Истории о армии #армия

инженера приёмник чинили..

Был у нас командир части, подполковник Синицын...Сломался как-то у него в Жигулях приёмник - ни слуху - ни звуку. Ну естественно, кто может починить - солдаты с вышкой ( с высшим образованием). А было таких в части 2 (два) я и мой приятель Николай ( он из Чечни, хоть и славянин,где он сейчас...,). Что-то я отклоняюсь. Наше высшее электронно-физическое образование позволио определить сходу неисправность - сгорела микросхема усилителя. Но где её взять на болоте под Рузой? Где-то с месяц мы, спрашивая всех знакомых по почте, смогли достать эту микросхему, впаять, и - приёмник заработал. Пришёл подполковник Синицын, - Ну что , инженеры, починили? таК точно, товарищ подполковник, починили( а сами уже в предчувствии - отпуск не отпуск, но в пьяную Рузу хоть на увольнение..). МОлодцы, товарищи! - полковник говорит, послушав приёмник. А что с ним было?. ДА вот, товарищ полковник - вот эта штука не работала, показывая сгоревшую микросхему, говорим..

Пауза. Четырёхэтажный мат. Вы, сраные ,*?:%(* инженеры, 867597865 солдаты,98670987*(?:)*(?: вы целый месяц эту (*?)(*уйню сделать не смогли? Так она-же ( микросхема) меньше мухи!!!! Саботажники!

Мы потом 2 наряда на свинарнике вне очереди крыс били...НЕ сотвори добра ближнему идиоту...( Правда свинарь был наш друг и мы действительно развлекались 2 ночи придумывая способы охоты на крыыс, чем сильно потом удивили особый отдел части - но это другая история)...

человеком которому почти 96 лет то вполне можно раскопать такие вещи о которых можно смело писать романы и снимать фильмы. Я уже перестал удивляться количеству поразительных событий в его жизни. Вот хотя бы такая штука.

Послевоенные годы, Уссурийск, один из многочисленных военных гарнизонов на 1/6 части суши. Многие офицеры уже носят погоны с дюжину лет и, учитывая что во время войны год считался за три, с нетерпением ждут 20 или 25 летнего срока службы что бы уйти на пенсию. Дед в скромном капитанском чине, правда на майорской должности начальника артиллерийской технической (арттех) службы бригады. Должность и взаправду ключевая, всё таки под его началом склады снарядов, мин, взрывчатых веществ, боеприпасов, и стрелкового оружия. А на дворе 1952-й год, уже убит Михоэлс, раскрученно "Дело Врачей", клеймят "вредителей" и "агентов Джоинта" в газетах и на партсобраниях.

Спустили сверху разнарядку "а посмотрите-ка, не проникают ли щупальца империализма в армию Советскую. " Начали изучать личные дела комсостава и естественно очень скоро добрались и до деда. "Как же так? " возмутился кто-то ответственный "у вас офицер на такой должности и... не коммунист. Вы что краёв не видите? Не знаете, партия наш рулевой? Партийный, значит ответственный. Поговорите с товарищем начарттехом по поводу вступления в партию. "

Парторг деда вызвал и предложил:

- "Товарищ капитан, а не хотите ли вы добровольно-принудительно примкнуть к партийным рядам? "

- "В смысле примкнуть? Вступить в партию что ли? " удивился дед.

- "Ну да, мы считаем вас достойным кандидатом. Подавайте заявление. "

- "Так я уже в партии с 1945-го года... "

- "Чтоооо? Как так? У нас об этом никакой записи нет. "

- "Ну таких деталей, я не знаю. "

- "Тэк, тэк, тэк... А в комсомол когда вы вступили? "

- "Я дважды вступал. "

- "А ну-ка, излагайте подробнее. "

И дед рассказал рассказал следующее.

С весны 1942-го служил он в 1-й ШИСБр (штурмовая инженерно-саперная бригада), ещё её называли Комсомольской Бригадой (т. е. все солдаты и офицеры в ней должны были быть как минимум комсомольцами). А в сам комсомол его приняли в конце 1930-х, ещё в школе. Но вот незадачка, в декабре 1941-го, при разгроме Феодосийско-Керченского десанта он попал в плен. Плена-то было всего на один день, но документы он выбросил, уж больно неподходящая национальность для немецкого плена была в них указана.

Когда через день бежал и добрался до своих, то его отправили в Советский фильтрационный лагерь около Керчи. Таких бездокументных, из разгромленных полков и дивизий, были сотни и тысячи людей. Из всех документов лишь кубик на петлице. Впрочем, в том бардаке этого вполне хватило что бы в 19 лет его назначили бригадиром сотни, а это конечно много приятнее чем быть простым заключённым. Не знаю как там проверяли, но через пару месяцев его вызвали и сказали "Поздравляем товарищ младший лейтенант, проверку вы прошли - вас ждёт Кавказкий фронт. Вон машинистка, она направление оформит. "

Стал он в длинную очередь, наконец добрался до измученной машинистки. Та спрашивает "Ваши ФИО, год рождения, тыры-пыры? " Дед подумал "Хммм, хрен его знает как ещё служба сложится. Упаси Господи опять плен попасть, второй раз может и не повезти. Вдруг попаду с документами, тогда точно грохнут за милую душу. " Фамилию менять не стал, а насчёт ИО сказал "Пиши вот так. " "Имена родителей и национальность? " Над этим дед тоже подумал, мать оставил как есть, а ИО и национальность отца поменял. Проверить же никак не смогут, Беларуссия под немцами, Ленинград где училище было в блокаде, документов других нет. Таким образом на свет появился ещё один беларус. Дед посчитал что эдак безопаснее, уж очень ему не хотелось в расстрельной шеренге второй раз стоять.

Когда бригаду на Кавказе формировали оказалось что очень много кавказцев о комсомоле только слышали. А так как бригада названа Комсомольской, спустили разнарядку, всех поголовно принять в комсомол. Дед и решил, "ну что же, как все так и я. " И вступил ещё разок, правда уже под другим именем.

В 1943-м пришёл новый указ, "неплохо бы если бы в Комсомольской Бригаде все офицеры были бы коммунистами. Показывали бы живой пример комсомольцам. " Всех офицеров в батальоне перед боем вызвали и настойчиво порекомендовали написать заявление о приёме в ВКП(б). "Нам бы до следующего дня дожить бы. Что нам кабанам, хотите напишу. " прикинул дед. И стал он аж цельным кандидатом. А потом ранение, госпиталь, формирование, другая часть, поиск своих, перевод в родную Бригаду, и снова взвод, рота, Беларуссия, Польша, закрутился и забыл о "кандидатстве". Но бумага-то дело ведёт.

И в начале 1945-го опять его пред светлые очи парторга вызывают. "Вы товарищ кандидат-с у нас оказывается. Ранены, взодный, ротный, три ордена, короче, принимаем мы Вас. Поздравляем. " Дед прикинул, приняли ну и ладно, хрен с вами. "А делать-то я чего должен? " "Как что? Воевать, пример другим показывать. Тем более что мы уже на немецкой земле, в Восточной Пруссии. Вот вы в эту ночь на задание идёте, так пойдёте уже как коммунист. Партия на вас смотрит. А утром мы вам торжественно и партбилет вручим. " И руку крепко пожал.

С примером худо получилось. На задание (в минных полях проходы для атаки делать) документы с собой не брали. Это разумно конечно, на минных полях многие навсегда оставались, так что шансы что документы к немцам попадут были большие. Ранило его, ребята вынесли, дотащили до своих позиций. Повезло, как раз там раненых вывозили в тыл, в машине место нашли. О документах и не вспомнил, рука и нога пробиты, до бумажек ли. И снова госпиталь, формирование, и на войну с Японией. Документы личные восстановили, а насчёт партийного билета он даже и не думал, ибо его никогда в руках и не держал.

Парторг подивился, поохал, и телегу повыше накатал. Случай неординарный, вроде бы и коммунист, а с другой стороны и не коммунист. И в комсомоле дважды был. Мутная картинка. Сверху предложение идёт.

- "Так может его из партии исключить? "

- "А как исключить? У него даже партиблета нет? "

- "Хммм. Тяжёлый случай. Так может принять, а потом исключить? "

- "Идея интересная. Но как то некрасиво. Всё таки человек перед боем в партию вступил, с мыслью что он теперь коммунист на минное поле полз. "

- "Хорошо, вот компромис. В партию принять уже официально, но из армии выгнать. "

- "Так ему до военной пенсии всего полтора года осталось? "

- "Ну и что? Он тут нам имя, отчество, и национальность себе менять будет как захочет, да и в комсомол и в партию как в проходной двор по сто раз заходить будет, а ему ещё и пенсию. Хрена с два. Кто он там у нас по национальности получается по настоящему? Ага, вот вот... Как раз. А жена его кто? Капитан. Ну и что что военврач с 1943-го? Убийца в белом халате. Вы что газет не читаете что ли? На фиг, на фиг. "

Написали деду характеристику что он "политически близорук и в моральном отношении не стабилен. " И уволили из армии, не дали до пенсии дослужить. Ведь и без него есть чем заняться. Например с "безродными космополитами" бороться.

А дед что? Дед нормально. Партии той уже давно нет, а дед жив и здравствует, дай Господь ему долгие годы. И совет умный даёт "смотри куда вступаешь. "

из строя.Хотя офицер при всем этом оставался достаточно безобидным человеком. Он очень любил вафли. Видимо именно поэтому носил подпольную кличку "Вафля".Дошло даже до того, что некоторые курсанты между собой называли офицера только по кличке. Да, еще- "местом ссылки", куда по выпуску отправляли особенно отличившихся на почве разгильдяйства курсантов, был Байконур(точнее какие-то из его дальних площадок).А теперь сама история:

Как-то на одном из многочисленных построений(а в армии строят по любым мало-мальски вашным поводам, например - обед, окончание обеда), когда в очередной раз Вафля умничал перед строем,из которого градом сыпались смешки в его адрес,он решил привести неотразимый аргумент, подтверждающий его заоблачный статус уважаемого всеми человека.Причем приводил этот ЖЕЛЕЗОБЕТОННЫЙ аргумент с истинно нордическим выражением лица и непоколебимой верой в правдивость своих слов:

- Вот вы смеетесь. А зря. Меня всегда уважали все мои воспитанники. И , даже став офицерами и выпустившись из этих стен, мои бывшие подчиненные продолжают помнить и питать ко мне уважение. Вот, вот. Не верите? А мне вот недавно, да-да - всего неделю назад, прислали посылку с Байконура. Да,да - с Байконура- меня даже там вспоминают. Так вот, они знают мои пристрастия, и прислали то, что мне точно понравится - целую посылку ВАФЕЛЬ. И книгу. Она лежала поверх. Да вы, наверное, все читали ее. Это "Идиот" Достоевского.....

Построение было сорвано. А подобные посылки со следующего года стали регулярными....

позах. Естественно , что реально опыт был у пары человек, но пересказывались истории старших товарищей, с дополнениями и пикантными подробностями. С нами в палатке жил товарищ из глухой деревни, её и на картах -то уже нет, в разговорах участия не принимал, а только жадно слушал из своего угла о наших подвигах. Мы это заметили и начали его крутить, мол, что молчишь, расскажи нам что-нибудь, как у вас , у деревенских это происходит? Вася нам ответствует, что хозяйство там, родителям нужно помочь, а жениться только после армии. О, это удача, есть огромное поле для шуток! Мы к нему, Вася, а ведь тебе нельзя жениться, можно опозориться. Непонимающий шуток Вася вопрошает"Почему? "А мы ему даём расклад: жена то твоя тоже , как и ты , не с кем, а за 20 лет у неё там всё заросло, знаешь выражение "Сломать целку? "А что делать? -упавшим голосом спрашивает Вася. Нужно, друг ты наш деревенский, тренировать свой, ну сам понимаешь что. "А как? "-на полном серьёзе спрашивает Вася. Берёшь целлофановый пакет, сначала один слой рвёшь, потом два, три, а вот когда пластмассовые крышки от трёхлитровых банок будешь пробивать-значит готов! Ну посмеялись в подушки, да и заснули, а ночью проснулись от того, что из Васиного угла доносятся характерные звуки, которые перемешиваются с мычаниеми рыком, потом следует вопль Тарзана: "Два слоя порвал! "Досыпали на улице, валяясь вокруг палатки в конвульсиях. Это чистая правда, привет ОВТИУ.

бегом бежали с табуретками и строили прямоугольник. Приходилось вместо курилки и подшивания сидеть час, с ровной спинкой и слушать про закрома колосовых… итд.

Дима вынашивал план, рисовал схемы, я откручивал ему радиодетали, какие попадались под руку (все же войска у нас ПВО), и наконец он собрал грандиозный мега-аппарат, который уместился в спичечный коробок. Все очень просто, всего два регулятора: один для настройки частоты, другой силы сигнала. Это был генератор тв-помех.

В нашей роте два сержанта. Один «умный», а другой «сильный». Смотрим программу «Время», вдруг помехи, больше, больше. Подходит «сильный», лупит кулаком по телику, результат нулевой, но только он поворачивается к нему спиной, телик показывает, чуть шолохнулся, опять рябь и вой в динамике. Пришлось ему стоять спиной к телику, любая попытка шевельнуться расстраивала телик. Так под сдавленные смешки он и стоял.

Мы с Димой называли это - Выставить марионетку. Потом брались за «умного».

Телевизор начинал хандрить, у «сильного» уже была задача - стоять задом, но это не помогало. За дело брался «умный». Он начинал делать вокруг телика магические пассы и замирал когда изображение появлялось (обычно с руками поднятыми вверх). Иногда мы с Димой заранее решали какой театр нам покажут марионетки сегодня, и чувствовали себя властителями мира.

Когда сержантам это надоедало, они выключали ящик, но если вдруг заходил дежурный по части он их дрючил за сбой распорядка дня, тем более при нем телик работал как часы и отмазки не канали. Приходилось марионеткам стоять в странных позах, причем как ни старались поставить вместо себя солдата, телевизор не показывал, даже если салабона переодевали в сержантское хб. Наконец они додумались сломать своего мучителя. Когда нам принесли новый, цветной, все сказали: - ух тыыыыы!!! !

Только мы с Димой громко заржали (тем чуть не спалились). В новый телик вселилась душа старого.

Вроде глупости, а вся рота целый день ждала вечернего представления.

Правильно говорит армейская мудрость: Куда солдата не целуй, повсюду [п]опа…

Союза, непонятки с призывом и т. п. )

В итоге за "студентов" взялись сразу по двум направлениям -- официальному, т. е. офицеры, которые от безделья уже вешались, а тут сразу несколько сотен "курсантов" (у нас взводами майоры командовали) и неофициальному (дедовщина), когда небольшое, но сплоченное землячество представителей народов с орлиным профилем, сидящих на теплых должностях каптерщиков, кладовщзиков и т. п. , наехало на нас и попробовало взимать дань в денежном, продуктовом и натуральном (работы на их благо, а не то, что подумали) виде.

От офицеров, понятно, отбиться не удалось, так что полугодовой курс молодого бойца нам пришлось осилить за месяц. Причем со сдачей экзаменов как по ВУС, так и по общей подготовке. Слава богу шагистикой не мучали.

А вот с "дедами" пришлось вначале тяжело, правда те очень быстро сдулись -- сложно гнуть пальцы на "стрелке", когда твоих пришло человек десять, а "салабоны" почти в полном составе, так что все ограничилось воплями типа "Вы не мужчины, давайте один на один".

Попробовали зайти с другой стороны - стали ловить нас по одиночке.

Все прекратилось, когда однажды на помощь "курсанту" непонятно откуда вылез боец в форме старого образца, причем не первой свежести. Его слов: "Студентов не трогать. Мы с ними по вечерам в волейбол играем" хватило, чтобы деды с извинениями растворились в ближайших кустах.

Это оказался один из стройбатовцев, что жили в соседней с нами казарме и с которыми мы делили по вечерам ближайшие спортивные площадки, устраивая целые сражения в футбол и волейбол.

P. S. Стройбат к учебному полку отношения не имел, просто временно жили на территории, т. к. возводили очередные корпуса в военном городке.

- Да, тут один старинный лучший друг - однополчанин, увидел меня в армейском сообществе и хочет добавиться ко мне в друзья. Всё у него так в жизни просто, даже завидно, в друзья захотел - говно вопрос. Посоветуй, как лучше ответить – «Гори в аду! » или более нейтрально – «Здохни с@ка! » А может для прикола ничего не писать и просто принять в друзья? А?

- Фима, мне бы твои проблемы. Не предавай этому большого значения – интернетная дружба тебя ни к чему не обязывает, а человеку будет приятно, тем более, что ты его знаешь. Ко мне вот тоже люди из детства записываются в друзья, так я их даже по фотке узнать не могу, но ничего, принимаю. Пусть, если им так надо. Тебе же не в разведку с ними идти.

- Да я, собственно, тоже от виртуальной дружбы ничего особенного не жду, от меня не убудет, но чтобы «этот» просился ко мне – это уже, даже для меня, добрейшего на свете человека, как-то перебор.

- А чем он тебе так насолил?

- «Насолил» – это неплохо сказано. Ну, представь себе – одна тысяча девятьсот затёртый год, Советская армия и в неё пришёл служить маленький худенький лопоухий «салабон», да ещё и еврей. Правда, я тогда ещё был не седой и не лысый, а вполне себе кучерявенький.

Естественно, «деды» начинают меня гонять, особенно один ефрейтор, совсем дебил. Каждый день после отбоя мудохал, по поводу и без. И вот однажды этот "друг", немного перестарался и сломал мне нос. «Стучать» не было никакого смысла, эту хохму я уже знал, а то меня бы сами офицеры в автопарке повесили, чтобы не мутил воду и не портил статистику. Бывали у нас такие случаи. Терпеть тоже невозможно и я под утро «встал на лыжи» и свалил из части.

На попутках даже до дома сумел добраться. Вправил нос, пожил пару дней под кроватью, мама с папой крутились, хотели меня как-то комиссовать, или, в крайнем случае, перевести в другую часть, но не успели. Через неделю меня всё-таки нашли, вытащили из-под кровати, осудили за дезертирство и дали шесть месяцев дисбата. Шесть! Месяцев! Долбанного! Дисбата!

Причём, того дебила, который сломал мне нос, тоже «раскрутили», осудили и тоже дали полгода. Но, самое смешное, что мы с ним оказались в одном дисбате и даже в одной роте. Правда, не разговаривали там никогда, там вообще лучше ни с кем не разговаривать, если не хочешь в карцер. Маршировали и пахали целыми сутками. Крикнешь, только – «Поберегись, раствор идёт! » вот и всё человеческое общение. Отмотали срок, он ушёл на «дембель», а я опять в родную часть дослуживать свои два года.

Так вот, с тех пор прошло без малого тридцать лет и этот «друг», представь себе, зачем-то нашёлся и предлагает дружить.

Так, как бы ему лучше ответить…?

другой человек. А раз другой то и ответственности в чем он себя убеждал я не несу. Ну логично же [м]ля.

Через пару неделек не бритья логика подсказала что так можно засветиться среди салабонов и я решил примкнуть к тем кто с усами имел право ходить. Забегал с «фазанами» за угол вместо утренней пробежки где курил и вникал в суть армейского бытия. Благо светало поздно, а в темноте можно и под «деда» закосить. А кто их там среди двух рот помнит. Потом на второй этаж в клуб на политинформацию. Я старался от своих старослужащих не отрываться и нырял вместе с ними на последние ряды. Где можно даже было с полчаса покемарить под нуденье мичмана. Но все хорошее и незаслуженное когда нибудь кончается.

Сквозь дрему я услышал голос:

- Ты оборзел дух?! - крик был злорадным и ничего хорошего не предвецавшим.

Пришлось открыть глаза и увидеть стоящего передо мной ефрейтора. Фамилию сейчас уже не помню хотя то что он немец знал. Худой, рыжий, конопатый. Откуда-то с пыльных степей Казахстана. Их у нас в роте было двое. Оба ефрейторы, оба немцы, оба отслужили по году. Но если со вторым Гефелем у меня было все еще впереди, то этот промелькнул как-то незаметно. Правда успев ударить меня по уху. Конечно сделал он это зря. Нет, я не националист, вернее даже анти, но то что Гитлер тоже начинал с ефрейторов помнил еще со школы. Поэтому в моем движении вскочить не было никакого желания оставлять его недобитым. Да и ухо как-то при его ударе подвернулось и было больно. Я не поднимал руки для каких-то там стоек, просто вскочил попутно припечатав свою голову в его переносицу. Видимо их в Казахстане не обучали таким приемом в уличных драках. Поэтому он то ли охнув то ли сказав капут рухнул в проход. А я понял, что поспать сегодня не удастся. И обозрел несущихся ко мне сослуживцев. И только чей-то крик из коридора — мичман идет! Подсказал, что драки больше не будет. Бежавшие подхватили ефрейтора и потащили в комнату художника части. Вероятно стенгазету рисовать или обрисовать контур его тела раз здесь не успели. Начинается армия подумал я и поплелся на первые ряды.

Странно, но до конца своей службы я больше этого ефрейтора не встречал, но интересного и без него хватало. Завтра расскажу.