Женские истории #магазин

на служебной Газели поехали на продуктовый рынок).

Закупкой подарков (замдиректора лично прыгнул в свой Лэнсер и отправился к дружественным оптовикам за парфюмом).

А также - цветы (Миша отправлен пешком в цветочный магазин, благо цветочных магазинов в округе было - как голых в бане). Задача Мише была поставлена несколько размыто: купить самые лучшие цветы. Военные знают, что формулировка приказа не должна допускать разночтений. Шеф в армии, к сожалению, не служил.

И вот, стол накрыт. Коллектив в предвкушении. Дамы нарядны, красивы, румяны и излучают флюиды счастья. Сисадмины плотоядно смотрят то на батарею бутылок, то на дам, то снова на батарею бутылок. Миши нет. Это сейчас у всех мобильники с детского сада. А тогда это был исключительно бизнес-ВИП-атрибут. Поэтому, узнать какие черти носят Мишу и где именно - не представлялось возможным.

Часы тикают. Предвкушение сменяется лёгкой нервозностью. Дамы скучают. У сисадминов выделение слюны, как у крепко привязанной у колбасного магазина собаки. Шеф даёт отмашку, благо подарки на месте. А цветы... Ну появится, же этот Миша когда-нибудь? Тогда и вручим.

Поздравления, обнимашечки-поцелуйчики, тосты, веселье. Миши по-прежнему нет.

Очередной тост от шефа за нежных фиалок нашего дружного коллектива. Ещё больше веселья. Миши всё равно нет, но это уже не так критично.

Танцы, хихи-хаха, меня-муж-дома-ждёт, снова тосты. Про Мишу и цветы забыли.

Погуляли знатно. Замдиректору пришлись даже возвращаться обратно из дома уже заполночь, чтобы освободить шестерых сотрудников из обезьянника, куда они попали за вокал, хореографию и прочую афта-пати у метро. Среди них была даже целая замглавбуха...

Девятое марта было немного хмурым. Часть коллег явно прятала глаза. Часть ехидно улыбалась. Кто-то был банально красный как рак. Кто-то соединял в себе все три качества (кто был на корпоративах - поймёт). Сисадмины пронесли к себе в комнату что-то позвякивающее в большой сумке и заперлись там.

Про Мишу и цветы если бы и вспомнили, то не раньше обеда, если бы не одно обстоятельство. Женская часть коллектива по очереди подходила к Мише и чмокала его в щёчку. Миша явно конфузился и делал вид, что его тут нет. По факту этого феномена было проведено экстренное расследование, которое выявило следующее.

Миша знал, где есть самые лучшие цветы в столице и окрестностях. Он поехал на вокзал, сел в электричку и поехал в оранжерею куда-то или в Сергиев-Посад, или Дмитров (сейчас уже не вспомню куда точно, куда-то на север от Москвы). Ему же ясно сказали: "самые лучшие". Сами виноваты.

По дороге обратно, он умудрился перепутать направление и уехал ешё дальше. Обратно в Москву он вернулся уже ночью с огромным баулом цветов, подобранный на трассе сочувствующими дальнобойщиками, поскольку последняя электричка шла куда-то не совсем туда, куда надо.

Осознавая свою вину перед коллективом, он на следующее утро заехал на работу, вручил цветы дамам из дежурной смены (провайдеры работают и в праздники), узнал адреса остальных женщин и за целый день объехал их всех (! ), чтобы поздравить по-настоящему с цветами. В этом ему, правда, помог один из коллег с машиной, ибо на метро Миша бы точно не успел.

Кстати, цветы были и правда свежие, ароматные и совершенно шикарные. И совсем почти не пострадали от мишиной логистики.

дураков. Хороша, чертовка! И грезил я тем, что приглашу её встретить Новый год, и приложу все старания, всё усердие и вылью на неё такое количество нерастраченной своей приязни и душевной благости, что не устоит зазноба моя!

Сижу, стало быть, планирую тактические действия, прикидываю финансовые возможности. Возможностей - хоть на пятерых! Но всё достанется Ей одной.

Тут приятель пришёл. Выручай, говорит, друг! Мне НГ встречать негде!

Может приютишь? Славно будет, оттянемся по-нашему. . . А то может квартиру оставишь, если сам куда намылился?

Нет, говорю. Извиняй, дружище - моя квартира мне в этом году нужна самому. До зарезу!

Тот мол, нет - так нет, без обид. И забыли.

А назавтра - звонок. Она, душенька моя звонит. Сама! Послушай, говорит, что ты планируешь на НГ? И дальше - видишь ли, родители уезжают

(туда-то), меня просят за дачей присмотреть и как раз в НГ! Одной мне там тошно, вот подумала, может ты согласишься со мной туда съездить?

Если других планов нет, конечно. . . От это сюжет! Фортуна делает боевой разворот ко мне передом! Ну конечно, говорю - об чем речь (Голуба моя, это ж надо как везёт-то! ), дальше я лепечу, как это здорово-великолепно на мой взгляд - НГ не в городе, а у беса на рогах, вдали от людей,

Тишина, уют и благодать и всё такое. . . В общем - да, дорогая! На том и порешили.

На душе моей сразу категорически посветлело, ибо я был уверен, что такой карамболь неспроста складывается, и что по всем правилам жанра, просто так закончиться он тоже никак не может. В планы были внесены необходимые поправки - и выходило даже лучше, чем я сам планировал! Позвонил давешнему приятелю. Паша! Заезжай, говорю за ключами. Меня не будет, делай что хочешь, только квартиру мне не спали! Веселись, друг! . . .

. . . Никогда ещё празднование Нового года не повергало меня в такую глубокую Задницу! Все мои имеющиеся в наличии добрые и светлые чувства были оскорблены и повергнуты в прах одновременно! В истерзанной душе поселилась глубочайшая тоска. Клянусь, реально хотелось всплакнуть! В общем, когда мы приехали, я неожиданно узнал, что молодец, что забил багажник всякой необходимой фигней, потому что вероломная зазноба моя зазвала кучу народу, с половиной из которого я был едва знаком. Я был представлен собравшимся как самый лучший на свете и самый любимый. . . друг. Один собравшийся несколько напрягся при этих словах, потому что он-то, оказывается (знать бы раньше! ) был как раз не «друг», а всё остальное. . . С ним-то она и мурлыкала весь праздник, потом исчезли оба куда-то. Ха! «Куда-то! ». "Ну как же так! ? ", - этот вопрос раскаленным жупелом жёг разум. Это она оказывается «позаботилась» обо мне по-дружески, чтоб я не скучал в городе, девушек было кстати понаприглашено в достатке и даже без особой настойчивости вполне «можно было». . . Но мне-то что за интерес! Я был растоптан, разбит, подавлен, уничтожен!

В общем, еду домой, думаю, сейчас ещё в квартире прибираться, после

Пашкиной компании, а то и разгонять засидевшихся гостей. . .

Вхожу домой. Тишина. В квартире чисто, убрано. Никого. Пылесосили они что ли, думаю, или вообще никого не было. . . Ан нет. На журнальном столике - открыточка. «С новым годом! », внутри поздравления, поцелуйчики отчмоканы. Четыре разных насчитал, значит - славно-таки Паша повеселился!

Тут же вазочка с фруктами стоит, рядом - тарелочка с пряной закусочкой, огурчики-селедочка-грибочки. И венцом всему - еще не отпотевшая бутылочка водочки столичной, запечатанная, и стопочка чистая подле неё. Тронуло это меня до слёз! Вздохнул я глубоконько, бутылочку распечатал, налил, хлопнул. . . Еще налил. Хлопнул. Сел на диван, завел музычку. Взял телефон. Звоню. Паша, с Новым Годом, дружище! Не спишь? Нет, говорит - некогда. А чего, говорю, свалили-то в такую рань? Да так, подумали, вернешься - не до нас будет, оставили гостинчик, прибрались да пошли. . .

Пашенька, друг, разворачивайте оглобли и дуйте ко мне, мигом! Девчонок не растеряй по дороге! В магазин не ходите, я щас сам слетаю. Всё, жду!

Слетал в магазин и сел ждать.

Вот такого шикарного, светлого и задорного первого января у меня тоже никогда не было! Что характерно - девчонок и правда было четыре. Одна из них теперь моя жена.

и я их периодически приветствую, мол, стоят тут, курят, наркоманы и проститутки, кошмар какой, ноги голые, юбки короткие, без шапки, пися стоять не будет, бу-бу-бу. На это надо хором мне ответить: "Тёть Вик, мы так больше не будем! " и немедленно навести суету, типа поднять воротник, достать из кармана шапку, одёрнуть юбку. Я - вот, то то же, смотрите мне! От этого я перестаю чувствовать тщетность бытия и вхожу в образ бабки плавно, постепенно, чтоб лет через 20 исполнять такое с незнакомыми людьми и, возможно, бить их костылём.

И на днях на меня напали новенькие бабы этих трудящихся, могу их понять, какая-то злобная тётка делает выговор, обзывается. Мелкие сучки догнали меня в магазине и сделали мне выговор в непечатной форме. "Тебе надо, ты и рожай, трое штанов нацепила, никто на тебя не клюнет... " И губами этими надувными [м]лямс-блямс...

Я бы обиделась, но у меня мама остра была на язык и без тормозов. Кто выдержал мою маму, того пламенными речами не пронять. Поэтому я просто удивилась и забыла. А сейчас за хлебушком вышла и вспомнила, потому что наркоманы мои и проститутки привели барышень этих с извинениями, в том же магазе меня и догнали, на радость всем продавщицам, которые моей маме ровесницы как раз.

Стоим, курим, после. Барышни: - А что вы делали, чтоб так выглядеть? - Эээ... Как бабка, которую никто не хочет, потому что трое штанов на жопе? - Нет, чтоб без морщин. - Ну, в 40 я перестала употреблять наркотики, в 50 перестала бухать... Почти перестала. А до этого трахалась вон за теми гаражами. В паузах между всем этим рок-н-роллом кого-то рожала. Но, главное, пост и молитва.

И затёрла им про Великий Пох[рен]. Живите, говорю, без злобы, на чиле, на расслабоне. Шеф орёт, а ты слушаешь и тебе пох[рен], не злишься.

Шучу. Кинь в шефа степлером, надень ему на голову мусорное ведро! МЫСЛЕННО! ))

Просто порода такая, лет до 70 без морщин, а потом - хоба и вся как печёное яблоко за пару лет.

Хорошие сейчас дети всё же, за гаражами ни души. А мы вот да, были наркоманы и проститутки, бабки с лавки не ошибались. Но это потому что у нас интернета не было.

дня, в дверь внезапно позвонили. Каково же было его удивление когда, открыв дверь, перед ним нарисовалась картина маслом: в коридоре стояла его недавняя знакомая, в одной руке она держала огромный чемодан, а в другой ребенка 3 лет. Глядя на поздний час ничего не оставалось как предложить им ночлег. Результатом ее проживания стали завядшие уши друга (как выяснилось она не знает что такое 5 минут просто помолчать) и разгромленная квартира ее "киндер сюрпризом". На четвертый день терпение лопнуло, и он решился на отчаянный поступок, позвонив ее мужу. К удивлению, совершенно меланхоличный муж, выслушав робкие объяснения причины звонка, после долгой паузы брякнул в трубку ЯЩИК ВОДКИ! Далее последовала пауза с обеих сторон, после чего тот добавил: "АБСОЛЮТ", продиктовав адрес, повесил трубку. Оправившись от шока, товарищ побежал в магазин. Дверь открыл ему вылитый Верещагин из "Белого солнца пустыни". Друг терпеливо ждал конца. Но, осмотрев гостя и ношу, хозяин изрек: "А где закусь?". Далее думаю не следует пояснять ход событий. Уже в соответствующем состоянии они отправились на квартиру к другу. Далее все обошлось также без скандалов и смертоубийств. Дама МОЛЧА собралась и поехала домой.

Happy end.

заслуженный человек, лауреат, орденоносец и вообще. Похоронив шефа, уволилась тайно влюбленная в него пятьдесят с лишним лет и потерявшая смысл жизни секретарь. Долго ли, коротко ли там у нас все происходило история не сохранила, но назначили на пост молодого директора. И не просто назначили, а путем прямых выборов с тайным голосованием коллектива в качестве эксперимента.

Без всякого руководящего опыта, обычный завлаб с научными амбициями и такой сложной темой докторской диссертации, что я ее не выговариваю.

Начал ученый руководить, а ему за это секретаршу на работу взяли. Прям как из карикатуры Крокодила на западный образ жизни. Ноги метра полтора, ум, образование, зеленые глаза с чайные блюдца, широкие пояса вместо юбок, блондинка. Такая красивая, что институтские мужики помоложе специально ходили в приемную приобщиться к прекрасному, как в Третьяковку, институтские дамы тоже шастали как в шубный магазин изъян какой-нибудь обнаружить. Сошлись, кстати, на том, что дура – дурой. Сидит, точеными наманикюренными пальчиками на клавиши пишмашинки «оливетти» жмет, кофе растворимый начальнику таскает, попой вертит и вся работа. Придя к такому выводу коллектив успокоился.

Начальник тоже на секретаря смотрел. Любой человек на нее бы в этом смысле внимание обратил, коли мужчина. Даже издалека. А тут вообще рядом трется, духами французскими пахнет. Он бы может быть и пристал, но что тормозило молодого директора – это те самые карикатуры из Крокодила, анекдоты шеф-секретарша и полузабыты моральный кодекс строителя коммунизма. Так что целых полгода никаких поползновений, кроме того, что в след посмотреть, когда документы принесет и случайно в вырез заглянуть по дороге в кабинет. Так бы наверное они и состарились, если бы не одно происшествие.

Принесли директору к вечеру какую-то научную хрень в виде статьи на рецензию. Настолько научную, что вообще одни дифференциальные уравнения с интегралами в области физической химии. Он эту хрень смотрит и не нравится ему работа. А чем не нравится с первого взгляда не понять, надо разбираться. Решил утром. Оставил работу на столе, положил сверху свой известный уже институту красно-синий карандаш и домой уехал.

Утром, как всегда на секретаря скрытно зыркнул и на место прошел. И видит, что оставленный им документ весь красными каракулями исчеркан. Как будто ребенок «неровной» рукой развлекался. Присмотрелся, вроде осмысленные каракули, неровные. Еще вник. Ба! Да от первоначальной идеи статьи вообще ничего не осталось, потому что ошибки, но ошибки исправлены и эти исправления открывают такие перспективы, что жутко становится за потенциального противника. Вызвал секретаршу и с гневным видом:

- Кто бумагу карандашом испортил? – ну как ребенка за рисунок на обоях.

А та покраснела хуже карандаша, посинела ничуть его не хуже и с вызовом:

- Ну, я! Нельзя же мимо такой вопиющей глупости проходить, а вы подписывать собирались! И вообще я кандидат наук, давно к вам на работу по этой теме хотела, только вакансий не было, кадры секретарем посоветовали, - и глазами блюдечными еще хлопает на мокром месте.

Шеф тут совершенно другим взглядом своего секретаря уничтожил и говорит, что вынужден ее уволить к чертовой матери. А она ему...

Не, я собственно при этом разговоре не присутствовал, врать не буду, хотя во встречах результатов той беседы из роддома участвовал два раза. Теперь у них кроме кучи совместных научных достижений, лауреатства и членкорства двое взрослых детей с внуками. А в гостиной на стене в строгой рамке висит увеличенная копия карикатуры из Крокодила, где иностранный буржуй пристает к ceксапильной секретарше.