Пьяные истории

Сама история произошла в редакции журнала «Огонек», где Анциферов подрабатывал корреспондентом. Как-то захотелось ему съездить в Крым отдохнуть, набраться творческих впечатлений и подготовить материал о поэте Максимилиане Волошине. Чтобы совместить все три желания, решил он оформить командировку и зашел к редактору поговорить по этому поводу. Тот сидел за большим письменным столом, просматривал подготовленные материалы и мелким глотками отпивал чай из стакана в мельхиоровом подстаканнике, постоянно помешивая содержимое стакана ложечкой.

Анциферов изложил редактору свою просьбу и стал ждать ответа. Редактор посмотрел на поэта внимательно, подумал над его словами с минуту, отхлебнул очередную порцию чая и сказал, что ему надо обсудить вопрос о его командировке с бухгалтером. Затем он вышел из кабинета, оставив там поэта.

Предыдущим вечером Анциферов с друзьями крепко приложился к спиртному, и во рту у него было сухо как в пустыне Кара Кум. Традиционного в ту пору графина с водой в кабинете редактора не оказалось, и поэт, презрев буржуазные предрассудки, решил смочить свое горло с помощью чая редактора. Когда он подносил стакан чая ко рту, его ноздри уловили благородный запах хорошего алкоголя.

- А редактор не дурак, пьет чай с коньяком. - Подумал он о своем шефе и сделал первый глоток. Его ждал приятный сюрприз – в стакане оказался чистый отборный коньяк.

- Каков хитрец! Это ж надо придумать – пить коньяк под видом чая, да еще помешивая его ложечкой. Чувствуется старая партийная школа. - Подивился Анциферов и, подражая редактору, стал отхлебывать «чай» мелкими глотками, неспешно двигая ложечкой в стакане. За этим занятием его и застал редактор, когда вернулся в кабинет из бухгалтерии.

- Замечательный у тебя чай, товарищ редактор! Так бы выпил целый самовар! Не скажете, что за марка? – на опережение сыграл Анциферов, не давая редактору возможность высказать свое праведное негодование.

- Марка известная - грузинский «КВ». В Столешниковом продается. – Ответил недовольно редактор, ошарашенный нахальством поэта, сел в свое кресло и стал нервно перебирать бумаги.

Анциферов перестал помешивать остатки коньяка и поставил недопитый стакан на стол перед редактором. Тот посмотрел на него уже благодушно и сказал.

- Ну, чего оставляешь на дне, допивай уже. Можешь оформлять себе командировку в Крым. Материал по Волошину за тобой.

- Спасибо за поддержку. Еще полстаканчика чая мне не заварите?

- Давай, кати в свой Крым. На таких как ты, дорогой, заварки не запасешься.

Анциферов довольный итогом своего визита вышел из кабинета редактора. В его рту уже не сушило, а на душе было радостно и светло.

врагов трудового народа. И вот однажды послали нас своим ходом километров этак за 25, на очередные съёмки в Зеленогорск. Кавалькада – человек 8-10 всадников, и карета, в которой расположились тренер и старший конюх. Времени в пути они даром не теряли, бурно отмечать начали сразу же, едва наша кавалькада выехала из манежа. За долгий путь весьма в этом преуспели. Бойцы это были закалённые, но и груз приняли непомерный, так что на подступах к месту съёмок зелёный змей их всё же заборол и усыпил.

Мы, всадники, тоже по дороге несколько того, этого, погусарствовали, но в сёдлах держались крепко и соображали более или менее отчётливо. Однако же режиссерскую диспозицию уловили с трудом и нашли довольно-таки дурацкой. По его задумке, некий граф садится в карету и уезжает прочь, а вслед за ним справа по двое заезжают в колонну отрицательные офицеры. И таким вот странным порядком удаляются – в закат, в эмиграцию или фиг его там знает куда, но куда-то вдаль. Форму нам раздали на редкость эклектичную – разномастную, фрагментами от самых разных родов войск и эпох. Ну, видимо, чем богаты. Меня, юного первокурсника, вообще полковником нарядили. Да и ладно, в закат – так в закат, полковником – так полковником, главное, чтобы деньги не забыли выплатить.

И вот уже снимается дубль первый. Граф шествует к карете. Форейтор, грум или ещё какая-то шестёрка с поклоном открывает ему дверцу. И тут из чрева кареты навстречу графу вдруг высовывается злобная, сонная, красная морда забытого там тренера, облепленная соломой. А человек он был нецеремонный, грубый донской казак, дядька решительный и угрюмый, особливо ежели неожиданно разбуженный с сильного бодуна. И вот задает он графу хриплым голосом прямой и конкретный вопрос: "Ты кто, б... ?! " На что обалдевший граф, недоумевая, прилежно отвечает, что он, собственно, граф. И тут тренер громко, отчётливо резюмирует: "ну и пошёл ты нах... ! " И яростно, громко захлопывает каретную дверцу перед самым графским носом. Кони шарахаются, карета трогается прочь, и нам ничего другого не остается, как вслед за ней тоже попарно двинуться в закат мимо вконец охреневшего сиятельства.

А самое-то интересное, что помощнику режиссера эта импровизация даже понравилась. Он восторженно заявил нам, что очень убедительно всё это получилось: экспрессивно, лапе[тух]но, выразительно была передана самая суть революции.

и приобретает

там отрекламированные таблетки, принимает пригоршню, как положено,

внутрь и начинает ждать острых ощущений. Однако, проходит уже немало

времени, а эффекта никакого, голова не слабнет, ум в порядке, средним

пальцем до кончика носа - запросто. "Ну и х[рен] с вами" подумал Клепа

и решил отправиться спать(дело было к ночи), но тут вдруг раздается

звонок в дверь и в квартиру вваливаются штук 10 старых клепиных друзей, которых

он, разумеется, на сегодня не приглашал. Но ведь не выгонять же, пошел

он с ними на кухню, попили они там кофейку, за жизнь погутарили и часам

к 12 ночи все разошлись.

Перед тем как лечь спать, потянуло почему-то Клепу к зеркалу, расчесать

свои космы. И вот стоит он, причесывается, а его отражение, вместо

того, чтобы, как ему и положено, повторять за Клепой все его движения,

стоит, сложив руки на груди, и вроде даже как с любопытством смотрит

на свой первообраз, после чего, развернулось и неторопливо ушло куда-то

вглубь квартиры. "Зацепило все-таки" - подумал Клепа стоя перед пустым

зеркалом, со ставшей ненужной, расческой в руках. Так и не дождавшись

зазеркального Клепы, Первоклепа ушел таки спать.

На следующее утро, проснувшись, Клепа услышал следующий вопрос от своего

отца:

- Ты на хрена 12 чашек кофе вчера на кухне налил?!

- Так друзья же приходили!

- Какие друзья?!

Метнувшись на кухню Клепа обнаружил там 12 чашек кофе, 11 из которых

были полными и только одна отпита...

квартиру.

Однажды мы с корешем за компанию наохранялись так, что проснувшись утром, я думал, что умру, и жалел, что не умер вчера.

Блин, это сколько ж мы накануне выпили- то? Помню, что ещё в "24 часа" ночью ходили- догоняться. Валерка только под утро ушёл, а я отключился. Так и заснул, не раздеваясь.

Смотрю на себя в зеркало – башка всклокочена, глаза красные, небрит – красавец. И мысли как- то туго шевелятся – даже до конца додумать не получается – но ясно одно – организм срочно требует лекарства.

Сую в карман каких-то денег, ключи, тапки надел – до ближайшего ларька метров сто. Выхожу на улицу- лето, солнце, граждане довольные спешат по своим делам. Красота.

Небольшое отступление. Замок на входной двери имел ехидную особенность – если снаружи ключ поворачиваешь на сто восемьдесят градусов, он отпирается, а если только на девяносто – дверь заперта, но открыть её можно только изнутри. Именно так я её и запер- рука дрогнула. Правда понял я это не сразу.

Ларёк, пиво – реальность постепенно возвращается, можно перевести дух. Сижу на лавочке в сквере, улыбаюсь, в себя прихожу. Отпустило. Взял ещё пивка, пора домой.

Ага. Не тут то было. Стою перед запертой дверью, ключ ни туда ни сюда не повернуть. Зае…ись, приехали. Для пущего осознания ситуации – первый этаж, на окнах решётки, дверь стальная, усиленная. В кармане ненужные ключи, немного денег, тапки на босу ногу, мятые штаны, футболка. Семья на юге, в квартиру не попасть, что делать – не знаю.

Это сейчас вытащил телефон из кармана, нашёл в интернете ближайшую компанию- «Вскрытие замков», через час- полтора всё в порядке. А тогда- справочник «Жёлтые страницы», и звонить из телефонной будки.

- [м]лядь! [м]ляДЬ! [здесь опять непечатно]

Обошёл квартиру: с улицы вставлял решётки, когда ремонт в квартире делал – вызвал мастеров, грамотно сработали, красиво- в размер, и солидно – такое ломать жалко. А со двора – от прежних жильцов досталось – похоже сами ставили, да и решётки спёрли откуда- то- не по размеру – снизу сантиметров на пятнадцать- двадцать выше подоконника, а до верху вообще не достаёт – но туда и не допрыгнешь, в принципе защитная функция сохраняется.

О, что вспомнил! На кухне, где окна во двор, на окнах шпингалетов нет, отломаны – рамы просто так закрываются- сдвинешь потуже- нормально держится. Дом девятьсот двенадцатого года, центр, старый фонд. Потыкал кулаком, открыл. Не, мне в эту щель не пролезть – наивная идея.

Вышел опять на улицу – глядь, двое пацанов, лет по шесть- семь.

- Стоп, граждане, мне нужна ваша помощь!

- Вам чего, дяденька?

- Пошли, покажу.

Входим во двор-

- Вот смотри, я тебя сейчас подсажу, заберёшься в окно на кухню. Оттуда направо, через коридор в прихожую. Нужно просто открыть замок на входной двери – он снаружи не открывается- мне домой не попасть.

Пацаны оказались понятливые пока я одного в окно запихивал, второй мне говорил, что он спортом занимается, тоже запросто пролезет.

Ровно через полминуты я был уже у себя в квартире. Уф.

- Э, погодите! Возьмите вот, на мороженое вам – спасибо, вы не представляете, как меня выручили.

Отдал им все деньги, что в кармане оставались.

Посидел. Помолчал.

Открыл бутылку пива и пошёл готовить себе завтрак. Никогда я ещё не завтракал с таким аппетитом и удовольствием. Да и абстиненция куда- то улетучилась…

него была идея-фикс – привозить из плаванья удивительные напитки чтобы к его следующему возвращению на столе стояла необычная бутылка. Он привозил ящик вин и прочих дринков, в котором каждая бутылка была другого вида. Нужно признать, что не всегда к его очередному приезду у Юры дома оставалось что-то из предыдущего привоза.

В тот вечер мы собрались у Юры и решили поиграть в карты. Для придания азарта карточной игре мы придумывали те или иные награды/наказания выигравшему/проигравшему (на деньги друзья не играли).

Перед игрой мы открыли одну очень красивую бутылку из папиной коллекции с замысловатой этикеткой, попробовали и содержимое оказалось ужасным. Уж не помню во что мы играли в этот раз, но условились что победитель получает рюмочку по своему выбору, а проигравший должен выпить рюмочку этой гадости.

В тот вечер мне здорово не везло в карты и четыре-пять рюмок содержимого красивой бутылки пришлось принять.

Прихожу я домой. Меня встречает мама: - Где ты был?

Я: - У Юры в карты играли. – говорю я.

Мама поджала губки и ушла в другую комнату – у нее это был важный сигнал недовольства, обиды, неодобрения.

Подходит ко мне папа: - Ты бы что-то другое придумал сказать маме – от тебя духами несет за версту...

На следующий день мы не поленились и со словарем перевели этикетку красивой бутылки. Оказалось, что это «Сердце Коктейля», которое нужно добавлять по 1-2 капли в коктейль для аромата.