Истории о армии

Давно это было. Еще Пугачева не пела. Один экипаж из нашего полка был в командировке и застрял по погоде. А в этот город приехала Эдита Пьеха, и решили экипажем на ее концерт сходить. Вот уже пошли, а борттехник (большой специалист выпить) и говорит: "Ой, командир, я в гостинице (что-то там) забыл". А сам на борт и налил фляжку спирта. Ну пришел он в театр, а концерт уже идет и в зал не пускают. Смотрит - какая-то маленькая дверь. Открыл, а там лестница на верх. Поднялся по ней, а там осветитель прожекторами водит. Осветитель разрешил посидеть рядом. Ну борттехник сел и сразу рюмашку себе налил. А потом еще. Осветитель поинтересовался, что он пьет, а бортач ему предложил. Выпили по одной-другой и возникло взаимопонимание. Борттехнтк говорит: "Я же здесь не один. У меня же здесь в зале экипаж сидит. А мы их сможем найти?" Осветитель ему: "Да запросто!" Развернул прожектор и начал шарить по залу. Нашли! Борттехник сверху кричит: "Командир, не волнуйся, я уже здесь!" Ну, конечно, экипаж из зала как ветром сдуло.

Произошло лично со мной на Украине в г.Львове

Я жил на 7 этаже, а надо мной жил пан Тадэуш (считал себя поляком, хоть мама чистая Русская а папа смесь Поляка с Русским, отсюда и обращение ПАН).

И этот многоуважаемый человек отставной полковник пожарной службы, находясь на заслуженной пенсии ну очень любил выпить.

Однажды

Давным-давно на Белом море мне эту историю поведал один гидробиолог.

Росскащег вспомнил, как служил в армии, где-то в дальнем, глухом гарнизоне. И был у них один солдат - весельчак, остроумец и выдумщик.

Только выдумки и шутки его обычно черноватыми получались – ну, да оно так порой и смешнее.

Как-то раз затеялся

Сразу после института я устроился работать в одну из табачных компаний. Повезло - дали машину, нехилую зарплату и т.д.

Одна проблема - от армии у меня отмазки не было никакой. Поэтому я старался избегать визитов в военкомат, благо после переезда "солдафоны" не знали моего нового адреса жительства.

Но тут я узнаю, что моя компания раз в год проводит конференции за рубежом, присутствие на которых обязательно для всех работников. Сами понимаете, для получения загранпаспорта нужна справка из военкомата, что я, типа, никому не нужен аж до следующего призыва.

С тяжелой душой прихожу на прием к прапорщику Петренко, практически не надеясь на благополучный исход визита.

Короче, совершенно честно объясняю ему цель прихода, кладу перед ним на стол пятисотку и сверху накрываю красивой фирменной зажигалкой, которые мы раздаем лояльным клиентам.

В мгновение ока пятисотка оказывается под лежащей на столе газетой, а прапорщик хватает зажигалку и восклицает:

- Ух ты, какая классная зажигалка! С фитилем! Бензиновая! Вот это здорово, за это спасибо!

Короче, через две минуты я вышел из кабинета с заветной справкой в кармане.

Про долг.

Обсуждение в КиО напомнило. Собственно, в рассказе ничего смешного нет – кто служил, тот согласится. Познакомился я в «учебке» с одним парнем.

Его призвали служить в двадцать шесть – грустная история. Он, видите ли, закончил пед. институт без военной кафедры. Получил распределение в сельскую школу в глушь, а оно ему надо? Ну и пришел в военкомат, призовите, мол, лучше полтора года отслужу. А ему говорят:

- Нет, дружок, зря, что ли, тебя Родина учила на народные деньги? На селе учителей не хватает, иди выполняй свой долг.

Ну пошел, куда денешься? Прошло три года. Он женился и ребенком уже обзавелся. И тут приходит повестка – кончилась отсрочка. Он опять в военкомат, мол, у меня дочка маленькая, дайте еще на год отсрочку, учителей на селе не хватает. А ему в ответ:

- Нет, дорогой, ступай в армию защищать Родину-маму. А в село на твое место отправят кого-нибудь после института, кто сейчас служить просится.

Так что, иди, выполняй свой долг.

Как один мой друг говорил: «Вот растет у меня сын. Сколько мы с женой сил, здоровья и денег тратим!.. А исполнится ему восемнадцать, скажут – иди выполняй свой долг. А когда ж он успел задолжать?»

Не моё, рассказал приятель по скайпу:

- В израильских газетах смаковался прикольный случай. Один палестинский террорист решился на самоубийство - теракт в центре города. Зажмурив глаза и со словами "Аллах акбар" он нажал кнопку взрывного устройства. Но от волевого напряжения потерял сознание и упал в обморок! А взрыв не произошёл! ! Что-то там не сработало.

Очнулся он в окружении медиков в белых халатах и первое, что сказал: "Покажите их всех! ". После привлечения переводчика выяснилось, что террорист хотел увидеть 72 красавиц-гурий, обещанных на том свете каждому самоубийце, совершившему теракт во славу Аллаха : ).

Ему объяснили, что теракт не состоялся, его подлечат и отдадут под суд. Однако он никому не поверил и старшему медику пришлось скинуть халат и показать свою форму.

- Ты можешь себе представить, чтоб служитель Аллаха носил израильскую военную форму?

Только после этого несостоявшийся террорист поверил в то, что произошло : ).

Мой отец 30 лет отдал службе в доблестных частях ПВО. Ну и, как положено, регулярно заступал дежурным по части. С юмором у него всегда было не плохо. Дело происходило в середине 70-х в славном городе Клину Московской области. Папа заступает дежурным по части. Читает свеженаписанную инструкцию. Среди множества пунктов - обязательная проверка тревожной сирены. В течение 2-х минут. Ну, тут папаня и решил приколоться. Взял секундомер (он прилагался к дежурству) и в присутствии бывшего дежурного нажал кнопку. А надо Вам сказать, что сирена-то тревожная, ревет так, что слышно в радиусе километров 5-ти, как минимум. Гудело ровно две минуты. За это время народ во всем городке уже успел похватать тревожные чемоданы и рвануть в казармы. Через 10 минут в дежурку влетел командир полка с классической фразой на тему, как у Вас, товарищ капитан, с головой. На что сразу же получил инструкцию. Через час начальник штаба лично принес ее назад. Две минуты были исправлены на 10 секунд.

Моего отца призвали в армию в 1939 году. Тогда в Рязанской области боролись с симулянтами, т.е. признавали годными всех подряд 8-0. В их часть попали две такие жертвы. Один был... ну, я не знаю... даун, илипросто человек, лишенный памяти. Он никак не мог запомнить знаки различия или как они тогда назывались, и ему написали шпаргалку, в которой нарисовали петлицы, и написали, какому званию они соответствовали (погоны в армии ввели только во время войны).

Благодаря этой шпаргалке бедняга мог быть дневальным. Однажды в часть приехал проверяющий из штаба дивизии. На беду (а может, на счастье) дневальным был этот тормоз. Он скомандовалпо уставу "Встать, смирно", подошел к начальству и начал: "Товарищ...",потом заглянул в свою шпаргалку и, повернувшись к начальству спиной, окончил: "Вольно. У нас такие не водятся". На следующий день его комиссовали.

Подведение итогов.

Нет, не обычное полковое, дивизионное, с которого народ, как тараканы, разбегался по любой причине, а подведение итогов авиации округа, куда слеталась командная и политическая элита со всех авиационных полков, и простому люду места не хватало. Народ шел в гаражи, и последствия гаражных эпопей служили

На фоне новостей из Сирии я вспомнил давнюю забавную историю. Появился у нас на военной кафедре новый препод, — как нам сказали, прямиком из Сирии, где он служил военным советником. Год точно не помню, но не раньше 81-го и не позже 83-го.

Энергичный жизнерадостный полковник очень нам понравился: занятия проводил интересно, много шутил. Про прошлую службу особо не рассказывал, разве что вот эту историю. Постараюсь изложить от первого лица.

«Я ещё недолго пробыл на новом месте службы, ориентировался не очень хорошо. А тут мы с приятелем договорились встретится на одной из площадей Дамаска. Я стою, жду, а товарищ задерживается. И тут проезжает мимо военный патруль. Увидели меня, и притормозили, — во всех смыслах. На мне форма сирийская, но без знаков различия. Я подзагореть успел, так что и не поймёшь: славянин, араб или ещё кто. Просто подъехать и спросить документы они почему-то не рискнули, в итоге кружат по площади, меня разглядывают. Мне это надоело, и, когда они в очередной раз рядом проезжали, я им сказал: «А ну пошли на х[рен]! » «О, советико! », — обрадовались сирийцы. Отдали воинское приветствие и уехали…. »

Военные рассказы наших бабушек и дедушек далеко не всегда веселые, но поучительные. Их нужно слушать и рассказывать, чтобы память от ТОЙ войне не стиралась.

1. Выпускной бал моей бабушки был 21 июня 1941 года. Из всех мальчиков ее класса войну пережили трое...

У моей бабушки был друг, который, возможно, мог бы стать моим дедом. Он был на пару лет старше бабушки, и его забрали в армию в 1940 году. Служил он где-то в Сибири, но его мама решила, что городскому мальчику из Москвы негоже служить в таких тяжелых климатических условиях. Мамаша нажала на все возможные пружины, и мальчику устроили перевод в другую часть. В мае 1941 года. Новая часть была на границе с Восточной Пруссией... Похоронку заботливая мама получила в первую неделю войны.

2. В начале 1943 года Диме было 19 лет. Молодой летеха, только что из училища. Их часть стояла на фронте, но не в первых рядах. Соседнюю часть отправляли на передовую. Один солдатик-узбек жутко боялся погибнуть и всеми правдами и неправдами пытался остаться в тылу. Дима вызвался добровольцем его заменить.

Дима провоевал до лета 1943, сбил шесть немецких самолетов, был ранен на Курской дуге и встретил Победу в госпитале. Потом он стал биологом мирового значения и отцом моей матери. А узбека убило в тыловой части случайной бомбой.

История самая обычная - наркоман варил себе зелье на газовой плите, да что-то не рассчитал с ингредиентами, и произошел небольшой взрыв. Соседи не пострадали, если не считать легкого испуга, у самого наркомана в кухне вылетели стекла, и сам довольно прилично опалился, но остался жив.

Милицию соседи все же вызывали. И вот по ТВ их милицейская звезда - девица, отвечающая за связи с общественностью, дает интервью, или просто комментирует случившееся (хотя что тут комментировать? и так всё ясно).

И на своем кондово-милицейском наречии сообщает:

- Гражданин N. занимался приготовлением наркотического средства в домашних условиях и ДОПУСТИЛ НАРУШЕНИЕ ТЕХНОЛОГИИ ЕГО ПРИГОТОВЛЕНИЯ, что и привело к взрыву. Против него будет возбуждено уголовное дело.

А что, вполне по-ментовски. Допустил нарушение - отвечай!

Рассказал Друг.

Учился он в школе милиции. Их периодически кидали в усиление на праздники или при проверках начальства. И вот, в один из таких дней их отправили охранять какой то склад за городом. Начальник сказал форму не брать, а одеться в одежде для спортзанятий, мол, уделаетесь, а завтра - смотр. Выдали автоматы и сказали до места добираться марш броском. По карте нашли склад - и на проходную, а там - сторож, бабка метр с шапкой в прыжке, которую явно никто не предупредил об усилении охраны.

- Бабка - не пущу, объект режимный никого пускать не велено.

На уговоры и объяснения не реагировала. Но ребята решили бабку не трогать и стали рядом с проходной толпой. Бабка, получив простор для маневра, закрылась в кабинке и вызвала милицию. Дальше цитирую дословно.

"И вот стоим мы в камуфляже и с автоматами, слышим, как по дороге за посадкой мчатся с сиреной наши будущие коллеги. Вылетают на полянку, до склада - метров сто, видят - десять человек с автоматами и без опознавательных знаков, резко вырубают сирену и разворачиваясь исчезают за посадкой. Появляются снова минут через 10 и быстренько объясняют сторожу, кто мы такие и на что имеем право. " Но факт остался фактом : одна бабка грудью стала перед вооруженными людьми и не пускала на склад, а наряд милиции спрятался и стал вызывать подкрепление.

С ним мы вместе побывали в Париже на авиационном салоне.

Нас с приятелем, можно сказать, приставили к нему. Зачем? Да потому, что он настолько был популярным, что просто не мог спокойно пройти по улице. Стоило ему появиться на улице без черных очков, начиналось страшное. Останавливались машины, и к нам со всех сторон бросались люди. Некоторые

В один далеко не самый прекрасный вечер наше начальство объявило так называемое "усиление". Это означает, что никому не дают пить пиво или что-то покрепче у себя в кабинете, а гонят на улицу с наказом ловить там преступников. Но поскольку гуляющие по улицам преступники нахально маскировались под обычных граждан, а позади остался тяжелый рабочий