Смешные истории
www.anekdo.net - наше зеркало для заграницы
Как известно, Ростислав Плятт и Юрий Никулин были близкими друзьями. Они соседствовали по дому, который располагался на Малой Бронной и нередко, когда выпадала такая возможность, друзья собирались за "чашкой чая", при этом, само собой, без анекдотических ситуаций такие встречи редко обходились.
А ещё они оба любили шутки и розыгрыши. И вот однажды Ростислав Янович достал для семьи Никулиных билеты на спектакль "Дальше — тишина" — попасть на который было невероятно сложно. Перед спектаклем Плятт спросил у Никулина: "Кого из вашей семьи вставить в пьесу? "На что Юрий Владимирович не моргнув глазом ответил: "Вставь Марию Петровну, мою тещу". Тещу, так тещу...
И вот, во время драматического монолога, стоя у окна, Плятт, играющий американского старика, вдруг говорит: "Противный дождик все еще идет. А бедная Мария Петровна выгуливает собачку Кутю", — и далее по тексту пьесы. Удивительно, но публика ничего не заметила — настолько ловко, не нарушая заданной интонации, ввернул Ростислав Янович в текст зарубежной пьесы московскую Марию Петровну с Кутей.
Никулины тряслись от смеха, а бедная Мария Петровна замерла, не веря услышанному: "Что, что он сказал? Это про меня? " – шепотом спрашивала она дочь. "Про тебя, про тебя", — сквозь смех, душивший ее, ответила та. Спектакль запомнился Никулиным надолго!
Крыса.
Маленькая преамбула: Главные враги на корабле, это крысы и тараканы, но испокон веков на советском морфлоте была придумана самая действенная мера по борьбе с этим злом: Кто соберет трехлитровую банку наполненную тараканами, либо 50 крысиных хвостов, тот немедленно идет в отпуск.
Понятно, что все свободное время матросы
охотятся на крыс, ведь их хвостики служат самой стабильной валютой.
Вот мой друг Игорек, будучи салабоном (или по-флотски вроде "карасем") в один прекрасный день гонял шваброй воду по палубе, а деды или как их там, бегали улюлюкая с железными прутьями и сачками. Шла охота.
Вдруг Игорь видит, что прямо на него выскакивает убегающая от погони крыса, еще секунда и тут будут ее губители...
Этот крыс сходу оценил обстановку, подбежал к Игорю, нырнул под широкий клеш и в секунду вверх по ноге вскарабкался до самого дорогого, что есть у всех моряков мира (и не только моряков). Крыс застыл возле его
"томатов".
Бедный парень был похож на восковую скульптуру советского моряка из музея Мадам Тюссо, он не решался даже дышать, а на вопрос подбежавших загонщиков: Где крыса?! неопределенно ответил слабым вздохом, и глазками вдаль... Толпа с улюлюканьем убежала вдаль.
Игорь стоял минут пять и думал: Если эта падаль меня там не цапнет, клянусь, я ее не раздавлю ботинком, а дам спокойно уйти. Ну давай, спускайся паршивец, я даже готов откупиться конфеткой "золотой ключик".
Крыса спокойно спустилась и никуда не спеша стала ждать конфетку, нагло смотря своими бусинками. Конфетку она получила (долг чести) и спокойно ушла в незаметную дырку.
После этого Игорь для интереса приходил и складывал перед дыркой сухарики. Через неделю крыса начала забирать сухарики при нем.
Через год, когда крыса стала для Игоря свмым близким существом на корабле, он решился показать ее друзьям, те заинтересовались, но смотрели как-то без юнатского умиления. Игорь потерял покой и сон...
Он мучительно думал, как сохранить крысеныша "карася" от его желающих поехать в отпуск друзей.
Наконец он отслужил и своего Карася в Мурманске не оставил, привез домой.
Я помню, Игорь целый год после армии повсюду ходил с крысом на плече (они даже спали на одной подушке). Карась никому кроме хозяина не доверял: на всех шипел и скалил зубки.
Иногда друзья удивленно спрашивали:
— Игорек, а че твоя крыса без хвоста...?
— Это я ему отрубил.
—... А зачем...???
— Да... долго объяснять...
Город у нас относительно небольшой, все друг друга знают. Так вот, был у нас хирург в поликлинике. Двухметровый дядька, в плечах косая сажень, силищи, что у быка, даром что шестьдесят с лишним лет. Как-то раз, осмотрев меня, одобрительно хлопнул по спине так, что я из-за ширмы как снаряд из катапульты вылетела. И нравом крутой. Думаю, не надо объяснять, что осмотром позвоночника и стоп хирурги ограничиваются только у девочек, а парней ожидает также процедура пристального разглядывания половых органов. Так вот, заходит как-то один наш товарищ на медосмотр. Врач сидит, что-то сосредоточенно
строчит в чужой карте, и говорит, не отрываясь от текста:
— Доставай, клади на стол.
Парень слегка окосел: вроде не принято так-то уж сразу-то. Ну да делать нечего, расстегнул ширинку, достал, что требуется, да на стол сложил. Или, правильнее сказать, вывалил. Хирург дописал, поднял голову, окинул глазами это великолепие, взял в руки линейку, осмотрел орган с одной стороны, приложил к нему линейку, одобрительно поворчал, нависая над парнем всей свой двухсаженной шириной:
— Так — говорит, — хорошо... Просто замечательно!..
А потом размахнулся и как хватит линейкой по члену со всей дури:
— Карту на стол, придурок!
:) Буря тактильных ощущений...
И не сказать, что бабка Настасья была такой уж шибко набожной, нет.
Но иконы в красном углу стояли, сколько я себя помню.
Там же постоянно горела маленькая синяя лампадка. Я любил смотреть на неё в сумерках, перед сном.
А мать ни в какого бога не верила, а наоборот. В девках имела весёлый задорный характер, была передовой колхозницей,
комсомолкой, ударницей, и бригадиром комсомольско-молодежной бригады.
Через это у них с бабкой организовался затяжной конфликт. Мать требовала убрать иконы с глаз долой. Бабка была категорически против. Мать проводила с ней агитационную работу. Стыдила, пугала партией, правительством, лично товарищем Сталиным, и даже один раз пыталась фальшиво и неудачно заплакать. Бабка за веру стояла твёрдо. Периодически то одна то другая пытались привлечь на свою сторону деда. Бесполезно. Дед как Швейцария, сохранял нейтралитет. Только посмеивался в усы. На самом деле ему было абсолютно пофиг. Ему вобще всё было пофиг, кроме лошадей, бани по субботам, да осколка в правом боку, который ныл к непогоде и мешал езить верхом.
И так бы эта бабья война и тянулась до бесконечности, если бы не одно роковое событие.
На очередном комсомольском отчетно-перевыборном собрании мать избрали секретарём комсомольской организации колхоза.
Тут ситуация совсем уж получалась некстати. Что б у комсомолки, бригадира, секретаря, в доме иконостас? Да это ж курам насмех!
И мать поставила вопрос ребром.
Дело дошло до скандала.
— Да мне из-за тебя людям в глаза глядеть стыдно! — кричала мать.
— А мне из-за тебя — нет. — спокойно парировала бабка.
И тогда мать в сердцах брякнула.
— Ах так?! Я твои иконы ночью возьму, и спалю к чертовой матери!
— Токо попробуй! — взвилась бабка, и погрозила дочери костылём.
— А вот посмотришь завтра! — крикнула та, и хлопнув дверью поскакала заниматься своей комсомольско-молодежной ерундой.
Дело было к вечеру. Бабка осталась дома одна. Дед торчал на конюшне, мог прийти заполночь, а то и совсем не прийти.
Бабка обиходила скотину, и стала собираться ко сну. На душе было неспокойно. Зная вздорный и упрямый характер дочери, она не сомневалась, что та и вправду может ночью сунуть иконы в печь. И бабка решила отстаивать свободу совести и вероисповедания до конца. Шансы у одноногого инвалида против шустрой молодой девки были никакие. Это бабка понимала. Тогда она открыла сундук и достала дедово ружьё. Там же нашла два снаряженных солью патрона. Погасила свет, и устроилась в углу на диванчике. Акурат напротив иконостаса.
Брехала где-то собака, вдалеке за околицей смеялись девки и играла гармонь, уютно мерцал огонёк лампады, бабка прикрыла глаза...
Очнулась она оттого, что свет лампады метался по комнате. Кто-то стоял на табуретке, снимая иконы. Одну, вторую...
Бабка перекрестилась на задницу, которая загораживала ей святые лики, подняла ружьё, сказала "Прости мя, Господи! ", и не целясь, навскидку, шарахнула с двух стволов. Впрочем, расстояние было такое, что промахнуться она не могла.
— Уйёоооо! — нечеловеческим голосом заорал дед, бросил иконы, и схватился за задницу.
Бабка выронила ружьё и упала в обморок.
Вечером дед выпил с мужиками по маленькой, и совсем уж было собрался заночевать в конюшне, но желание закрепить результат стопочкой-другой перебороло лень. Он собрался и пошел домой. Заначку дед держал в самом на его взгляд надёжном и остроумном месте. За иконами. А что? С одной стороны — никто не полезет, с другой — всегда под рукой. Ну откуда ему было знать, что именно на сегодня его бабы назначат генеральное сражение в своей затяжной идеологической войне. Да ещё с применением огнестрельного оружия.
Дед сидел голой задницей в тазике с водой, тихонько подвывал, и периодически анестезировал себя внутрь оказавшейся весьма кстати заначкой. Сделав добрый глоток, он затягивал, стараясь перекричать боль.
—... В тёооомную нооочь Ты любимая знаю не спиииишь И у детской кроватки... С ружжоооом! Ты меня поджидаиииишшш!
Он был уже изрядно пьян, дед. Речь его становилась несвязной. Он делал очередной глоток, смахивал набежавшую слезу, и затягивал снова.
— Я шол к тебе четыре го-о-ода, я три держа... Три! Три войны! Белые меня хотели убить.... Фашысты... Ты хоть знаешь скоко меня фашыстов хотело убить? Мильён! Мильён фашыстов меня хотело убить! Меня! И х[рен]! Х[рена] им! А родная жена бац — и... Да куда! Прямо в ё[ж]твоюмать! Я завтра помру, что люди скажут? Напишут — тут покоится Грегорей! Красный командир! Орденоносец! Герой войны! Убитый своёй бабой из свово ружжа в свою жо.... ооойййййййй какой позор!
— Да помолчи ты, герой-орденоносец! — махала на него тряпкой проходившая мимо бабка.
— Ишь чево удумал?! Бутылку за иконы прятать! Вот Господь-то тебя и наказал!
— Он в двадцать девятом! Уййй!... В двадцать девятом он меня наказал! В двадцать девятом! Когда я тебя дуру в жены взял! Тёоооомнааая нооочь, тоолько пуули...
Больше на бабкины иконы никто не покушался.
А где-то наверное через год после её смерти мать потушила лампадку, достала иконы, и убрала их в сундук.
— Зачем она иконы убрала? — спросил я вечером у отца.
Вот тогда он и рассказал мне эту печальную историю.
* * *
Как рассказывала мне покойница-мама, семья у них была большая, и отец её, а мой дед рыжий Афоня добывал хлеб свой насущный при помощи валенок, он их изготовлял, то есть пимы катал. И соответственно его на деревне звали "Афоня-пимокат" или ещё похлеще — "Рыжий хрен". Катал он валенки настолько успешно, что кормил всех своих домочадцев
сытно, да ещё и свободные копейки оставались. И захотелось Афоне роскоши — приглянул он в лавке невиданную в деревне вещь — медный таз с медным же рукомойником. Долго он пересчитывал замотанные в чистую онучу и спрятанные в надёжном месте капиталы, пока не решился и купил. Господи, это было событие! Не прерывалась череда соседей, с утра и до позднего вечера приходивших поглазеть на невиданное чудо, скромно поблёскивавшее в предназначенном для него уголке. Да и сам Афоня преобразился, начал каждодневно расчёсывать бороду после умывания под рукомойником, смазывал деревянным маслицем по воскресеньям стриженную в кружок свою голову. Счастье и благополучие загнездились в доме, и начал Афоня катать валенки ещё с большим старанием, и каждая пара была ещё красивее. Но, как всякая сказка имеет обычно счастливый конец, всякая быль – печальный. Приехал как–то из райцентра председатель чего там не упомню, собрали в самой большой избе честной деревенский народ и сказали: "Пора создавать колхоз, она все окрестные деревни уже в колхозах, а ваша – отстаёт".
— "Дык, мы согласные, колхоз так колхоз" — загудели себе под нос мужики да бабы.
— "Тогда переходим ко второму вопросу. Необходимо утвердить список кулаков вашей деревни и выселить их к чёртовой матери из деревни куда подальше".
— "Да нет у нас таких, кулаков, и куда уж дальше нашей деревни их выселять–то? Дальше нетути"
— "Как так нет кулаков? А Афоня Петухов разве не кулак? Вона, каждое воскресенье у них в штях мясо, кашу от пуза лопают, а глядитка, что у них есть – медный таз да рукомойник. У кого ещё есть такое по деревне? " — зачастила горохом соседка, давно уже затаившая зло на всю деревню вообще и на рыжего Афоню в частности за то, что она, деревня, смеялась покотя над ней: муж её, Петруха, был настолько ленив, что, лёжа на раскалённой лежанке, поленился встать дверь в сени прикрыть, а на дворе стоял звонкий мороз, ну и обжёг себе бок и отморозил обе ступни.
– "Так и есть рыжий Хрен кулаком, раскулачить его, и всё! "
Долго гудело собрание, но председатель чего там не упомню был твёрд – раз есть деревня, значит и кулаки должны быть. И раскулачили моего деда Афоню в двадцать четыре часа, выкинули среди зимы из избы с домочадцами, отобрали всё, и станок для пимокатания, и перину и медный таз. Не выдержало такого позора его сердце, и вскорости он Богу душу отдал. А рукомойник с медным тазом – стоял он в правлении долгие годы, а после войны выкинули его в кучу, где старый хлам долёживал, а на его место повесили в правлении ещё большую ценность – эмалированный рукомойник с эмалированным же тазом. А могила моего деда, рыжего Афони, понемногу – потихоньку сравнялась с землёю и заросла травой. Валенки, скатанные его мастеровитой рукой, с цветочками полевыми и птахами небесными рано или поздно сносились, и осталась от Афонии только память его детей и внуков. Ибо главная ценность на свете для человека – дети его и внуки–правнуки, пока живут они, не распорошится по земле слава его и дела его.
Работала секретарём, когда училась на заочном. За пять минут до окончания рабочего дня приходит руководитель, говорит: "Задержись немного, пожалуйста, сейчас ко мне придёт человек. Впустишь его и можешь быть свободна". Ещё сказал, что его собака, которую он потерял две недели назад, нашлась. Сижу, значит, жду, изучаю материалы по учёбе. Прошёл час, ещё полчаса. Звоню ему по внутренней связи узнать, как долго ещё нужно ждать. Но на звонок он не ответил. Постучала в кабинет — тишина. Осторожно зашла... А там никого. А из приёмной я не выходила вообще и никак не могла пропустить его уход.
Позвонила на его телефон, он сказал, что сегодня его вообще не было. Потому что нашлась его собака, вся ободранная и чумазая. Сказал он это теми же словами и с той же интонацией. Я испугалась ни на шутку. Версию с розыгрышем не рассматривала вообще: даже если не учитывать тот факт, что он ворчливый дед без чувства юмора, как бы он выбрался с седьмого этажа? Ни на секунду не подумала пожать плечами и отпустить ситуацию, врач исключила психические заболевания. Сейчас я уверена в существовании параллельных реальностей на все сто процентов.
* * *
Лет 10 назад после окончания школы гуляла с подругой и парой приятелей после Алых парусов. Метро закрыто, народу тьма, шли какими-то незнакомыми дворами и наткнулись на компанию гопников. Классика про "прикурить" и все дела, наши парни молчат в тряпочку, глазки в пол. А я, наивный божий одуванчик, как есть отвечаю, что не курю, но ношу зажигалку, мало ли кто-то попросит прикурить, хотите — подарю, она у меня в цветочек, но вообще, курить вредно, давайте я вас мармеладными конфетами угощу, вкусные, аж жуть! И стоит толпа гопников, перебирает вкусы мармеладок, мы трём за окончание года, я щебечу про поступление... Потом спросила, как пройти до Спортивной, показали, рассказали, зажигалку не забрали, удачи пожелали. До метро добрались благополучно, вспоминаю нашу встречу с теплотой. Надеюсь, у них всё хорошо.
Оцените ваши впечатления от сайта
-2 - плохо, больше не вернусь
-1 - буду посещать редко
0 - средне
+1 - хорошо, буду посещать часто
+2 - отлично, приду завтра
Наши каналы в соцсетях:
Дело было в 1943 году, в разгар битвы за Кавказ.
Итальянский транспортный корабль, полный немецких самоходок Stug и боекомплектов к ним шёл из Румынии в оккупированные порты Кавказа. Но, когда транспорт проходил мимо берегов Крыма, перед ним всплыла наша подлодка и, подмигнув перископом, отправила корабль к чертям собачьим на дно морское.
Однако
через несколько часов на пути подлодки встал немецко-фашистский охотник за ПЛ и теперь делать ноги пришлось нашим.
Капитан субмарины, на которой к тому времени уже не было ни одной торпеды (а надводный бой с охотником был бы самоубийством), примерно догадывался о характере груза транспорта и знал его размеры. Дав полный вперёд, лодка ушла в направлении транспорта, пользуясь тем, что её скорость была больше скорости охотника. Когда через несколько часов, прочёсывая район предполагаемого местонахождения подводной лодки, локатор охотника засёк на дне объект, по размерам примерно совпадающий с размерами нашей субмарины, которая легла на грунт в надежде затаиться. Недолго думая, капитан охотника принял решение атаковать объект глубинными бомбами. Атака прошла успешно, но объектом оказалась не подлодка, а тот самый транспорт, потопленный ею. Две бомбы, попавшие в кормовую часть вызвали детонацию боекомплектов для самоходок. Глубина в двадцать метров оказалась для взрывной волны пустяковой. Через несколько минут охотник лежал в 250 метрах от транспорта, вместе со всем экипажем. Так и лежат теперь рядышком у мыса Тарханкут. Надо ли говорить, что советская субмарина в это время уже была далеко...
Иду сегодня по своему родному Челябинску.
Улица пешеходная, рядом — бордюр и лужа после проливного дождя см 15 глубиной.
Подхожу к луже и вижу, что смогу пройти только по бордюру рядом с ней.
Поднимаю глаза, а там — две шавки, рослые дворняги, уже прошли навстречу мне полпути по этому бордюру. Похоже, сладкая парочка — кобель с сучкой.
Я останавливаюсь и жду, что будет дальше. Он смотрит мне в глаза, молча встает в лужу и медленно обходит меня стороной. Она остановилась, стоя на бордюре, и смотрит мне в глаза вопросительно так, пипец, глаза умные — умные. Я ей сделал руками жест, типа, проходите, мадам, и сделал шаг в сторону. Она, как мне показалось, а может и нет, слегка кивнула и не спеша продефилировала по бордюру в 20 см от меня посуху. Мужик за ними шел метрах в десяти сзади, ну, минимум, очень сильно улыбался. Вот и не верь после этого в переселение душ
* * *
В 1929 году в США, в результате Великой Депрессии, сотни тысяч людей были уволены с работы и нуждались в помощи. Как грибы после дождя, возникали различные добровольческие организации.
Среди таких организаций была и "Организация помощи нуждающимся" в штате Атланта.
На годовом собрании за 1929 год был утвержден отчет о деятельности организации. Направили письмо губернатору с просьбой о финансировании на будущий год. Получили.
Комитет проделывал огромную работу. Члены комитета организовывали благотворительные концерты, ходили по квартирам, собирали пожертвования на улицах, писали письма богатым людям, выступали по радио, публиковали объявления.
Годовой финансовый отчет организации был составлен идеально. В нем было учтено все – аренда помещений, транспорт, связь, командировки, реклама, зарплаты, премии. Без с@чка и задоринки оформлялись собранные пожертвования.
Только в минфине заметили забавную деталь — графы „расходы на помощь нуждающимся” в отчете не было... Ее как-то пропустили невзначай.
Бухгалтерский баланс организации сходился до цента.
Марьян Беленький
Благодарность.
– Ах, какое счастье! Огромное Вам спасибо! Храни Вас Господь! – воскликнула эта суровая на вид женщина, бросив на меня взгляд, исполненный глубочайшей признательности.
С моих губ чуть было не сорвалось рефлекторное "не за что", но я вовремя почувствовал насколько неуместной сейчас окажется подобная штампованная лицемерная скромность. На фоне совершённого яркого поступка она будет выглядеть пошловатым и никому не нужным кокетством.
Поэтому я не стал отвечать ничего. Просто немного наклонил голову, показав этим, что понимаю и принимаю ее благодарность, и, чтобы не создать неловкую ситуацию, незамедлительно удалился по своим делам.
А благодарить действительно было за что. В самый разгар обеденного перерыва у кассирши в столовой кончилась мелочь. Люди же, как назло, несли и несли крупные купюры. Кассирша стонала, рыдала, ругалась, но мелочи не было… И тут появляюсь я – почти что рыцарь на белом коне – с полтинниками, червонцами и рублями. В общем, день прожит не напрасно.
* * *
Я такая старая, что помню прошлый век.
Например, я помню времена, когда сливочное масло было полезным. Его клали в горячую кашу, намазывали на хлеб, смазывали блины. Очень полезным было масло, особенно для детей.
Еще я помню, когда были полезными дрожжи. Особенно для подростков. Когда у нас дома у очередного подрастающего отрока начинался
сезон прыщей, мама начинала почти каждое утро на завтрак делать блины на дрожжах. Пухлые, кислые, офигительно вкусные блины были ужасно полезны, потому что в них дрожжи.
Мясо было полезным — любое. Свинина, говядина, дикое — полезно было всем, особенно детям и тем, у кого физические нагрузки. И мозговые косточки были полезны. И хрящики.
Курица была полезна вся. Грудка, конечно, но ноги-крылья-потрошка — все-все в курице было полезно, кроме кишечника, желчного пузыря и перьев.
Рыба была полезная вся. Особенно — жирная. Особенно — детям. Детям особенно была полезна жирная рыба, но и взрослым любая рыба была полезна.
Полезным был яичный желток. Особенно тоже детям. И пожилым.
Молочные продукты были полезные — все без исключения. Детям, беременным и больным — особенно, но вообще — всем. Творог любой жирности был полезным. В молоке были кальций, белок, витамины. Лактоза тоже была и она тоже была полезная. Сметана была полезная — особенно деревенская, конечно, но магазинная тоже приносила пользу. Особенно в борще.
Борщ вообще был полезный. Во-первых, суп. Горячий суп раз в день был чрезвычайно полезен для любого организма. Во-вторых, в борще мясо, а оно тогда еще было полезным. В-третьих, овощи.
Овощи были полезными все. Свекла была полезной. Особенно тем, у кого прыщи и запоры, но вообще-то для крови она была всем полезная. Морковка помогала расти и хорошо видеть. Капуста славилась витаминами. Горох был полезный. Помидоры очень полезные были. Очень.
Полезными были каши. Любая крупа была полезная. Особенно детям. Мужикам тоже — если с мясом. Хотя, вообще, с мясом было полезно всем.
Яблоки были полезные. Особенно детям.
Апельсины были полезные. Особенно больным.
Хлеб был полезный. Особенно всем.
Мед был полезный. Особенно зимой.
Какао было очень полезным, тоже детям — особенно.
Чай с молоком был полезный. Без молока тоже.
Только кофе был вредный, если его много пить. А если не очень много — то тоже ничего.
Нынче, конечно, у многих продуктов характер испортился. Вредные такие все стали, ужыс! Только мы — жители прошлого века и помним, какими они были милыми и полезными когда-то раньше…
ВВС: в Китае прошли соревнования по полумарафону среди гуманоидов — человекообразных роботов. В полумарафоне (21 километр) приняли участие более 100 гуманоидов made in China.
Гуманоиды пробежали дистанцию без внешнего управления.
Победу одержал гуманоид Honor. Он пробежал полумарафон за 50 минут 26 секунд. Что на 7 минут лучше мирового рекорда медлительных биологических млекопитающихся homo sapiens.
Скоро будут олимпиады гуманоидов. В беге они уже обставили млекопитающихся. В плавании они уверенно обойдут человека, им дышать не надо. Штанга? Из-за встроенной гидравлики легко и тонну поднимут. Стрельба? Запросто. Тут лазерное наведение, пульс и дыхание прицел не сбивают. Точность будет до нанометров. И так по всем видам спорта.
Вот только трудно представить гуманоидный бокс. Ведь гуманоид способен нанести до 50 ударов в секунду. В будущем и больше. Матч закончится за пару секунд.
Готовимся к гуманоидному чемпионату мира по футболу.
Гнали вертолет через Средиземное море. Пока летели, то да се, обледенение, встречный ветер, (ну, все, все, не буду тут про сложности плакаться) вообщем, спалили керосин. Когда пришли в пункт назначения, то лампочки сигнализации аварийного остатка топлива уже горели. А тут — гроза, ламца-дрица.
Над аэродромом висит "этажерка",
— несколько самолетов кружат, кто повыше, кто пониже. Ждут улучшения погоды. А нам ждать нечего. У нас один вариант — садиться. И если повезет, то лучше всего на аэродром.
Ну, как садились рассказывать не буду (зачем я тут буду раскрывать секреты мастерства? Ха-ха.)
Сели. Как сели — сам не понимаю. Заливало так, что после посадки рулить не смогли, — ни черта не видно. Тропический ливень — это вам не трали-вали, как справедливо заметила заслуженная Верка Украины Андрей Михайлович Данилко. Но сели.
И тут слышу в эфире какой-то борт диспетчера вызывает:
— Разрешите заход, уточните условия посадки.
Диспетчер в ответ сообщает, что на аэродроме гроза, видимость даже не нулевая, а с отрицательными значениями, ветер, болтанка и прочие прелести.
— О"кей, — отвечает самолет.
— Разрешите заход.
А надо сказать, что у них диспетчера не как у нас, они не запрещают посадку. Все на усмотрение экипажа. Но тут диспетчер уточнил:
— Вы уверены, что хотите зайти в таких условиях?
— Но ведь только что кто-то сел!
Секундная тишина. Видимо диспетчер подыскивал нужные слова, чтобы убедить экипаж в ошибочности принятого решения. Нашел и выдал в эфир самый убедительный аргумент:
— It was Russian.
* * *
Двадцатилетний француз Эварист Галуа решил задачу, над которой три века подряд ломали головы лучшие учёные мира. Всего за четыре года изучения математики он основал современную высшую алгебру. Тем не менее, Галуа не смог окончить школу и получить высшее образование. Он не успел завоевать авторитет коллег и умер в том возрасте, когда только начинают серьёзно заниматься наукой.
Галуа два года подряд сдавал вступительные экзамены - обе попытки закончились полным провалом: за практические задания он получал низкие оценки. Учёные из комиссии не могли проследить логику его решений и считали молодого человека слишком непоследовательным. На устном экзамене в Политехническую школу ответ Галуа, по словам самого юноши, сопровождался "сумасшедшим хохотом экзаменаторов". Раздражённый тем, что комиссия не в состоянии понять пропущенные шаги решения задачи, которые казались ему очевидными, Галуа бросил тряпку в одного из экзаменаторов и ушёл.
Труды Галуа заинтересовали французских математиков только через 15 лет после его смерти. Его первую работу опубликовали в 1846 году, но она не впечатлила учёных, так как не была понята до конца. Чтобы идеи двадцатилетнего юноши были окончательно приняты как новшество в математической науке, понадобилось ещё сорок лет.
