Женские истории #квартира

пригождаться. Положила я его сверху в тележку с продуктами и покатила к машине. Смотрю, а на парковке мужик так плотно к моей свою машину поставил, что мне двери широко не открыть и сумки туда не пропихнуть, а с другой стороны от машины -бордюр, и открывать двери неудобно. И сам мужик стоит рядом и сумки свои в багажник грузит.

И тут я такая подъезжаю. На тележке. С топором. Посмотрела я на него и на его машину. И он на нас посмотрел. С топором. И вдруг заулыбался мне, как родной, и говорит:

“Давайте, я помогу вам сумки в багажник ваш погрузить, а то я близко машину поставил, а с другой стороны–бордюр и неудобно…”

“Давайте, – согласились мы с топором, – спасибо вам большое”. Бывают же такие чудесные люди!

Ну, погрузил он мои сумки и уехал. Я топор положила на пол переднего пассажирского сидения, села и порулила спокойно домой. Ну, как “спокойно”. Пятница, народу полно, еще все за город стремятся, торопятся. И один на светофоре как меня обгонит, как подрежет, да как затормозит резко, прямо передо мной, на красный. Так я чуть ему в зад и не въехала. Сантиметр остался.

Он такой выходит и начинает орать: “Как водишь, да вообще, да права купила, да надо поговорить”. “А чего не поговорить”, – говорю. И топор так, не спеша, поднимаю с пола. Он от резкого торможения съехал и ручкой мне в педали почти уперся. Мешает. Я выхожу и его вынимаю. И в руках держу. “Чего же не поговорить, – говорю, – мы всегда готовы, – говорю, – к конструктивному диалогу”. С топором. Тот, который с едва целым задом, вдруг сразу как-то подобрел.

Настроение у него, видимо, улучшилось, и он радостно так говорит: “Да я и сам виноват. Торопился. Резко перестроился, резко тормознул. Пятница! Нервы! Извините! ” Быстренько сел в машину свою и газанул под зеленый.

Ну и мы с топором сели и, не спеша, домой поехали. Подъехала к дому, смотрю – мое место стояночное у подъезда заняли. Опять. Стоит кто-то, не из нашего дома. Своих-то я всех знаю. А они – меня… Ну, ладно. Я рядом на аварийке встала, думаю, сейчас сумки тяжелые занесу в квартиру, а потом поезжу по дворам – место себе поищу.

Сумки занесла, топор остался. Дай, думаю, его тоже домой заберу, в машине что ему лежать. Ручка яркая, приметная, вдруг кто позарится. А мы с ним родные уже почти. Взяла его и машину закрываю. И тут, смотрю – водитель, что мое место занял, выходит. “Ой, – говорит, – а я место ваше занял? Да я уже уезжаю, вставайте, пожалуйста! ” И улыбается так по-доброму. “Хороших выходных”, – говорит. И поехал.

Я на свое место встала, и мы с топором домой пошли. И ветер теплый в листьях шелестел. И два выходных впереди было. И солнце светило. Нам. С топором.

половина дома. Есть такие, знаете, типовые двухквартирные дома советской постройки.

Этот неказистый на первый взгляд объект недвижимости имел с точки зрения Ромы ряд неоспоримых преимуществ. Во-первых, как ни крути, полноценная двушка. Отдельный вход. Клочок земли, огороженный палисадником. Никаких соседей, не считая одинокой полупарализованной старухи за стенкой. Два шага до работы. И самое главное -максимальная удалённость от центра. Что практически исключало для Ромы возможность даже случайной встречи с бывшей супругой или её мамой.

Безусловно, был у этого жилища и недостаток. Причем существенный. Причем настолько существенный, что прежние хозяева, которые мыкались с продажей этой квартиры не первый год, смотрели на Рому со смесью надежды и недоверия, словно ждали, что Рома, как и остальные покупатели, в последний момент растает как ёжик в тумане. Дело в том, что квартирка эта имела крайне дурную репутацию.

Можно называть это как угодно, чертовщиной, нечистой силой, полтергейстом, но факт остаётся фактом - в доме время от времени происходили странные вещи. Периодически сами собой перемещались предметы, пропадали и так же неожиданно появлялись какие-то вещи, иногда ниоткуда доносились странные и пугающие звуки. Короче, присутствовал полный набор чертовщины, многократно описанный каналом рен-тв и газетой Оракул. И не то чтобы эти странности происходили часто и постоянно, нет. Но оттого что они происходили нечасто, они производили ещё более неожиданное и угнетающее впечатление. В том числе и своей кажущейся бессмысленностью. К примеру приходите вы с работы, а на кухонном столе лежит гаечный ключ на семнадцать. Которого в вашем доме отродясь не водилось.

Что только бывшие владельцы, люди рациональные и не суеверные, не предпринимали для борьбы с этим явлением. Меняли замки, навешивали ставни на окна. Приглашали батюшку с кадилом, с целью освятить жилище. Батюшка жилище конечно освятил, но потом упился в такую зюзю, что за один вечер нанёс хозяевам ущерба больше, чем нечистая сила за все предыдущие годы. Звонили, уподобясь незабвенной Ффрекен Бок, на телевидение, в какую-то передачу о потустороннем, где их откровенно и честно послали, предложив не морочить занятым людям головы всякими глупостями. В конце концов дошли в своём отчаянии до того, что однажды даже установили настоящий волчий капкан, в который сами же чудом и не угодили. Потому что капкан, который они ставили на кухне, к моменту их возвращения вдруг оказался в прихожей, прямо под дверью.

Так что продавцы не без основания опасались, что в последний момент Рома, которому доброжелательные соседи о странностях квартиры безусловно донесли, даст заднюю и соскочит. Но Рома, продукт советской системы воспитания, на все эти слухи только усмехался, и в конце концов стороны ударили по рукам. Тем более что прежние жильцы оставляли новому владельцу в качестве бонуса практически всю обстановку и утварь. Вероятно опасаясь увезти с собой в каком нибудь мебельном ящике пресловутую барабашку. Так Рома над ними незло подшучивал, вселяясь в новое жилище.

Вскоре однако новый жилец вынужден был признать, что слухи о странностях, происходящих в квартире, имеют под собой вполне реальную почву. Первым звоночком была бутылка шампанского. Бутылка шампанского, открытая на новоселье и стоявшая в холодильнике практически нетронутой, которую Рома всё собирался выбросить, да рука не поднималась. А когда поднялась, то Рома с удивлением обнаружил, что содержимое бутылки убыло наполовину. Из-под плотно закрытой пробки, из холодильника, в квартире где кроме него никто не бывал.

А потом началось. Может началось и раньше, просто Рома, первый раз столкнувшись с необъяснимым, стал более внимательно относиться к окружающей обстановке. Все происшествия были того же порядка, что и с шампанским. То есть с одной стороны характеризовалось своей очевидной бессмысленностью и необъяснимостью, а с другой - такой же очевидной безобидностью. Хлебные крошки на столе, паспорт, переместившийся из серванта на телевизор, исчезнувшие непонятно куда купленные накануне лампочки, лужа воды под подоконником от свежеполитых непонятно кем цветов, и всё в таком духе. Будь Рома заранее не осведомлён, возможно он бы и запаниковал, и отправился по скользкому пути предшественников, меняя замки и расставляя капканы. Но убедившись, то происходящие события не представляют угрозы для жизни и здоровья, Рома решил просто махнуть рукой и не портить себе нервы. Единственное, что вызвало у него лёгкую досаду, это пропажа новых бокорезов, которые он накануне спёр на работе, чтобы подшаманить старую электропроводку. Но Рома эту досаду в себе быстро погасил и на следующий день спёр на работе другие. Короче, так или иначе Рома с имеющейся в наличии нечистой силой научился сосуществовать.

А в остальном новое жилище его вполне устраивало. Он познакомился с соседкой, милой старушкой Ольгой Витальевной, которая совсем плохо слышала, была подслеповата, и едва передвигалась по дому, так что Рома взял себе в привычку, идя в магазин покупать ей какие-то продукты первой необходимости. Чему та была безмерно рада. А уж когда он починил ей кран и поменял розетку на кухне, счастья её не было предела. Короче, жизнь как говорится потихоньку налаживалась.

Как-то раз, в понедельник утром, Роме стало резко плохо. Причин тому было две. Первая - юбилей коллеги в пятницу, и вторая - свадьба племянника на выходных. К выпивке Рома относился весьма положительно, и никогда не избегал хорошей компании, но имел в этом деле одну особенность. Его организм идеально переносил однократные возлияния, но был категорически против многодневных. Так что проснувшись с утра в понедельник Рома почувствовал себя плохо, позвонил на работу, взял отгул, и остался лежать на кушетке, стараясь не производить лишних движений. Потому что и без них в голове ударно работала механическая кузница, долбя череп и всё его содержимое изнутри. Ситуацию могла бы спасти пара таблеток аспирина, но как назло аптечкой разжиться Рома ещё не успел. Поэтому он тупо лежал на кушетке, уперев взгляд в старенький ковёр на полу, оставшийся ему от прежних жильцов.

Он так долго смотрел на этот ковёр, что в какой-то момент тот просто поплыл у него перед глазами. Рома тряхнул головой, вызвав порыв энтузиазма молотобойцев, однако ковёр и не думал приходить в порядок. Он, наоборот, пучился всё сильнее и сильнее, потом по нему прошла волна, и внезапно из-под края ковра появилась желтая костлявая рука.

Будь Рома не в таком плачевном состоянии, возможно его хватил бы кондратий. А так он только оцепенел и молча наблюдал, как костлявая рука поскребла по полу, потом ковёр ещё сильнее вздулся, и вслед за рукой из-под него показалась седая взлохмаченная голова.

- Здравствуйте, Ольга Витальевна! - неожиданно даже для самого себя внезапно севшим голосом произнёс Рома.

Голова вздрогнула, на мгновенье замерла, а потом так же внезапно как появилась исчезла под ковром. За ней исчезла рука, а потом и ковёр, поколебавшись, принял своё обычное положение. И наступила тишина.

С минуту Рома лежал, приходя в себя, потом резко вскочил, и забегал по дому, на ходу натягивая брюки. "Вот же старая карга! - матерился он себе под нос. - Вот тебе и барабашка! Вот тебе и домовой! Ай да Ольга Витальевна! Ну погоди у меня! " Наконец он застегнул брюки, и сунув ноги в тапки выскочил за дверь.

Чтобы попасть к соседке ему нужно было миновать две калитки и обежать палисадник. У соседки оказалась не заперто. Рома толкнул дверь и без стука шагнул в дом. Ольга Витальевна как ни в чем ни бывало уютно сидела за столом у окна, и пила чай из блюдца с сахаром вприкуску. Блюдце в руке старушки ароматно парило, а сахар она ловко колола до боли знакомыми Роме бокорезами.

- Ой, Ромочка! - радостно воскликнула Ольга Витальевна застывшему в дверях соседу. - Как хорошо что ты зашел! А то я сегодня так плохо себя чувствую, еле от постели до стола добралась. А у меня хлеб кончился, прям не знаю что и делать. Ты в магазин не собираешься? Если соберёшься, купи и на меня, будь другом. А ты что не на работе, не приболел часом?

Рома стоял и тупо смотрел на бокорезы в руке старушки. Все слова, которые он заготовил, пока бежал, куда-то делись.

- Не пошел на работу. - буркнул он. - Что-то голова раскалывается.

- Это всё погода! - авторитетно заявила Ольга Витальевна. - По телевизору передавали.

Вместо ответа Рома развернулся и пошел на выход.

Он зашел в магазин, купил хлеба старухе, минералки и кой каких продуктов для себя, и всю дорогу думал про то, как очевидна была разгадка. Ведь и про люк, и про общий подвал под домом ему говорили, но он за ненадобностью пропустил это мимо ушей. Ещё он думал про то, что сразу по возвращении возьмёт гвозди, молоток, и намертво забьёт к чертовой матери вход в подвал.

Потом он занёс хлеб соседке, которая всё так же сидела на кухне у окна, и пошел домой. Кузница в голове снова начала свой ударный труд, и надо было бы сходить в аптеку за таблетками, но сил уже не было, хотелось поскорей добраться до кушетки и лечь. Разувшись в прихожей Рома заглянул на кухню, чтобы оставить продукты, и внезапно застыл как вкопанный.

- Твою же мать! - выругался он в сердцах.

На кухне, прямо посредине пустого стола, лежала упаковка аспирина.

Ракетчик (с его разрешения)

Ну, его дело, ладно, познакомил с новой и мы ох[рен]ели.

Ей 30 и она еще бОльший Лунтик, чем он. Каким-то чудом у нее квартира в ипотеку и машина в кредит, но она убеждена и уверена, что их нельзя закрыть раньше срока и нельзя больше необходимой суммы вносить, т. к. банк оштрафует (и нет, в договоре такого нет, она сама это придумала или кто-то сказал и она поверила). Ответственности тоже нет никакой, я долго не могла отойти от фразы: "Я люблю петь в караоке дома, когда я пою мне нет дела, сколько времени, я не обязана за временем следить, задолбали ходить соседи в 23:30, чтобы я не пела! Один раз даже полицию вызвали!"

Сначала друг ей восхищался: такая легкая, такая непосредственная, никакой бытовухи, потом бытовуха подкралась. "Дорогой, ты не напомнил мне про платежи по кредитам и коммуналку не заплатил". И всякое такое. А у друга, вообще, никогда такой функции не было — этим всем занималась бывшая, да и кредитов с ипотеками у него не было, он вообще не знает, что это.

Потом они полетели отдыхать и было двойное бинго — перепутали аэропорт и день вылета (друг, как и с предыдущей девушкой понадеялся, что его лесная фея все посмотрит, а у лесной феи с появлением мужика выключились все функции, кроме мило улыбаться). Поругались знатно, мы были уверены, что разойдутся теперь, и он побежит к бывшей или будет новую няньку искать, но нет, он решил эту мадам "воспитать" под бывшую, только чтобы оставалась лесной феей и при этом все контролировала.

Вариант взять ответственность на себя — ни в коем случае, новая мадам или дурочка реально, или умеет прикидываться и продолжает включать Лунтика. Уже полгода прошло, как они пытаются выбрать, кому брать ответственность, только ничего не меняется, только подкидываются новые "веселые истории", а у мадам растет просрочка по ипотеке и кредиту. Ждем с попкорном, чем дело кончится.

Проходит несколько лет, Машины родители сваливают в длительную загранку, что позволяет мне - безбашенному студенту -мотнутьсмя на каникулы в Питер и осуществить свою давнюю мечту по ознакомлению с Северной столицей.

В первый же вечер, нагулявшись всласть по музеям и напившись пива, я, как водится, укладываю вяло сопротивляющуюся Машу в постель (или она меня? - что не принципиально) и мы наконец-то понимаем, что зря последние годы изображали из себя невинную дружбу. У Маши же, разумеется, есть бойфренд (назовем его Саша), которому на момент моего приезда заявлено, что приехал лучший школьный друг - друг и ничего больше, который очень интересуется музеями и прочей лабудой, так что времени на Сашу нет и придется ему, бедному, пяток дней обойдить без благоверной. Саша же, хотя и полный лох, но не до такой же степени! (а как бы вам понравилось, что ваша девушка 5 дней живет в пустой квартире с каким-то там школьным другом и на свиданку не ходит?) И вот этот обиженный Ромео звонит Машке в один из вечеров и начинает ей изливать свою ревность и попранную любовь. Мизансцена же примерно такая:

Маша в одних трусиках сидит в коридоре у аппарата и, громко переругиваясь с возлюбленным, жестами показывает мне, еще менее одетому, чем она сама, что пора идти мыться, бриться и в люлю, что я и выполняю. 5 минут спустя, лежу в кровати, курю. Врывается Машка, рывком сдергивает одеяло, плюхается рядом, кладет голову мне на грудь, закуривает... медленно начинает отходить от разговора по телефону. Обнимает меня, еще крепче прижимаясь к груди и так глубокомысленно заявляет: "Ну как же он меня достал СВОЕЙ БЕСПРИЧИННОЙ РЕВНОСТЬЮ!"

слухи о бандитах, хулиганах, найденных в лесопарковой зоне трупах, ограбленных, изнасилованных и замученных жертвах, и прочих ужасах.

Страшно, короче. И вот она приспособилась одна не ходить. Дождётся какого-нибудь мужичка внушающей доверие наружности, которому по пути, и за ним потихоньку чап-чап-чап. Всё не так страшно.

И вот однажды идут они, мужик какой-то с портфелем чуть впереди, она -сзади с сумкой семенит, чтоб не отстать, и тут навстречу четверо. Вида самого что ни на есть отмороженного. И они мужика останавливают, и начинают его там как-то традиционно домогаться. Типа, а сколько времени, а нет ли у тебя закурить, и [фиг]ли ты вообще в шляпе.

Ей деваться некуда, поворачивать поздно, и она, затаив дыхание, обходит эту скульптурную группу краем, всё время в ожидании окрика или там другого неприятного развития событий. Однако, хулиганы, проводив её взглядом, ничего не сказали и продолжили культурную беседу с мужиком с портфелем.

Когда она поняла, что опасность миновала и осталась позади, в ней страх прошел, а наоборот проснулось женское любопытство и жалость к мужику. И она остановилась за деревом и стала незаметно издали наблюдать. Чтобы в случае чего может побежать и позвать на помощь. Ну, это она так думала.

События меж тем развивались вполне традиционно. То ли время хулиганам не понравилось, то ли сигареты оказались не те, но началась драка. А может , даже не драка, а просто избиение. Короче, мужика повалили и стали пинать ногами. И тут моя знакомая, Люба её, кстати , зовут, вместо того, чтобы бежать за помощью, с криком "ААААА!!! ! " и сумкой наголо ,выскакивает из-за дерева, мчится к этой скульптурной группе, и начинает в беспамятстве метелить хулиганов этой сумкой по чему попало.

Люба, маленькая хрупкая дама, всю жизнь проработала тихим бухгалтером.

И на тот момент она как раз готовила отчёт, и взяла чуть-чуть работы на дом. Ответственная потому что очень и вообще. И в сумке у неё как раз и лежал этот отчёт и механический калькулятор советских времен под названием то ли Феникс, то ли Феликс, я не в курсе.

Собственно, этот калькулятор их и спас. Противопоставить советскому калькулятору в руках простого советского бухгалтера хулиганам оказалось просто нечего! Получив по паре раз куда попало тяжелым механизмом, они позорно и в ужасе ретировались.

Любаня с мужиком привели себя в порядок, посчитали незначительные телесные повреждения, и пошли по домам. По дороге договорившись всегда теперь возвращаться вместе. Слово за слово, тут и поженились. И живут до сих пор, уже на пенсии оба.

Да, а калькулятор оказался очень крепкий и не пострадал. Если вы об этом переживали.

с трагическим лицом целыми днями простаивает на улице, глядя в окно. Начали выяснять - оказалось, жена стоит. Беда. Ну то есть мало того, что мужик помрет, так еще и жена убиваться будет. Ну, мало ли там

- жалобу напишет, истерику закатит, вены себе перережет там же, под окнами. Врачам неудобно - заходят в палату и чувствуют себя гадами последними, медсестры вздыхают "вот это любовь! " и нянчутся с мужиком как с родным. Заведующий почесал в затылке и пошел к главному за всяким дефицитом и дорогостоем, мол, надо спасать мужика - мож кормилец единственный и вообще... Поплакали об своем, мальчиковом, посовещались, нашли всякие лекарства редкие, со стороны специалистов пригласили, мол, ну в виде исключения... ну там такая драма... жена глаз не сводит... А все же люди - как откажешь?

И мужик помаленьку-полегоньку пошел на поправку! И перевели его в отделение, и в разум он пришел, и... убег через окно при первой возможности!

"К жене побежал, дурашка! " - умилились все.

Хе-хе : ) И через какое-то время врач встречает эту самую отчаянную супругу. И чувствуя за собой некоторую вину за недолеченного больного, пытается деликатно выяснить как его бесценное здоровье, ну и попенять слегка за преждевременный побег, что ли.

И тут верная супруга наливается дурной кровью и начинает матом орать, мол, какого хера вы, уроды, вылечили этого придурка? !!! Я стояла целыми днями, ждала, когда этот кретин подохнет, а вы, вашу мать, подняли его на ноги, и теперь, шоб вы все облезли, мне с ним мудохаться неизвестно сколько и век квартиры не видать!!! ! !

... И верная жена ушла. А доктор, нервно похохатывая, потом пересказала эту душераздирающую историю своим коллегам. И не смотря на совершенно неожиданный результат, все почему-то испытали чувство глубокого морального удовлетворения.

до туалета и обратно. Доход семьи - зарплата родителей врачей и маленькая пенсия. Житуха с каждым днем все голоднее и напряженнее. И бабушка стала частенько хандрить и ныть:

- Бог не дает мне смерти. Все мои сверстники уже там, детей я пережила и только порчу жизнь внучке и ее семье...

Вечером вся семья пришла на семейный совет в бабушкину комнату и отец начал:

- Бабушка, ты нам не только не мешаешь, а даже наоборот. Мы хотели тебя оставить в покое и не тревожить, но нам не прожить без твоего жизненного опыта. Бабушка принимай дела, ты с этой минуты будешь у нас казначеем.

Твое слово закон, а то без четкого списка расходов нам ни на что не хватает. Вот тебе наши две зарплаты, командуй.

И бабка обложилась тетрадками, кошелечками и баночками с мелочью.

Каждый день все члены семьи по утрам вставали к ней в очередь, чтоб взять денег на карманные расходы.

Бабушка заметно ожила, она умудрилась выкружить 120 руб на новый пылесос, тем более, что родителям подняли зарплату на 40 и 60 руб. По выходным правнуки (если хорошо себя вели всю неделю) получали по рубль пятьдесят на кино и мороженое.

Через пару лет старушка деловито жалела семью:

- Как вы будете без меня, ведь все растрынькаете...

Она умерла счастливой, нужной своей семье, и так и не узнала, что Всех ее "семейных денег" 400 рублей с копейками... не хватит на один трамвайный билет который стоил 10 000, да и деньги были уже другие.

слушая их истории. Вы спросите – как это, с их семьями? Да просто, встретившись однажды, полностью расстаться невозможно.

Алина симпатичная, в молодости была прям яркая. Когда она была еще в старшей школе, один парень из компании ребят постарше взял ее за руку, заглянул ей в глаза, и сказал, что она будет его женой. Шутки-шутками, но он ее всерьез добивался. Как только она получила аттестат и ей исполнилось восемнадцать, забрал ее к себе в — к тому времени у парня была своя квартира, и немаленькая.

Как ей удалось сбежать, она и рассказывать-то не хочет. Парень вырос без матери, мать ушла из семьи, когда ему было лет двенадцать. Отец занимался такими вещами, о которых нельзя упоминать за обедом. Соответственно, отношение к женщине у парня было примерно такое: с одной стороны, он боготворил женщину-мать (которая его предала, по сути), с другой – все остальные женщины для него были грязными девками.

У Алины была квартира, деньги, и много запретов. Нельзя было общаться с родственниками. Нельзя было иметь подруг. Нельзя было надевать такую-то одежду, выходить куда-то, говорить по телефону, и в общем, он страшно боялся ее потерять. Побег был делом опасным, но она справилась. Я спросила, что с ним теперь. Его давно уже нет, ответила Алина. – Через несколько лет, по законам бизнеса.

Ее второй был очень милый. Спокойный, добрый, хотел детей. У них прекрасная девочка, умничка, красавица. Брак Алина регистрировать не стала, хотя он очень даже настаивал. К тому времени Алина уже отучилась, хорошо зарабатывала, родители уехали жить на дачу, и они очень уютно жили вдвоем.

Все поехало под откос, когда Алина забеременела и родила. Поскольку Алина умеет считать, выяснилось, что теперь у нее был не один ребенок, а два. Все заработанные деньги он приносил в семью, до копейки. И потом точно так же до копейки их забирал: на машину, на бензин, на продукты, и так далее. Алина стирала его одежду, гладила его рубашки и брюки, покупала ему одежду, готовила ему то, что ему нравилось, и при это некоторое время вела статистику расходов по позициям.

Вышла на работу, стала дико уставать. В какой-то момент ей надоело тянуть двух детей, и она попросила его уйти. Он страдал. У него была депрессия. Я спросила Алину – а как же дочка, без отца? – Почему без отца? – ответила Алина. Он приходил, занимался с ней. Он даже больше времени стал с ней проводить. Я спросила Алину, -- а как же любовь? Алина пожала плечами. – Если честно, я не могу сказать, что любила его. – Где он сейчас? – Да тут неподалёку, иногда наведывается.

Пал Саныч – начальник отдела – это Орёл. Он настолько нарциссичен, что хвалить его – одно удовольствие. Он расцветает, и принимает похвалу с таким достоинством, что поневоле чувствуешь себя счастливой. Ведь так редко удается сделать кому-то приятное. У Пал Саныча была жена, учительница, завуч или что-то в этом роде. Очень изящная, очень ухоженная, очень спокойная женщина, которая родила ему пухлого ласкового мальчика, в котором души не чаяла.

Пал Саныч завел себе любовницу. Истеричка-любовница приятно щекотала ему нервы. Все-таки жена-душечка была такой душной, что ну ужас просто. Жена случайно узнала об этой связи. А также она выяснила, что плодом этой связи является двухлетняя – к тому времени уже двухлетняя – девочка. Жена сказала, знаешь, что самое страшное? Что за все эти несколько лет я ни разу не почувствовала, что происходит что-то не то. Я подумала, да, это действительно страшно.

Он не пришел на бракоразводный процесс. Но их все равно развели. Любовница сказала, что он, Пал Саныч, ей нахрен не сдался, что она хотела только ребенка. Пал Санычу негде жить, он снимает квартиру, и он ходит жаловаться на женщин старушке-маме.

Росстат, 2022 год: браки: 7, 2 на 1000 человек населения. Разводы: 4, 7 на 1000 человек населения. Естественный прирост населения, 2024 год: -5, 0 на 1000 человек населения.

но для молодой семьи, да в те времена (да и сейчас тоже) — сплошное счастье. Надо было делать ремонт, со всем как–то управились, но была сильно убита ванна. А ванны в те времена не продавались. Только украсть на стройке, но там они тоже по счёту. В общем, пока ванну заменили, прожили с этой страшной около года.

И вот сидим мы как–то в кино (ванну ещё не заменили), смотрим какой–то цветной зарубежный фильм, а там показывают, как главная героиня принимает ванну. А ванна белая, вся сияющая и с золотыми ручками на бортиках.

И вдруг моя жена как заплачет! Я растерялся, не могу понять, в чём дело — по сюжету фильма вроде плакать нет повода. Она так плакала, что мы бросили смотреть этот фильм и ушли. Пришли домой, я начал добиваться причины этих рыданий, а она меня берёт за руку и ведёт в ванную. Показывает на нашу убитую ванну и говорит: "У нас никогда не будет такой ванны, как в кино! " — и опять в слёзы.

Что я мог тогда сделать? Посочувствовал, поутешал — а гвоздь этот в памяти так и остался на всю жизнь. Что ж это я за мужик — не могу жене доставить такую простую радость?

И вот теперь, когда появилась эта импортная сантехника, я увидел в магазине ванну как в том фильме — сияющую, белую аж под перламутр, с золотыми ручками на бортиках и ДЖАКУЗИ! Мне ещё пришлось выяснять у продавцов — что же это за ванна такая, зачем у неё отверстия со всех сторон и почему она такая дорогая. Хотел сразу купить, но решил подождать, когда жены дома не будет (она как раз в санаторий собиралась).

И вот уехала она в санаторий, я купил эту ванну, мне её неделю устанавливали и подключали — специалистов–то тогда по такой технике не было — наконец, установили, запустили, всё работает. Жду жену из санатория.

Приезжает она, я её завёл в квартиру так, чтобы она в ванную случайно не зашла, наконец, настал момент, о котором я мечтал всё время её поездки. Веду её в ванную, показываю новую ванну–джакузи — никакой реакции, кроме любопытства. И вопрос: "У нас же была хорошая ванна, зачем ты её поменял? "

Рассказал ей, как меня все эти тридцать с лишним лет беспокоила эта забота — моя любимая женщина не может получить ванну, какую хотела. Вижу её удивлённый взгляд — оказалось, что она вообще не помнит тот случай! А уж когда она добилась от меня цены этой ванны, впору было опять смотреть на её слёзы. Хотя зарабатывал я тогда очень хорошо, и эта трата никак на наш бюджет не повлияла. Обиды за напрасную трату денег она, правда, не высказала, но и особой благодарности я не дождался. Так — на уровне: хорошо, спасибо.

Я эту историю, давно рассказанную мне моим знакомым, вспомнил, прочитав историю таксиста о подаренных им цветах, доставшихся ему от артистки. Реакция непредсказуемая. Так и мой знакомый — он на реакцию жены и обиделся, и расстроился.

Сложно с женщинами.