- Слава, - сообщаю мрачно, - я села на диету.
- А чего такая грустная? - сочувственно откликается муж. - Раздавила?
- Козёл, - бормочу я и шлепаю на кухню варить волшебное похудайское хрючево.
Минут через 10 муж начинает тревожно принюхиваться.
- Да! - с вызовом говорю я. - Я на диете и буду это есть! …
- Да подожди, - отмахивается Слава, не переставая дергать носом. - Точно... Тот самый запах... Мммм...
И блаженно разваливается в кресле.
- Чегооо? - недоверчиво спрашиваю я. - Тебе нравится, что ли?
Никогда не думала, что у меня может быть что-то общее с человеком, которому нравится запах вареного сельдерея. Им же пытать можно, если международная конвенция ещё не запретила. А судя по запаху - должна была.
- Знаешь, - продолжает муж, прикрыв глаза от удовольствия, - когда я был маленьким, меня на лето к бабушке в деревню отправляли. И там такой же запах был, когда она готовила.
Я расплываюсь в улыбке, а он продолжает:
- Она свинюшек держала и два раза в день им вот такую хрень бодяжила... Один в один пахнет, прям ностальгия...
Я стою охреневшая, а он открывает глаза и восторженно говорит:
- А свиньи-то у неё знаешь какие жирные вырастали? И ржёт. Ну вот как жить?
И ржёт.
Ну вот как жить?
Великий Крест или как я стал Толиком
Эпиграф. «Где здесь Кузья? » Фильм «Ширли-мырли», 1995 год.
Начать эту историю нужно с того, что ребёнком ходить я научился пока был в гостях у моих любимых бабушки и дедушки. В результате в гости меня мама везла в детской колясочке, а из гостей я уже шагал прямиком на какой-нибудь южный поезд
Итак, маленький городок, куда мы тогда только-только переехали, удачно расположенный рядом с крупным транспортным узлом тех лет. Отец сидит и читает письмо из отчего дома. Мама бегает и собирается сама и собирает меня к ПЕРВОМУ ВЫХОДУ В СВЕТ. По дороге объясняя мужчинам, как в маленьких городах это важно: первая презентация [или как тогда говорили "представление"] себя окружающим.
К слову, для тех, кто не жил в маленьких городках. В них все и всех знают: кто-то с кем-то учился в одной школе. Если не учился в одной школе, то вместе учились двоюродные-троюродные братья [а уж болоньевые куртки в одной семье всегда передавали по родству-наследству, как результат — цвета фамилии все узнавали сразу: «А этот? Это этих… Видишь — куртка Володькина/Славкина/... ! »]. Если и двоюродные вместе не учились, то вместе ходили на дискотеку/танцы… ездили от города на спортивные соревнования ГТО. Ну и наконец, а работать то ГДЕ? Правильно, большой завод — ОДИН. Следовательно или в одну смену в одном цеху или на одном пляже одной заводской турбазы, но обязательно встречались-пересекались.
А тут — целое событие: новая семья с маленьким ребёнком.
И, наконец, самое-самое важное место маленького городка в выходной какое? Правильно — БАЗАР! И вот мы стоим посреди базара южного в общем-то городка и тут отец громко говорит маме: «Да! Толику нужны витамины! » Всё. С этого момента весь город чётко знал, что меня зовут Толик. Не Толян. Не Анатоля. А именно что Толик.
И стоило маме что со мной, что без меня прийти на базар, как торговцы со своих мест громко-зазывно кричали: «Купи Толику груши/дыни/виноград/... »
И куда бы я не пошёл, то опять ко мне обращались: «А расскажи нам, Толик... » Отчего я очень страдал, так как в каждой компании приходилось раз за разом объяснять, что я — не Толик. И никогда им не был. Потому что я — Вася!
P. S. А почему же мой отец на базаре хотел купить витамины Толику? Так это он моей маме пересказывал содержание письма от своей матери. А Толик [в данном контексте] — это отцовский младший брат, которому и планировалось купить дешёвые южные фрукты, чтобы по привычке тех лет отправить поездом со знакомой проводницей.
У меня есть знакомая, наши дети ровесники, но она забеременела в 19ть лет, супругу было 20, ну, самый возраст жениться и детей заводить, ага. Но девушка, несмотря на юный возраст ,была очень ответственная и аккуратно так, по списку, придирчиво и вдумчиво собрала сумку в роддом, большую такую, спортивную сумку, и поставила ее в прихожей, как
Ну и, стоит ли говорить, что на вторые сутки после отбытия суженого и ряженого молодая жена принялась рожать. У всех стресс, папа мамы, то есть будущий дедушка, подрывается, приезжает за дочерью, спрашивает, что брать с собой, хватает ту самую тревожную сумку для роддома и отвозит все хозяйство в роддом. Сам сидит под окнами, психует. Мама мамы тоже сидит и психует, бабушки-дедушки там же. До свежего отца дозвониться никто не может, телефон вне зоны, потому что мобильная связь уже в принципе есть, но есть еще не везде и не очень уверенно, начало нулевых, имейте совесть, не все же сразу.
Но юмор истории не в этом. Вся радость в том, что, открыв свою сумку, упакованную с любовью, старанием и тщанием, роженица обнаружила там хоккейные коньки. Сорок шестого размера. И кучу какой-то спортивной ахинеи, не имеющей ничего общего с подгузниками, носочками, пеленками, ночной рубашкой, тапочками и нижним бельем для матери и младенца, которых так не было и в помине. Эффект, произведенный коньками, привезенными в роддом в мае месяце, переоценить сложно. Практически невозможно, я бы сказала. Лег персонал, легло приемное отделение, ржали роженицы и даже новорожденные понимали: если не ржать, то е#нисся, чесслово. Даже счастливая обладательница коньков от такого диссонанса пришла в восторг и согнулась штопором. А телефон уже забрали и позвонить в наружу, доложить о конфузе, никакой возможности. Так и пошла рожать в казенном, с сумкой коньков. Откуда там коньки? Да это как раз не фокус. Молодой муж, решив, что зачем такой замечательной сумке простаивать, если до самого события еще ого-го и вообще не скоро, приспособил ее для своих нужд: ходил на тренировки по хоккею, а что, удобно! Я, потом объяснял он родственникам жены и жене, требующей скальп этого шутника, я хотел все же обратно сложить, как только понадобится! Но вот кто ж знал, кто ж знал, что так вот, все не так пойдет? И я не знал, и ты не знала.
Обошлось все, в принципе, малыми нервами, родила она прекрасного пацана, бабушка и дедушка этого пацана обернулись и заново все собрали, передали дочери, забрали позорные коньки. На третий день жизни малыша дозвонились наконец-то и до его папаньки, он уже в поезде трясся, вышел из сумрака в зону покрытия. К выписке из роддома поспел прямо с вокзала. А подруженция моя стала местной легендой, известна до сих пор как «ну та, с коньками». Когда пришла в тот же роддом через пять лет за вторым, ее с порога приветствовали, как звезду. Спрашивали, не прихватила ли она на этот раз с собой лыжи? Или санки? В августе как бы было с ними хорошо и весело
Бабушка нашла старое письмо, последнее от прадеда с фронта. Почти в каждом предложении он пишет своей Клавочке, как переживает за неё и сына Славика. Старается отправлять им денег, но боится, что она их не получает. Подробно объясняет, как и где их получить. А про себя лишь несколько строчек, о том, как там страшно, но это ничего, он обязательно вернётся.
Пришла как-то к нам в гости бабушка мужа и удивилась, что дети не складывают игрушки самостоятельно по первому требованию. Ещё намекнула, что их никто не воспитывает. Сказала, что её дети складывали игрушки сами и без напоминания. Я поинтересовалась, как она в своё время этого достигла, какими нравоучениями. Она сказала, что однажды ей надоели их раскиданные игрушки, она вынесла все игрушки во двор и сожгла. После этого игрушки стали складываться без напоминания.
На заправке чуть зависает касса. Все клиенты становятся зрителями. На сцене двое. Боевая бабушка…нет…язык не поворачивается ее так назвать. Взрослая мэм. Хорошая осанка, поставленный голос, уверенный взгляд. Судя по ауре – юность была крепкая, еще до 90-х, в которых она просто смеялась в лицо эпохе. С ней внук. Явно воспитываемый
Пацан лет 8. Немного смахивает замашками на героя О’Генри «Вождь краснорожих».
Касса висит. Все ждут. У бабушки легкий диалог-троллинг с внуком. Чтобы было понятно – ассоциативно:
Бабушка – крепкая блестящая рельса.
Внук – гибкий, юркий трос.
- Сходи в туалет.
- Может не надо?
- Может и не надо. Но останавливаться я не буду.
- А я в окно!
- Встречный ветер.
- Я открою окно в багажнике (видимо у бабули джип).
- Хорошо. Намочишь джинсы – сам постираешь и помоешь машину.
(пауза)
- Лааадно…
(пацан уходит…возвращается)
- Руки помыл?
- Да!
- Зачем врать?
- Как, бабуля? ?
- Манжеты сухие.
(пацан губами восхищенно переживывает то ли «твою мать», то ли «бл. . ть»…. уходит-приходит)
- Может я пойду покормлю голубей?
- Иди.
(пацан уходит, возвращается с возмущенным лицом)
- Там у входа два дяди курят.
- Выйди и скажи им, что на заправке курят дебилы отмороженные. Пусть затушат.
(он убегает со счастливым шкодным лицом…возвращается быстро…. за ним двое…. такие…сильные…. уверенные…крепкие…. демонстративно держащие сигареты в руках…. я бы при встрече с ними - перешел на другую сторону улицы. Взгляд лениво вопросительный «…и…чо за…на». Дальше по сценарию. Бабушка видит их заход. Публика делится пополам. Одна достает телефоны и поп-корн. Вторая – в поисках аптечки. Охранник что-то сосредоточенно рассматривает за окном). Муха под потолком увлеченно потирает лапки.
- Если вы ищите кто послал мальчика – это ко мне. Если начнешь ругаться матом – я тебе свисток сумкой разобью.
- Слышь, мамаша…
(его перебивают, как в школе, когда учительница «накладывает» железным интонациями на глупые комментарии ученика-хулигана).
- Ты не охренел, пасынок? Какая я тебе – мамаша, полудурок ты аморфный. Если ты думаешь, что своим целлюлитом меня прессанешь, то дико облажался. Рот даже больше не открывай. Ты все уже себе наговорил. Не тяни ко дну свою долю, а то проотвечаешься.
(пацан не обращая внимания на происходящее невозмутимо выбирает колу…бабушка на секунду к нему, не меняя напора)
- Возьми лайт, там сахара меньше
(возвращается обратно в монолог)
- Затушили сигареты оба, и выкинули. Идиоты, умалишенцы, прости господи.
(как у Гоголя – немая сцена, даже муха притихла…. один из парней вдруг хватается телефон, и с деловитым видом выходит…. второй за ним…)
- Бабуля, а если я тоже буду курить?
- Если ты будешь подтягиваться 25 раз, и тебе нечем будет заняться, и некуда тратить деньги – обкурись. Только стул вытирай.
- Зачем?
- Никотин из попы будет сочиться.
- Бабуля, ты же старая – а как вы раньше переписывались, айпедов и телефонов не было!
- На бересте, бл. ть.
(слегка заканчивается ее терпение)
Пацан счастливо улыбается. Кассирша: «Касса заработала». Публика аплодирует.
Кассирша: «Касса заработала».
Публика аплодирует.
Родила полтора месяца назад. Заболела, пропало сегодня молоко. Ну что делать. Кормим дитё запасами из морозилки, выбираем смесь.
Вскользь упомянула об этом моей мамане, поднялся вой, что ребенка я гроблю, не нужно ей смеси, потому что, внимание, ОНА ЕЩЕ МАЛЕНЬКАЯ.
Разревелась. Итак чувствую себя скверной матерью,
Пока ревела, осмотрелась и поняла, что всё детское, что есть в доме было отх[рено]сошено маменькой по первое число. Даже отец ребенка х[рен]ов панаму получил.
Итак.
1. Комод. Комод нам разумеется нах[рен] ненужон. Она неприменно с него упадёт, и ваще, на диване можно переодевать. Спина больная? Ну так, больше поболит, меньше поболит, какая разница.
2. Кровать тоже нах[рен]. Спать надо с дочкой. Сиську ночью сунула и спи. Не влезаете на кровать втроем? Пусть муж нах[рен] идет на диван. А душат детей во сне какие-то дурацкие мамы. Со мной такого точно не будет.
3. Подгузы вообще х[ер]ня и от лукавого. [п]опа вспреет и отвалится.
4. Гамак говно, она еще маленькая. Всё испортит, всё сломает.
5. Мяч гимнастический тоже говно. Она должна в потолок смотреть, спать, срать и жрать. Развитие - хуитие, сама как- то вырастет.
6. Коляска хуита. Тяжеленная, как ее домой заносить. Ах, лёгкая?! Тогда точно в сугробе застрянет.
7. Одежка говно. Надо распашенки и ползунки. Неудобно?! А ты попробуй. Нет, еще попробуй. Ну красивые же ползуночки бабушка купила, не то, что твои слипы.
8. Муж. Мужа вообще к ребенку пускать нельзя! Уронит! Угробит!
Мужику, с его ручищами доверила купать! Девочку! Утопит! Его дело заделать, а дальше пусть не отсвечивает. Ишь, чего удумали, что этого и его ребенок тоже.
9. Бутылочки и молокоотсос. Нах[рен] не нужны. Вот дашь раз бутылку, сиську больше есть не будет. Ну ладно, сейчас ест. А в следующий раз не будет.
Да, слегка утрирую.
Это я еще не перечисляю всё, что по уходу я делаю не так.
При этом, живу очень давно отдельно, никак от нее не завишу. Внучку за полтора месяца она видела дважды, помощи 0. Советов никто не спрашивал. Я стараюсь поддерживать дружески- нейтральные отношения, потому, что когда с ней ругаешься, еще хуже. Какого ж х[рена]? Какого ж х[рена] мне всё это говориться и какого ж х[рена] я на это реагирую?
Совсем не общаться пробовала. Мне хуже, я ношу обиду и непонимание в себе, это грызет. Она ходит, хлопает глазами и не понимает, а чего это я обиделась. Написала с целью выговориться, наверное. Сил уже нет.
Написала с целью выговориться, наверное. Сил уже нет.
Выходные. Дома. Слышу, ребенок что есть сил чем-то тяжелым колошматит по балконным перилам. Подрываюсь с мыслью "сколько соседей уже высыпало на свои балконы?! " и тут же сажусь на место с дьявольским удовлетворением. Наш-то у бабушки!
На новый год бабушка с дедушкой разыгрывали мне настоящее представление, да так, что я искренне верила в Дедушку Мороза! Начиналось все с того, что мы всей семьёй собирались за новогодним столом. В десять-одиннадцать часов стук в окно. Я с визгами бежала к окну и на улице (это было в деревне) стоял красный огромный мешок. Все мы выходили на улицу, папа тащил большущий мешок домой и вместе его разбирали. А однажды бабулечка превзошла сама себя. Меня не только ждал мешок с подарками, но и перчатка Деда Мороза. Какое это было счастье искать следы оленей и кричать в небо "ДЕДУШКА, ТЫ ЗАБЫЛ СВОЮ ПЕРЧАТКУ! " : ))
— Слава, — сообщаю мрачно, — я села на диету.
— А чего такая грустная? — сочувственно откликается муж. — Раздавила?
— Козёл, — бормочу я и шлепаю на кухню варить волшебное похудайское хрючево.
— Да! — с вызовом говорю я. — Я на диете и буду это есть! …
— Да подожди, — отмахивается Слава, не переставая дергать носом. — Точно... Тот самый запах... Мммм...
— Чегооо? — недоверчиво спрашиваю я. — Тебе нравится, что ли?
Никогда не думала, что у меня может быть что-то общее с человеком, которому нравится запах вареного сельдерея. Им же пытать можно, если международная конвенция ещё не запретила. А судя по запаху — должна была.
— Знаешь, — продолжает муж, прикрыв глаза от удовольствия, — когда я был маленьким, меня на лето к бабушке в деревню отправляли. И там такой же запах был, когда она готовила.
— Она свинюшек держала и два раза в день им вот такую хрень бодяжила... Один в один пахнет, прям ностальгия...
— А свиньи-то у неё знаешь какие жирные вырастали? И ржёт... )) Ну, вот, как так жить?
И ржёт... ))
Ну, вот, как так жить?
В детстве я никогда не помогала маме и бабушке по дому. Даже бравировала тем, что я этого не делаю. Они меня и ругали, и высмеивали, и Марфушечкой-душечкой обзывали, и даже били несколько раз, но без толку. Даже мои подружки-ровесницы меня стыдили, но и это не действовало. А потом я съехала и сразу стала аккуратной и хозяйственной. Из ободранной комнаты сделала конфетку. Бабушка и мама удивляются, как это я резко изменилась. А я не решаюсь сказать им, что нефиг ждать от детей помощи и хозяйственности, если отказываешься выделить им собственный уголок в квартире и каждый день говоришь: "Ничего твоего здесь нет! "
Мать узнала, что я собралась вечером в клуб с подружками, сколько дома было ору, хотя мы просто собирались потанцевать и выпить пару коктейлей, в конце концов, уже 18 есть. Но что я проститутка, наслушалась достаточно.
Приходит бабушка, только что пенсию получила. Слышит всё это, хватает меня за руку и тащит меня в мою комнату, запирает дверь. "Проститутка! " — на меня. Думаю, ну да, от тебя еще это не слышала… "Тварь такая! — поднимает руку для удара. — Мы тебя что, воспитывали, чтобы ты по кабакам с мужиками шастала? " — и рукой бьет СЕБЯ по ноге. "Это где видано, чтобы вечером приличные девочки ходили куда-то? Я тебя спрашиваю, паскуда! "
Тут же тихо:
— В какой клуб идёте?
— Чё?
Бабуля не унимается, кричит: "Я тебя спрашиваю! " Я ответила ей. Опять начинается: "Мы тебя не для мужиков воспитали... " Лезет к себе в карман, отсчитывает купюры, а в это время орет: "На тебе! На! [м]лядина такая! На, получи! " — где-то по 1000 и 500-рублевыми купюрами бьет меня по щекам. Я ох[рен]еваю. Бабуля: "И не вздумай мне тут в подоле принести", — и кидает мне презики из кармана на кровать. Откуда, накой ей… Подмигивает, показывая пальцами на часы: 12. Шепотом: "В пять утра быть дома". Орет: "Поняла, мелкая гадина? " И уходит. Я, конечно, знатно прибалдела, но бабулю стала больше любить и уважать.
Самое страшное событие моей жизни — как год назад ко мне в квартиру ввалилась полиция под ручку с сотрудницей органов опеки. Меня обвинили в том, что мой бывший муж отвёз ребёнка (имел право с ним видеться, если что) к своей матери, а та накормила его мёдом, на который у сына ужаснейшая аллергия... Я не знала, чего мне бояться больше: что меня лишат родительских прав (запугивали именно этим) или того, что мой мальчик в какой-то деревенской больнице в реанимации. Я паниковала, плакала, пыталась дозвониться бывшему мужу, бабушке сына, не знала, что делать и куда ехать. В итоге всё разрешилось благополучно, ребёнок в порядке, всё так же видится с отцом, который сделал нужные выводы насчёт своей неадекватной мамаши. Но мне до сих пор непонятно, почему приехали ко мне и угрожали мне, когда жизнь ребёнка подвергла опасности его бабушка, которая в итоге вышла сухой из воды.
Мои бабушка с дедушкой — самые лучшие. Научили играть в карты и мухлевать, от них слышала самые изощренные матерные конструкции, всегда помогала бабушке делать настойки из одуванчиков и других растений. Сейчас бабуля делится собственно сваренным самогоном. Встают с утра поздно, ложатся так же поздно; смотрят сериалы, гуляют с собакой, ездят на дачу и следят за огородом. Самые жизнерадостные и энергичные, притом ни к кому не лезут, обожают гостей и почти не болеют.
Родители переехали в Испанию, оставив нас с братом на бабушку с дедушкой — хотели подготовить почву. Дело затянулось на несколько лет, брат долго с родителями ругался из-за ожидания, а потом нашёл девушку. Услышав про Испанию, она вся загорелась, а спустя два месяца "не сработали таблетки", и брат решил жениться. Только мама с папой объявили, что раз у них будет семья, то лучше им пока в России пожить, а то работу там не найти. Поэтому в Испанию лечу одна я под скрип зубов брата и его жены.