку назад от себя, и от души начинаю брызгать в мужика. (А как мы помним, я еду по гололеду вниз на 1 скорости, стараюсь, чтобы не занесло, голову наполовину высунул в окошко, чтобы самому "черемухи" не нюхнуть) (дама, кстати, не будь дурой, тоже сообразила, открыла окошко, дышит). Короче, экстрим. Плюс мужик сначала не понял, чем я поливаю, нюхнул... и тут его "пробило", - потекло из глаз, из носа, ... Я ору "Мужик, прыгай, ничего тебе не будет, я медленно еду! " - фиг, не прыгает, только глаза трет. Ух, думаю, бандюга настырный какой. Тем временем съехали мы на "большую дорогу" (ночь, никого нет).
Метров через 50 торможу на светофоре, мужику: "Выходи! " (а мысли - тетку спас от насильника! Герой хренов... ) Мужик выпадает из машины, и последняя его фраза сквозь слезы... заплетающимся языком...
- ЛЮДА, ДАЙ КЛЮЧИ!...
(P. S. Как тетка рассказала, он ее по пьяни действительно душил, так что совесть меня не долго мучила).
Знакомая рассказала...
1 января, прихожу домой. На ногах не держусь по причине усталости и алкогольного опьянения. Собрала глаза усилием воли в кучу. Нащупала кровать, уснула.
Проспавшись, докладывю маме о празднике. Далее диалог:
- Полина, ну как погуляли?
- Отлично, мам.
- Наверное пили, да?
- Ну совсем чуть-чуть, мам. Бокал шампанского всего. - А почему тогда твои САПОГИ в ХОЛОДИЛЬНИКЕ?
- А почему тогда твои САПОГИ в ХОЛОДИЛЬНИКЕ?
Сосед придумал оригинальное решение.
В дальнем ящике для сумок покупателей под номером 30 стоит его пакет с бутылкой водки. Заначка. Живет в этом же доме что и магазин. По мере необходимости, спускается в магазин, открывает ключом ящик, выпивает свои 50 грамм. Жена перерыла в квартире всё, уже косится на паркет, но найти где он похмеляется не может.
Как пить — каждый день понемногу или раз в неделю, но много?
Ученые, особенно британские, не устают исследовать влияние алкоголя на организм человека. Возможно, им просто нравится процесс. Но чем больше исследований, тем больше противоречий. С одной стороны, есть ряд болезней, от которых спасает алкоголь. С другой — то и дело появляются статьи
Во многих странах есть официально рекомендованный максимум алкоголя, за которым начинаются вредные последствия. Его, как правило, дают из расчета на неделю, что ставит нас перед суровым выбором. Либо понемногу выпивать пять дней из семи, либо один раз как следует повеселиться.
Дать однозначный ответ тут непросто. Казалось бы, каждый день понемногу — хорошо. Нет ударных нагрузок на сердце, печень, почки, пищеварительную систему. С другой стороны, полностью продукты распада алкоголя выводятся из организма только за двое-трое суток. Так что при ежедневном употреблении они накапливаются. В итоге нагрузка на почки, печень и поджелудочную железу идет постоянно.
Не удовлетворившись мнениями ученых, два британских брата-близнеца, Крис и Ксанд Ван Тулликен, решили поставить эксперимент на себе. Для начала они на месяц отказались от алкоголя, что уже было подвигом, потому что выпить парни любят. Потом близнецы в «просушенном» виде прошли медицинское обследование. Сканирование и анализы показали, что оба совершенно здоровы и органы у них в идентичном состоянии.
Тогда братья начали алкомарафон. Исходили они из рекомендованного максимума на тот момент (2015 год) британским Минздравом объема в 21 порцию в неделю.
Если вы не в курсе, одна порция по стандарту Всемирной организации здравоохранения соответствует 10 мл чистого алкоголя, то есть 100 мл сухого красного вина, или 250 мл пива, или 30 мл крепкого напитка.
Крис в течение месяца каждый вечер выпивал без малого три порции. На практике это была треть бутылки вина — 250 мл. Как он признался, это меньше его обычной дозы. Зато и опыта ежедневного употребления, без единого перерыва, у него раньше не было.
Ксанду же приходилось выпивать 21 порцию за один вечер. Но тут эксперимент был слегка нарушен: про братьев снимало сюжет телевидение и все испортило. Для зрелищности Ксанду пришлось пить не вино (1750 мл), а водку — двадцать одну с половиной порцию по 30 мл. Всего 630 мл. Так что сравнение вышло не вполне корректным: вино и водка усваиваются по-разному.
За месяц эксперимента для регулярно употреблявшего Криса выпивка превратилась в рутину. Он отмечает, что сложно было останавливаться на 250 мл и было как-то скучно, а еще что продуктивность на работе у него заметно снизилась, несмотря на хорошее самочувствие. Для Ксанда же вся неделя превратилась в предвкушение пятничной попойки, от которой он получал массу удовольствия. Хотя со стороны процесс выглядел безобразно, а наутро естествоиспытатель жестоко болел.
По истечении месяца братья снова прошли медицинское обследование. Результаты оказались поразительными: состояние печени у обоих было одинаково скверное. Утешало лишь то, что оба уже знали: за месяц «просушки» организм способен восстановиться.
Главным же результатом стало то, что независимо от темпа употребления алкоголя 21 порция в неделю оказалась чрезмерным количеством, явно наносящим вред. Сейчас рекомендованный алкомаксимум в Великобритании на треть меньше — 14 порций в неделю. Хотя последние испытания британцев говорят, что и это много, лучше ограничиваться 12, 5 порциями.
Знаете, каков допустимый уровень употребления алкоголя в России с точки зрения Минздрава? Три порции в день, или двадцать одна в неделю.
Еще несколько слов на тему «тесен мир рыбной промышленности».
Компания весело празднует окончание рейса в комнате на первом этаже общежития. Водка льется рекой. Герой этой истории, назовем его Василий Петрович, набрав свою дозу, перебирается в свою комнату, расположенную на пятом этаже. Добравшись до нее, он падает на кровать, и на какое-то время отключается.
Проснувшись, он решает сходить за сигаретами. Но так как процесс перемещения с первого этажа на пятый выпал из его памяти, то он, полагая что все еще находится на первом, решает срезать путь и выходит в окно.
На звук упавшего в куст сирени тела сбежался народ, стали звонить в «Скорую», но тело самостоятельно выбралось из кустов и продолжило свой путь к киоску с сигаретами.
Через довольно продолжительное время Василий Петрович едет в командировку в Мурманск. За ужином в «Полярных Зорях» он оказывается за одним столиком с коллегой, и у них происходит вот такой диалог:
- А ты откуда?
- Из Владивостока, а ты?
- Я из Калининграда.
- Да ну! А правда, что у вас в Калининграде был случай, что мужик упал с пятого этажа, встал, и пошел за сигаретами? ?
- Правда, - скромно сказал Василий Петрович. - Давай выпьем за его здоровье! И щедро наполнил стаканы водкой.
У нашей бабушки есть сосед, золотые руки, постоянно ей помогает. Одна проблема - запойный. Соответственно вечно на мели. Бабуля ему денег не дает, чтобы не пропивал, но в благодарность частенько подкидывает из своих запасов, чего сама навертела, огурчики там соленые, помидорчики, варенье иногда. Условие железное - банки возвращать, обычные стеклянные, 1-2 литровые. Однажды возвращает он ей банки, и такой извиняется:
- Я тут одну помял случайно.
- Разбил что-ли?
- Да нет, помял...
Показывает, бабуля в шоке. Литровая стеклянная банка, на треть осевшая, как пластиковый стаканчик возле костра, горловина овальная, а на боку две отчетливые вмятины от пальцев!
- Да как такое может быть то?
- Да не помню я!
Выяснилось немного позже, когда ему на работе рассказали, как он принес на 23 февраля в цех закусь, как все весело выпили, как он оставил банку возле наковальной печи и хватал ее рукой в трех перчатках...
Банку ту мы храним до сих пор, и да, было это в славном городе Челябинск. Ну а где еще можно было помять стеклянную банку и не вспомнить этого?
Звонит с утра судя по голосу молодой парень:
- Вы телефоны ремонтируете?
- Да, что у вас с ним?
- Да я вчера прибухнул нормально так, ну и поставил зачем-то графический ключ, теперь вспомнить не могу, все варианты уже перепробовал, поможете?
- Да, попробую помочь, привози.
Объясняю где меня найти, договариваемся что через часа полтора подъедет, проходит примерно час, звонит тот же парень: - Я не приеду, я тут пивка бутылочку выпил и сразу вспомнил пароль.
- Я не приеду, я тут пивка бутылочку выпил и сразу вспомнил пароль.
Пить умеют не только в России. Есть такой остров Ньюфаундленд (Канада), населенный до боли знакомыми нам людьми - пьяницами, по совместительству многие из них рыбаки.
Рядом есть еще один остров, Сен-Пьер и Микелон, территория Франции. На Сен-Пьере выпивка значительно дешевле...
Компания из восьми Ньюфиков, взяв чьего-то папки кораблик, отправилась за бухлом на французскую землю. Что происходило во время их визита заграницу, я не знаю, можно лишь догадаться по результату.
Уплыв 5 сентября ввосьмером на 60-футовом (~20м) баркасе, их обнаружили 8 сентября вчетвером + украинская девушка в надувной лодке, равноудаленной от Сен-Пьера и Ньюфаундленда примерно на 45 морских миль. НИКТО не смог объяснить как они там оказались, где остальные и где баркас. 10 сентября с. г нашли восьмого - последнего, баркас не нашли.
Все началось с того, что друган мой - Славка-егерь - решил на протоке из-подо льда порыбачить. И, то ли клев хороший был, то ли ветерок промозглый, а пешня тяжелая, да только по возвращении в зимовье скрутило его так, что ни вздохнуть, ни охнуть.
А в зимовье, когда на улице мороз под тридцать, без печки никуда. И вроде дрова есть с осени заготовленные,
Попробовал Славка с лежанки спуститься, да стрельнуло так, что в глазах потемнело. Сам завыл жалобно и дико. Чем и привел Ирбиса в состояние крайнего удивления.
А Ирбиса удивить трудно, - он со Славкой за восемь лет и на медведя хаживал и кур соседских влет брал. И еще много чего героического. Но тут к хозяину подполз, в щеку лизнул, мол, ты чего, охренел что ль?
Хозяин же, и по загривку его потрепать не может, так как заклинило его в очень неудобной для этого позе.
- Эх, - говорит, - Ирбис, был бы ты человеком, ты помог бы, я знаю. Но ты, хоть верный, но пес и нет с тебя спросу. Тебе ведь и понять меня трудно, а не то, что полено принести.
Ну и действительно, какой с собаки спрос? Он тыкнулся еще раз Славке в лицо и в лаз. Был для него такой специально сделан, войлоком зашторенный. Минут через пять Славка слышит, что-то стучит у лаза. Потом задница Ирбиса из-за войлока выглянула – раньше он так никогда не входил. Когда весь пролез, следом за собой затащил полено. То-то видно и стучал, что передом оно поперек в лаз не влезало. Короче, за час он поленьев двадцать натаскал. Не верите?
Вот и мы не поверили, когда на следующий день приехали. Славка нам рассказывает, а нас сомнения гложут. И чем больше пили, – а на зимнюю рыбалку мы с собой помалу никогда и не брали, - тем больше нас те сомнения одолевали. Особенно Петруха изгалялся. Ну не верил он этому и все. В доказательство своих слов даже обрывок газеты Ирбису под нос совал. Мол, если уж он по-человечески понимает, то газету почитать ему раз плюнуть.
Славка, кстати, после того как мы его растерли водкой изнутри и снаружи, тоже, в доказательство своих слов, просил Ирбиса полено принести. А тот в ответ только зубы скалил и хвостом по полу стучал.
Короче!
Как бы там не было, а водка если не кончается, то по логике народ рубится. Ближе к ночи и мы рубанулись. Повалились на нары вповалку.
Помню только, что Петруха с газетой и Ирбисом все еще эксперименты проводил. Обычно, когда все уже похмелялись, Петруха еще и не заканчивал – стойкий он к водке был. И весельчак. Мы ему за это многое прощали, даже песни среди ночи.
Но той ночью он не пел. А разбудил тем, что выдергивал из-под нас свою куртку, нервно требовал ключи от Бурана и вообще вел себя неадекватно – какой-то трезвый он был и суетливый. Мы его таким раньше никогда и не видели, в особенности, если водки предостаточно. На вопросы не отвечал, все твердил, что домой надо. Ну, надо значит надо – кто его там разберет, может приспичило что. А нам уж очень спать хотелось.
Утром встали, все чин-чинарем - ну там кофе, круассаны, в общем - что осталось. Сели план рыбалки составлять – уже и стаканы расставили.
Петруху, добрым словом вспомнили, Славке налили, чтоб болевой симптом снять. Тут он и разговорился:
- Вы, - говорит, - мужики, только Петрухе не рассказывайте, А-то пристрелит он меня сгоряча. Сейчас расскажу, почему он вдруг домой свалил!
Вы уснули, а у меня спина побаливает, я только глаза прикрыл. А Петруха все Ирбиса шпыняет, то лезгинку станцевать требует, то газетой ему тычет. Ну, мне мужики, кобеля-то жаль, боевой ведь товарищ. Да и правду я всю про него рассказал. За что страдает-то? Уж он бедный в изголовье под нары ко мне забился, зевает, а Петруха как банный лист. Ну и когда он Ирбису в очередной раз газету сунул я возьми и измененным голосом рявкни: «Че до[дол]бался?! Я её вчера прочел!». Сказал как гавкнул, а Ирбис зевнул. Сначала стакан об пол звякнул, а потом газета шуршанула.
И тишина. Минут пять тихо было. Потом он шевельнулся и тихо так шепотом:
- Ирбис, ты что ли?
Ну, я опять под собачий зевок и добавил:
- Заеб уже! Ты же все равно не поверишь!
Ну, тогда Петруха себе еще стакан набулькал, сказал Ирбису: - За твое здоровье! Извиняй, если что! - и начал ключи искать.
- За твое здоровье! Извиняй, если что! - и начал ключи искать.
Однажды с другом ушли в загул. На третий или четвертый день мы проснулись на кухне неизвестной квартиры в состоянии всепоглощающего похмелья. Я, еле продрав глаза, расталкиваю Леху и спрашиваю: «Б. . дь, мы где? ». Алексей, сделав над собой неописуемое усилие, осмотрелся по сторонам и начал напряженно думать. Он явно вспоминал события вчерашнего вечера.
В этот момент на кухню зашла абсолютно голая девушка, попила водички из графина и молча вышла. Леха сказал следующее: «Я понятия не имею где мы, но мне здесь определенно нравится». И он не ошибся – нам очень понравилось : )
Рассказали мне эту историю от имени бывшего наркомана. Они сами говорят, что не бывает бывших ни наркоманов, ни алкоголиков, но этот, похоже, есть исключение – завязал полностью. Так вот он рассказывал, что самое страшное было, когда на теле не оставалось целых или более-менее здоровых вен. Не было куда уколоться. Приходилось колоть в очень опасные места, где малейшая погрешность могла быть смертельной. Здесь он стал просто великим мастером и знатоком человеческой анатомии.
И вот, много лет спустя, уже будучи чистым, он попал в больницу, где ему надо было сделать анестезию. Молодой врач долго не находил вену под небольшим свежим подкожным жировым слоем и злобно ворчал.
- Так дайте, я сам – пошутил наш товарищ. Врач не принял предложение серьезно и вскоре на секунду отлучился. Когда вернулся назад и увидел процесс, говорят ему самому стало не хорошо. И потом, наверное, обидно за свою не такую качественную профессиональную подготовку.
Нынешнее изобилие в магазинах навеяло. Киев, 1990 год. Только вернулся из ВМФ. Совершенно случайно добыл бутылку мускатного шампанского, бутылку коньяку, бутылку финского ликёра РОLАR, пару сухого хорошего вина.
В очереди простоял часа четыре, на рубашке остались 2 пуговицы... Приволок всё домой, только поставил, начал не понимать. Вроде не в трамвае еду, а всё хрустит и трясётся. Смотрю на люстру - раскачивается. Вяло думаю про землетрясение. Летом же только обувь одеть и не спеша тикать. Выхожу из квартиры, сосед с годовалой дочкой на руках босиком, в трусах и истерике вызывает лифт. Я ему вяло вякаю, чтобы бежал по лестнице - шансов выжить будет больше. Судя по сверкающим пяткам в лестничном пролёте, до него дошло. В итоге, стою на безопасном расстоянии от дома.
Вдруг леденящий ужас от мыслей перехватил дыхание - "Там, в квартире, бутылки!!! Если дом рухнет, ОНИ ЖЕ РАЗОБЬЮТСЯ!!!"
Жили-были дед и бабка в обычной городской квартире. Дед вывихнул ногу, неудачно очень, два месяца дома просидел, а врачи еще три обещали. Но для деда самое обидное было то, что бабка учинила ему сухой закон. Он уж по всякому ее уговаривал, но та ни в какую, пива даже не покупала.
И решил дед, раз нельзя добыть готовый продукт,
А вот с дрожжами ситуация была безвыходная, бабка хоть и пекла каждую неделю пироги, дома никаких запасов не держала. Покупала исключительно перед готовкой пакетик сухих порошкообразных дрожжей и сразу все пускала в дело. Дед однажды даже оказался в нужный момент в нужном месте, когда бабка засыпала их в тесто, хотел дунуть тихонько, а потом с полу собрать, особо много ведь не надо, но в этот раз ловчей оказалась бабка.
Жаль было деду, но пришлось на браговарение крест поставить.
Зная, что женщины старея телом, душой не стареют, решил старый хрыч на романтических чувствах своей благоверной, как в молодости, сыграть.
Бабка как раз пироги пекла. Заковылял дедуля на кухню и давай стихи собственного сочинения о любви ей шпарить. С интонаций, с паузами, со слезой и дрожью в голосе, в нужные моменты. Кончались они, естественно, довольно прозаично, так: Ты – свет, ты - звезды, ты - мечта, ты – дива.
Купи за это мне полтарашку пива.
Бабка, конечно, млела от удовольствия, но в ответ, все равно, показывала только фигу.
Закончив с пирогами, она из остатков теста сделала маленький каравай, сунула в духовку, и, собираясь в магазин, сказала совсем печальному деду, чтоб тот не забыл его вытащить минут через двадцать.
Вернувшись, минут через сорок, она накрыла на стол и позвала супруга. А тот есть отказался, сказав, что когда достал готовый каравайчик, он настолько показался ему аппетитным, что он его съел и теперь сыт.
Следующие три дня были очень спокойными. А на четвертый, бабка вдруг заметила, что дед под хмельком. Но дед умудрился отмазаться. А через день все повторилось. И бабка, включив Шерлок Холмса, принялась изучать сусеки. И нашла бражку.
Откуда взялось сырье? Когда бабка ушла в магазин, оставив в плите каравай, дед допекать его не стал, а быстренько вытащил. В готовом хлебе, как все знают, живых дрожжей нет – гибнут из-за высокой температуры. А каравай, по большей части, был еще сырым. Достав из него все сырое тесто, дед смешал его с водичкой, добавил сахарку и убрал в укромное место. Через три дня продукт был готов и стал употребляться по назначению.
Вспомнил тут рассказ своего знакомого. Он родился в Сусумане, в начале 60-х, в семье геологов. Кем работала мама я не помню, но ее часто не было дома, и маленького Шурика в колыбельке не менее часто охранял папа. Долгими осенними и зимними вечерами и даже ночами папа занимался написанием годовых отчетов по изысканиям, периодически отвлекаясь на покормить и помыть Шурика. Накушавшись и став чистым, Шура достигал нирваны и принимался голосить в свое удовольствие, рассказывая миру, как ему хорошо. Как вспоминали его родители, голосом природа его не обидела, поэтому папе не очень работалось под такой аккомпанемент. И в отсутствии мамы он нашел выход. Когда Шурик начинал концерт, папа наливал чайную ложечку водочки и заливал в Шурика. Шурик всхряпывал, краснел, через 15-20 минут рулады прекращались, и он засыпал крепко и надолго. Счастливый папа спокойно работал дальше. В результате выросший дядя Саша имеет железобетонный иммунитет к алкоголю, относясь к нему спокойно и разумно, никогда не напивается, всем рассказывает, что пьет с полутора лет, и, черт побери, до сих пор здоров, как бык: по крайней мере я ни разу не видел его даже простывшим!