Лучшие истории

Такие изыски, как светящийся экран монитора, в те годы были непозволительной роскошью. Интересна и история создания этой машины. В Ереване, в профильном институте, молодому инженеру поручили сделать вычислительную машину и забыли про него. Никакой информации о современной технике тому парню не дали, а в библиотеке ничего кроме машины Тьюринга и машины фон Неймана он не нашел. Короче говоря, этот парень за три года, додумывая на ходу все непонятное, сделал машину – интерпретатор с инструкциями на родном армянском языке. Польщенное начальство поспешило запустить опытную партию таких машин и отчитаться родному правительству о невероятных достижениях Еревана. Машина, не в пример другим вычислительным изделиям того времени работала надежно и вполне тянула, как теперь бы сказали, на персоналку. Не долго думая, наше родное правительство выставило машину на всеобщее обозрение, как достижение Советского Союза. Тогда-то со стороны загнивающего запада и раздались смешки, которые плавно переросли в постоянный хохот. Правительство ударило в грязь лицом и попросило КГБ разобраться с мистификаторами. Бедного парня – конструктора Наири пригнали в Москву в КГБ. Одновременно его уволили с работы в родном Ереване. В Москве он просто бедствовал. От него шарахались как от прокаженного. Именно в это время какой-то оборотистый мужик из фирмы IBM предложил парню ехать в США на эту самую фирму. Уже через год он командовал НИИ, а еще через год он входил в элитный фонд разработчиков фирмы, определяющих стратегические направления повышения конкурентоспособности продукции фирмы. Действительно, человек, который «с нуля» создал такой сложный прибор, заменив собой огромный коллектив – обыкновенный советский гений и наша родная держава распорядилась им, мягко говоря, нерационально.

рождения.

От значительности своего дня рождения я излечился, когда мне исполнилось 20, в армии. Года через три мне пришлось забыть о 8 марта, и 7 ноября, поскольку я к тому времени уже уехал из России. Но вот про Новый год я ну никак забывать не хотел. И жена моя не хотела – мы так каждый год и наряжали елку к Новому году, и наплевать нам было, что все наши культурные американские соседи наряжают свои елки к Рождеству. То есть, к 26 декабря. А че нам это 26 декабря-то? Мы и про наше, православное рождество, не больно-то раньше слышали, которое 7 января, а тут вообще не поймешь, что за дата.

В 2002 у нас сын родился, - в Штатах, конечно. Он по всем статьям американец, но вот к елке и к Новому году мы его приучили жестко. Новый год – это снег, это елка, это все веселятся! И спать можно долго не ложиться, что моему сыну, по-моему, самое главное.

Из года в год такая традиция у нас продолжалась. Приучили сына, в-общем.

Честное слово, старались, когда на Новый год снега не выпадало, я специально из холодильника лед на землю вытряхивал, а сынишка из него снежную бабу лепить пытался. Ну, а когда настоящий снег выпадал – так это для всех счастье.

Так у нас продолжалось до самого нынешнего кануна 2010 года.

А нынче проблема возникла – мы решили провести это самое рождество в теплых краях. Собрались вот на католическое рождество, и улетели. Все вроде сделали, а елку домой купить ые успели. Наплавались-назагорались в тропиках, в-общем, от души, про елку в это время даже не вспоминали.

Возвращаемся домой. Все вокруг снежком припорошено, у соседей дома светятся, гирланды из окон, снаружи и внутри домов елки стоят... У соседей, то есть, светятся и стоят – а у нас дома глухо и угрюмо, - ничего нет. Как только приехали домой, сын на меня так печально посмотрел, и спрашивает:

- Папа, а где наша новогодняя елка? »...

Блин, ладно если б он спросил «где наша рождественская елка? » - я б с ним пошутил, и спать бы пошел. А так, нет, могу.

Я тут же в машину обратно запрыгнул, и поехал елки искать. Только фиг, ни одной на продажу не осталось. Ну, ни одной. Закончилось Рождество, а Новый год в Америке - не такой прасдник, чтобы елку держать.

Домой вернулся виноватый, сына уговорил спать пойти, и, признаюсь, наврал, что елка у него на завтра будет, сто пудов, в-общем.

Мне от этого еще хуже стало, потому что сынишка мне мой поверил, и так и сказал:

- Я сейчас спать буду, а завтра ты, папка, самую лучшую елку на свете дома поставишь! ...

Я честно скажу, всю ночь из-за этого не спал. А с утра пораньше поехал на поиски елки. Жена в это время сына на бойскаутский слет отвезла.

Полдня ездил, ни одной елки на продажу не нашел. Возвращаюсь домой, и вдруг вижу – у мусорного бака моей соседки стоит совершенно замечательная, пушистая, самая что ни на есть новогодняя елка! Ну, отпраздновала моя соседка свое декабрьское Рождество, и сразу елку выбросила.

А я улыбаюсь, как дурак, и к этой елке с распахнутыми руками гребу. Так и обнял эту елку. Я б ее так и унес, если б соседка в этот момент из дома не вышла, и меня не увидела...

И вот, сцена: Я стою у чужого мусорного бака, обняв двумя руками выброшенную елку, соседка же на меня смотрит с большим удивлением. Потом осторожно спрашивает:

- Вы что тут делаете?!

Я, еще не вьехав что к чему, начинаю объяснять о Новом Годе, о елках, о сыне, о традициях... Удивление в глазах соседки превращается в ужас, она пятится назад, и бормочет:

- Берите что хотите, пожалуйста...

Тут до меня доходит, что соседка сейчас санитаров с полицией кинется вызывать, а что ей еще делать, если ее сосед спятил? Но, мне такое тоже ни к чему. В-общем, я бросаю елку, сую руку запазуху, пытаясь достать бумажник, и со словами: «я за елку заплачу! » - бегу к соседке.

Соседка бежит от меня, уверенная, что я не бумажник, а пистолет достаю, и запирается в доме.

Я, совершенно тут растерявшись, вытакиваю бумажник и подхожу к двери Эми (так соседку зовут). Достаю конверт, сую туда 40 долларов, и приписываю записку со всей этой галиматьей о традициях, Новом Годе и прочем.

Оставляю конверт на пороге, и пячась назад, отхожу к ее мусорному баку, и забираю елку...

Нет, Эми полицию не вызвала. До приезда жены и сына, я успел эту елку-красавицу поставить дома, и нарядить ее. Знали бы вы, как мой сын вечером радовался!

А еще через два дня, к нам в дверь постучалась Эми. Дверь открыла жена. Эми попросила позвать меня, я вышел, и было уже совсем принялся опять извиняться, как Эми меня остановила, чмокнула в щеку, и пожелала счастливого Нового Года. Потом вручила мне конверт с моими 40 долларами, и попросила на нее не сердиться за то, что она так отреагировала.

Сказала, что два вечера потом читала про русские новогодние традиции, и все поняла. Я ее тоже чмокнул в ответ, и сказал: «Большое спасибо. С Новым Годом Вас! »

А мой сын, конечно, не усидел, и позвал посмтреть тетю-соседку на его замечательную елку, которую ему папа принес.

А та елка и сейчас у нас дома стоит. В доме пахнет хвоей и Новым годом.

Много у нас дома раньше елок было, но эта, пожалуй, самая лучшая.

метров, делает сальто. Вспоминаю старый анекдот: мужик падает, что-то хрустит, а он молится: хоть бы позвоночник, хоть бы позвоночник, а не смартфон.

Навстречу поднявшейся и ковыляющей сунется вторая пешеходка. Естественно со смартфоном в руках. В это время к переходу подъезжает шумахер и сигналит, хотя ему красный.

Кандидат на звание водитель месяца.

Вторая пешеходка могла бы конечно и остановиться, но мы ведь лёгких путей не ищем. Резко ускоряется и делает сальто на том же месте, что и первая, но смартфон из руки не выпускает.

Кандидатка на звание блондинка месяца.

Второй раз вспоминаю старый анекдот, хотя по ходу он уже и не старый, и не анекдот.

Так как шумахер продолжает медленно ехать, пешеходка, вернее уже пластунка, ползёт не противоположную сторону. Не отрывая голову и жопку от земли, видимо чтобы бампером не задело. Я такую технику видел только на тренировках спецназа.

За пластункой идёт мужик. Так как шумахер не собирается останавливаться, мужик тоже ускоряется. Ну хоть смартфон в руках не держит.

Молодец.

Руки у него заняты, он ими придерживает ребёнка, сидящего на шее.

Кандидат на премию отец года.

Хотелось бы высказать своё мнение. Но кто я такой, чтобы мораль читать. Сам иногда перехожу дорогу не когда зелёный, а когда безопасно

с ней, неуверенно держась на ногах, стоит панковского вида организм с наушниками в ушах. Прямо перед ними сидит бабенка с мальчиком дедсадовского возраста рядом.

И вот, этот мальчик всю дорогу усердно, стараясь попасть, вытирает все что он смог собрать на свои сапожки на улице, до входа в метро, о белоснежные по`лы шубы той гёрлы, которая стоит напротив него. А, надо сказать, что утро тогда выдалось весьма слякотным.

Гёрла, вся изъёрзавшись стоя перед "чистюлей", в вагоне-давка, обращается к мамаше с вопросом: "Что за на $uй, собственно?", "И вообще, успокойте вашего ребеночка."

После того, как мамаша открыла рот, стало ясно, что "детей до пяти лет воспитывать не надо, иначе у них вся нервная система будет ущербная и неустойчивая. Ясно!"

Вопросов нет, ответ исчерпывающий.

Та часть вагона, которая "уже в курсе дела", настороженно бурлит, высказываясь о целесообразности и методах воспитания таких детишек (или мамаш ?), а наш, панковского вида, герой снимает наушники, вытаскивает из рта серенький комочек, отдаленно напоминающий жвачку и со спокойствием и уверенностью вдавливает её в лоб раскричавшейся мамаши. Вагон замирает и слышит спокойный и уверенный голос панка: "Меня тоже до пяти лет не воспитывали!!!"

Вагон взрывается овациями.

Люди с хорошим настроением доехали по своим делам.

Левая еще кое-как сгибалась в локте и сжималась в неуверенный кулак, с правой было совсем безнадежно. Бабушка слонялась по участку и не знала, куда себя деть. Три радости у нее было в жизни, кроме внука: огород, рукоделие и домашние заготовки. И всех трех лишил проклятый инсульт… Соседи поддерживали ее как могли. Как под копирку, пересказывали истории о дальнем родственнике коллеги троюродного брата, у которого был не просто инсульт, а вообще инсультище на всю голову. «И что бы вы думали, восстановился полностью! Не сразу, да, лет пять прошло, но человеческий организм такая штука, так что ты, баб Ев, не теряй надежды! »

Прошлым летом бабушка Ева все так же сидела на крылечке или бродила по огороду. Несмотря на горы лекарств и сложную физиотерапию, за год она смогла только научиться зажимать в кулак левой руки ложку и с грехом пополам доносить до рта. «Не надейтесь особенно» - сказали дочери врачи.

Этим летом мы на дачу не поехали. Возили дитя на море после успешного поступления в университет. Добрались до огорода только в конце августа, яблоки-груши снять. Первым делом смотрю – на соседнем участке бабушка Ева затопила буржуйку во дворе и варит варенье. Одной рукой мешает, другой кастрюлю придерживает. Похорошела, надела яркий спортивный костюм, даже подкрасилась, кажется. Мы всей семьей к ней: поздравлять с удачной реабилитацией, расспрашивать…

А бабушка Ева говорит: «Не было никакой реабилитации. Вылечила меня фельдшер скорой помощи. За одну новогоднюю ночь».

Вот такая удивительная и страшная приключилась история (в медицине не силен, со слов бабушки пишу). Новый год семья бабушки Евы решила встречать на этой самой даче. Как раз предыдущим летом дом утеплили, котельную построили, вот и захотели обновить. Приехали, нарядили елку, стали накрывать стол, включили телевизор. Дочь с зятем готовят, внук возился на полу с игрушками, тут и уснул, бабушка тоже прикорнула в кресле. Внука стали будить, время кушать, а он не просыпается. И тут дочь кричит: «Он не дышит! »

Дальше бабушка Ева помнит все, как в тумане. Помнит, как стояла в дверях и молилась, чтобы если внук умрет, ей бы умереть с ним вместе. Как ее дочь рыдала, а зять пытался делать то искусственное дыхание, то непрямой массаж сердца, и они никак не могли понять, мальчик дышит хоть немножечко или совсем нет. Как бесконечно долго ехала скорая. Как наконец приехали и стали что-то делать с ребенком.

Вдруг из тумана выплыло суровое лицо молодой фельдшерицы. «Слушайте внимательно, - строго произнесла она, - объяснять буду быстро, только на вас вся надежда. Видите, в каком состоянии родители? А вы человек взрослый, серьезный. Сейчас они едут с нами в больницу, а вы берете бумагу, ручку, садитесь за стол и пишете во всех подробностях, как ваш внук провел день. Как спал, когда проснулся, что и когда ел, во что играл, были ли какие-то признаки нездоровья, заметили ли вы что-то необычное. Все-все, что вспомните. Для анамнеза мелочей нет. Утром в семь часов отнесете на вахту, будет наш экипаж проезжать, заберет, отвезет лечащему врачу. Поняли меня? »

Бабушка Ева кивнула. Ну, откуда было фельдшерице знать, что у нее руки не работают? Тем более, это не оправдание. Ради жизни внука она бы ногами, зубами, носом, собственной кровью – что угодно и где угодно написала бы.

Она попробовала зубами. И зажать ручку между пальцами ноги тоже попробовала. Не получалось. Воткнула кое-как крупный красный карандаш в непослушный левый кулак. Стала пытаться выводить буквы. На четвертый час полного отчаяния без новостей (новогодняя ночь, сотовая сеть перегружена) стала дергаться от локтя правая рука. Потом кисть правой руки сложилась в щепоть. Бабушка Ева переложила стопку бумаги на журнальный столик, прижала ее угол тяжелой книгой и стала рисовать Очень Крупные Буквы, сжимая карандаш одной рукой и подталкивая другой.

В шесть часов утра снова приехала фельдшер. Ее беспокоило состояние бабушки Евы. Стоит, не шевелится, вся то ли белая, то ли серая, то ли синяя. Мало ли, инфаркт, инсульт нагрянет от переживаний. Она же не знала, что инсульт уже был. Вот и придумала, чем занять пожилого человека на всю ночь.

И вот что она увидела: бабушка, склонившись в три погибели над журнальным столом, держит карандаш примерно как клюшку для гольфа, выводит огроменные буквы и рыдает в три ручья. Потому что очень медленно все получается, и руки страшно болят, и поясница, и голова, и глаза. Через час относить анамнез на вахту, а она описала день внука только с семи утра до полудня.

А мальчик-то живой и дышит. Нашли полип в горле, удалили, но все же еще только начинается. Мало ли, как проснется после наркоза. Мало ли, что анализы покажут в этом полипе. Куковать родителям в больнице еще долго.

Фельдшер все уже понимает про инсульт, а бабушка и говорит ей, что вот, пока старалась-писала, правая рука немножко заработала. Фельдшер делает бабушке укол от давления и ласково говорит: живой ваш внучек, но лечиться еще придется. Эти бумажки я сейчас у вас заберу, а вы отдохните, теперь уже не к спеху. А как отдохнете, пишите дальше, пишите. Это врачу обязательно пригодится.

Не пожалела времени эта девочка, нашла родителей в больнице, говорит им: мама ваша инсультница мне целую летопись за ночь выдала, и другая рука у нее ожила. Вы обратите внимание, скажите врачу, кто у нее там физиотерапию проводит, и пусть дальше пишет. Пусть все хорошо будет, с новым годом, что ли…

И вот прошло восемь полных месяцев… Мальчик жив и здоров, носится на самокате по всему товариществу. Папа его, исполнившись впечатлений, прошел специальные курсы первой помощи. А бабушка Ева переписала за весну печатными буквами «Руслана и Людмилу» и несколько десятков стихотворений, раскрасила цветными карандашами множество картинок и даже освоила немного пропись для первого класса.

Человеческий организм, конечно, штука сложная, но без неземных чудес. Волосы уложить и красоту навести бабушке Еве все еще помогает дочь. Поднять тяжелое – зять. Но поиграть с внуком в кубики и конструктор, сварить варенье, а самое главное, самостоятельно одеться-раздеться, помыться и почистить зубы она уже может. И почерк у нее даже не хуже пока, чем у внука.

В тот день она налила нам сливового компота из большой кастрюли, половником. Чокнулась с нами чашечками и опрокинула чашечку в себя, не пролив ни капли. Дай бог бабушке Еве долгих лет жизни и крепкого здоровья. Дай бог всякому внуку такую бабушку. А пили мы тогда за фельдшера Светлану. Компот, да, потому что нельзя алкоголь после инсульта. Светлана в ту ночь не только внука бабушке спасла, но и спасла внуку – бабушку. Так что, дорогой бог, дай ей, пожалуйста, всего, всего, всего, и побольше.