Мама рассказала, что впервые взяв меня на руке в роддоме и нащупав "родничок" на голове, у него затряслись руки и он, не скрывая ужаса, прошептал "Тут дырка! Дырка! Это не я, честное слово!", а потом еще почти полгода боялся оставаться со мной наедине, в страхе покалечить невзначай))
Было мне лет 9. Гуляла у себя во дворе, вдруг во двор заезжает машина, и из неё выходит мужик, открывает заднюю дверь и стоит рядом с ней, типа, просто отдыхает. Мне стало не по себе, когда я заметила, что он начал странно буравить меня взглядом. Пошла домой, и тут он мне: "Девочка, это не ты потеряла крестик с цепочкой? Подойди, посмотри", - и показывает на землю, там что-то валялось у его ног. Я такая: "Нет!" - и дёру! Через месяц видели его фоторобот, разыскивали маньяка, мучил и убивал девочек.
Лишилась девственности в 20 лет, не берегла себя, просто не находила того, с кем бы готова была переспать, парни либо отшивали узнав, что я не дам им после пары свиданий, либо просто не по душе были. И вот встретила того самого, встречались три месяца, думала, вот наконец-то тот, кто не гонится тупо за ceксом, а ждет, решила после очередного свидания пригласить к себе, готовилась, купила красивое белье, а после свидания темнота... Подсыпал наркотик, так как устал ждать. Сидит.
В 25 лет осталась без работы с диагнозом шизофрения. Все было нормально, пока однажды я не проснулась от удушья. Меня душил дедушка: мой любимый дедушка, который прививал любовь к литературе, в особенности, к стихам. Душил яростно — не знала, откуда взялись силы справиться с ним.
Потом звонки в скорую и психдиспансер. Его не госпитализировали, потому что я якобы на него наговариваю, да и "возврастной он у вас". Посоветовали обратиться к психиатру по месту жительства. Начали посещать. Вначале были таблетки, но после очередного удушья со слезами бежала к врачу за направлением на госпитализацию. Врач обратила внимание и на меня: мол, у дедушки шизофрения, а она вполне себе может быть наследственной. Предложили пройти обследование, и лучше в диспансере.
Эта история не закончилась ничем хорошим. Дедушку выписали, назначили корректирующие препараты, которые помогают лишь на короткий срок, а потом он вновь пытается меня убить, избирая более изощренные варианты, чем раньше. Теперь в ход идет любой колюще-режущий предмет, а я потеряла хорошую работу из-за отметки психиатра о моей появившейся шизофрении.
Моя мать была доброй, заботливой женщиной. Я помню ее улыбку и мягкие руки, которыми она обнимала меня, когда мы были одни дома. Потому что когда приходил отец, не было ни улыбок, ни ласки. Она была слишком мягкой, чтобы уйти от него, и слишком надеялась на божью волю. И по этой самой воле я не могу забыть ее разбитую голову и открытые
После детский дом. Я попал не в самый благополучный: кто-то не дожил до совершеннолетия из-за дешевого пойла, клея или наркоты, некоторые девочки беременели в 13. Грязь, полное безразличие воспитателей и жестокость. Я заставил, если не уважать себя, то, хотя бы, бояться. А в 14 лет я влюбился. Ей было 11, ее родители погибли. Она была самым чистым из всего, что меня окружало. Я хотел быть ее рыцарем и защитником, только в ней я видел свет в том дерьме, в котором находился. И она мне поверила. Мы провели вместе много чудесных часов, она рассказывала мне о своей прошлой нормальной жизни, и мы мечтали, как вместе выберемся. До тех пор, пока мои недоброжелатели не надоумили местную шпану отомстить мне через нее. Ее изнасиловали и избили, потом увезли в больницу, и больше я ее не видел.
Прошло 12 лет. Живу в Москве. Образован, обеспечен. Я усердно работаю, после убиваю себя в зале до последнего, чтобы просто вырубаться, приходя домой, без снов о матери в луже крови, о том, что сделали с моей любовью. Я почти ни с кем не общаюсь, замкнут. Я не могу заснуть с кем-то, не хочу, чтобы кто-то слышал, как я кричу или разговариваю во сне. Не хочу, чтобы кто-то узнал.
На работе у меня был сильный стресс постоянно, ездить очень далеко, я очень устала, сильно соскучилась по родным, от которых я далеко, хотела уволиться, побыть дома, но не увольнялась и продолжала себя мучать.
На 8 марта сотрудники мужчины подарили абонемент на массаж, я записалась заранее, накануне дня приема мне пришла от них смс "завтра в 18: 00 состоится впечатление!". И вот я направляюсь получить впечатление (т. е. на массаж) и ровно в 18: 00 этого дня меня сбивает машина, у меня открытый перелом, скорая, несколько операций, родные приехали, много времени провела дома с мамой провела, уволилась с работы, теперь у меня другая жизнь. До сих пор храню ту смс про впечатление. Словом - мечты сбываются...
Тут на наш завод на днях деятель приходил - сити-менеджер. Порадовал, что у нас в республике аж на 5 лет выросла продолжительность жизни. В ответ на вопрос, почему же тогда трудно достать место на кладбище, выдал: "Вы не переживайте, места на кладбище всем хватит. А не хватит - построим крематорий. Всех похороним! " %0
Этот же кадр на встрече с жителями окраины города (бывшая деревня, которую включили в черту города, но не построили дороги) заявил: "А чего вы ждете? Скидывайтесь и стройте дорогу сами вскладчину". %0 Для того, чтобы понять полноту ощущений слушателей, надо знать, что средняя зарплата у людей около 15 тыс. руб.
Если у Единой России все агитаторы такие будут - то с ними никаких врагов не надо %)
Однажды на сплаве по Индигирке в Якутии случился у меня рецидив малярии после недавней экспедиции в Гвинею. Якутский врач даже в кошмарах не представлял себе малярку на Крайнем Севере, поэтому выписал лишь ношпу со смектой. Жуткие кошмары, полная потеря грани между галлюцинациями и реальностью, свинцовые руки и голова, температура 40. Сквозь туман лихорадки я лишь произнес товарищу: "Рюкзак, таблетки, белая баночка". Наутро я оклемался, но мне стало страшно, что кроме себя, тут не помог бы никто.
Едем втроём с одного из бардовских фестивалей – я, и приятель с женой. Приятель ведёт, я на переднем рядом, супруга его на заднем сидении нам бутерброды мастерит и передаёт нам по мере поедания предыдущих. Саня делится впечатлениями от вчерашних ночных посиделок: - Слушай, одна девчушка была, класс играет, и песенки ничего. Да и сама симпатичная. Вдруг с заднего сиденья громко доносится голос его жены: «А по яйцу?». Саня испуганно замолкает, обдумывая, не сказал ли чего лишнего. Известно ведь, что женщины не любят, когда в их присутствии восторгаются другими женщинами. И начинает отрабатывать ситуацию назад по типу: «Да вообщем, ничего особенного, конечно» и т.д. Тут с заднего сиденья нам передают по сваренному в крутую яйцу, и мы понимаем, что это была не угроза, а предложение.
Мама умерла от сердечного приступа. Когда я пошла в школу, классная учительница пустила слух, что моя мама болела туберкулезом, и со мной опасно общаться. Дети объявили мне бойкот, сказав, что мы — семья бомжей, потому как только бомжи не следят за своим здоровьем. В тот день у меня случился приступ (порок сердца), учительница сказала, чтобы дети от меня отошли, и молча за всем этим наблюдала. Меня спасли благодаря техничке.
Недавно встретила учительницу, она дворник, сказала, что я сломала ей жизнь.
Я покалечила чужого ребёнка. Шла уставшая после работы, навстречу на велосипедах ехали две девочки пятнадцати лет. Одна из них, поравнявшись рядом, гавкнула мне в лицо. От неожиданности и испуга я ткнула ей в лицо мороженым, которое ела. Девочка упала с велосипеда и сломала руку. Её родители подали на меня заявление в полицию. Я дура. Надо было просто идти дальше. Чем это закончится – не представляю.
Долгое время грызла совесть. Много лет назад отбил девушку (теперь уже жену) у лучшего друга. А тут выпили, и я ей сказал, что тогда поступил, как [ч]удак, но я счастлив. На что она попросила вспомнить, какой именно она ушла от него. А действительно, загнобленная девочка, которая умела отдавать, но очень боялась принимать. Со швами на спине и трещиной в ноге от "неудачного падения", боявшаяся даже заплакать. И я одного понять не могу, как можно было так обращаться с ней.
Мне казалось, что я смогу понять и простить любого человека, что бы он ни совершил, но моя мама пошатнула мое мнение. Будучи пьяной, она рассказала мне про конец 1995-го года. Маме 17, она беременна мной. К ней в гости зашел друг моего папы, она без задних мыслей впустила его к себе. В тот день он ее изнасиловал, приставив лезвие ножа к горлу. Закончив, сказал: "Если кто узнает — убью", — и ушел. Через некоторое время пришел мой отец, и мама ему все рассказала. Он нашел своего друга в тот же день и зарезал его, нанеся несколько десятков ударов ножом.
Был суд, мой отец был обвиняемым, мама свидетельствовала против него. Его оправдали, и больше они с мамой никогда не виделись с того дня. И я его никогда не видела, но мне кажется, что он хороший человек. Он готов был ради своей любимой сделать все что угодно, а она могла бы просто молчать. Он никогда не искал ее или меня, чтобы просто увидеть, поговорить, и я его понимаю.
В детстве я часто подолгу гостила у бабушки, которая жила неподалеку от нас. Как-то пришла мама меня проведать, а, уходя, спросила, не хочу ли я пойти с ней домой. А я отказалась. И мама ушла, а мне стало настолько грустно, как будто я ее предала, оставила одну, обидела сильно. И я схватила ветровку и побежала. Я настолько сильно боялась увидеть пустую дорогу без ее силуэта в бордовой куртке, что этот страх засел глубоко в сердце на всю жизнь. Мама, конечно, далеко не ушла. Я крикнула ей, и она, обернувшись, меня подождала, и мы пошли домой. Но мне уже вот как лет 15 иногда снится сон, как я бегу за мамой, зову ее, плачу, а она меня не слышит и не оборачивается. Я бегу, падаю, поднимаюсь и снова бегу, а расстояние между нами не уменьшается. Это невыносимое чувство, когда ты кого-то упускаешь и не можешь вернуть.
Работаю учителем 15 лет. Был случай в начале 2000-х. После звонка замечаю, как маленький пятиклашка начинает раздуваться, увеличиваясь в размерах, хрипеть и закатывать глаза. Разбираться некогда — схватила и понесла бегом в медпункт. Скорая вовремя — начинался отёк лёгких. Аллергия на диазолин, как оказалось.
После массового просмотра "Криминального чтива" принесли в школу таблетки, растолкли, рассыпали дорожки и нюхали через свёрнутую в трубочку десятку. В наркоманов, [м]лядь, играли.
