Смешные истории

жену пойти и безо всяких околичностей спросить, куда делся их кот.

Всё оказалось именно так плохо, как я и предполагал. Кота оставили на даче.

Я мучился и переживал до самого вечера. А потом набрал номер телефона начальника и попросил на завтра выходной. Жена тяжело вздохнула и сказала:

– Осторожно там. Попроси, чтобы лодкой перевезли.

Погода не задалась с самого утра. Свинцовые тучи сеяли мелкий противный дождик, а ветер подгонял пожухлую и примёрзшую местами к асфальту листву. Я бродил по лодочной станции надеясь, что кто-нибудь всё же соберётся на ту сторону за забытыми вещами.

Но кто-нибудь не нашелся. Нашелся здоровый мужик в сапогах сорок пятого размера. Он копался в моторе и что-то ворчал. Я объяснил ему, что забыл на даче очень важные, жизненно важные документы, и протянул ему пятьдесят долларов. Он опустил в карман бумажку и, объясняя небесам всё про дачников, которые и голову забудут, спустил лодку на воду.

Волны были очень приличные. Они плевались отчаянно холодной пеной и грозились опрокинуть утлое судёнышко. Так что, через полчаса отчаянной борьбы с водной стихией мы оказались на берегу возле наших дач. Сопровождаемый напутствием угрюмого мужика о том, что за такие прелести не мешало бы набавить ещё двадцатку, я помчался к даче. Небо постепенно серело, и мелкий дождик переходил в ледяную крупу.

–Серый, серый, серый! — кричал я во всё горло, надеясь что он всё ещё жив.

И Серый появился. Зябко поёживаясь, прижавшись к моим ногам, он жалобно пищал. Я схватил его на руки и бросился к лодке. Подлетев к ней и прыгнув, я посадил кота рядом с собой. Угрюмый мужик вытаращил глаза и открыл рот. Но тут…

Но тут Серый выпрыгнул из лодки и, как-то стеснительно прижав своё единственное левое ухо к голове, просительно и тихонько мяукнул. Потом развернулся и побежал назад.

–Стой, стой, стой, куда ты, черт возьми! — заорал я.

Потом выскочил и, не обращая внимания на маты, проклятия и обещания бросить нас к чёртовой матери, я побежал за котом.

Он нёсся впереди и я за ним, причитая и заламывая руки, и вдруг свернув налево он исчез в кустах. Подбежав и раздвинув ветки я увидел, как серый, одноухий кот прижался к маленькому черному котёнку. Котёнок был мокрый и отчаянно пищал. Серый виновато посмотрел на меня и мяукнул.

Я опустился на мокрую землю и собрался взять в руки обоих. Но тут земля загрохотала. Это угрюмый мужик топал своими огромными сапожищами, изрыгая потоки проклятий. Он возник у меня за спиной и вдруг затих.

Потом совершенно спокойным и приятным на удивление голосом сказал – Давай, поторапливайся. Потому, что сейчас начнётся метель и всё снегом занесёт.

Я поднял Серого и маленького черного котёнка и мы побежали к лодке. Как мы перебрались на ту сторону реки я не знаю. Наверное, Богу просто так было угодно, потому что вокруг ничего уже не было видно.

Только угрюмый мужик вдруг сказал, перекрывая рёв мотора и воды:

– Скотина ты, однако.

Я смутился.

–Почему скотина? — поинтересовался, с опаской поглядывая на воду бурлящую за бортом.

–Значит, как получается — продолжал мужик.

— Ты меня обманул за документы и деньги всунул, а сам спасать кота ехал? Ты вроде как человек, а я нечисть какая бездушная получился? Так, что ли?

– Так я же боялся, что вы откажетесь, а больше спасти его было некому, — объяснил я. Мужик замолчал, хмыкнул и мы пристали к лодочной станции.

Потом он долго искал коробку для котёнка и выстилал её тёплым полотенцем. А когда я уже собрался уезжать, поблагодарив его, он сказал:

–Ты вот чего. Не бывает так, что бы всё одному, а другому ничего.

— И, подойдя к Серому обратился к нему с речью –Ты вот чего, ты иди ко мне жить. Я на рыбалку хожу. А ты кот справный. Правильный ты кот. Мужик значит ты. Не бросил малыша.

Кот посмотрел на меня, виновато мяукнув подошёл к угрюмому мужику и, встав на задние лапы, уперся передними ему в огромные сапоги. Мужик поднял его на руки. И большой серый бандит обхватил его шею своими лапами и прижался.

Мужик отвернулся в сторону и дрогнувшим голосом целую минуту произносил только:

– Ну, ну, ну…

Потом, придя в себя, повернулся ко мне и сказал строгим, но удивительно мягким голосом:

– Я приглашаю вас, молодой человек, на следующие выходные на рыбалку. И подмигнул мне.

А когда я приехал домой, и мы с женой ухаживали за черным малышом, она нашла под тёплым махровым полотенцем пятьдесят долларов.

А на рыбалку мы теперь ездим постоянно, вместе с добрым, здоровым ворчуном. И что, что я иногда приезжаю не совсем трезвым и без рыбы? Рыбалка – она дело такое, житейское, я бы сказал.

Нет, так жить нельзя, необходимо принимать срочные меры.

— Что же делать? – подумал я и тут вспомнил, что недалеко от работы открылось заведение, лечившее алкашей по новейшему методу Довженко. – О! Это можно назвать решением проблемы…

Уточнив с утра по телефону время работы заведения и возможность срочного приема, промучившись ощущениями до обеда, я пошел лечиться.

Кабинет врача был светел, как мои устремления. Пожилой, как мне тогда казалось, доктор задумчиво смотрел в окно и грустно улыбался.

— Здравствуйте, молодой человек, присаживайтесь. Что вас ко мне привело?

— Здравствуйте, доктор! – я решил быть предельно искренним в врачом, — я алкоголик и хочу решить этот вопрос раз и на всегда.

— Давно пьете? – во взгляде медицинского специалиста читалось сомнение.

— Очень давно, как спорт бросил, так и пью. Года два уже с половиной.

— Ну, это не срок. А что пьете, позвольте вас спросить?

— Красное сухое в основном. Коньяк еще. Вот вчера был Дербент КВ.

— И все?

— Нет, спирт еще был медицинский, нам для протирки выдают, на корне Элеутерококка, настаиваем. Коньяк быстро кончился.

— Элеутерококк? Не всякий способен выговорить. А закусываете чем?

— Так я химик, доктор, я и не такое могу произнести. А закусывали вчера сыром, карбонатом и буженинки чуть-чуть, тут недалеко ларек кооперативный открылся.

— Алкоголик? – опять спросил врач, — да вы не алкоголик, вы сибарит какой-то, а это не лечится и не кодируется по методу Довженко.

— Так ощущение с утра прям, что алкоголик без вариантов. Что же делать? Неужели вы не сможете мне помочь?

— Пожалуй смогу, в порядке исключения, — улыбка сделала доктора гораздо моложе, — в качестве одноразового мероприятия. Есть проверенный способ.

Доктор достал из тумбы стола початую бутылку Дербента и два стакана. Одной рукой достал, в отточенных движениях чувствовался немалый опыт.

— Ну,.. – сказал доктор, наливая.

— За советскую медицину! – ответил я, выпил, попрощался и пошел дальше, мирясь с проходящим ощущением.

— Ходят тут всякие, только от работы отрывают, — бурчал мне в след доктор, убирая стаканы, - то же мне алкоголик, даже пузырь не допили!

что перед завтраком тут надо просто заправить койку и навести порядок — не надо кормить скотину, колоть дрова, разжигать печку, носить воду, готовить еду. Тут есть горячая вода.

На завтрак дают много вкусного — сок, каша, масло, тушенка — но нет нормальной еды — каши с маслом и настоящего молока, поэтому не всегда наедаюсь. Но всегда можно сесть между двумя городскими парнями, которые пьют только кофе. Их порций и моей вполне хватает до обеда. Поэтому городские такие слабаки!

А еще бывают "марш-броски". Сержант говорит, что это для тренировки. Раз он так считает, то я не возражаю. "Марш-бросок" — это примерно, как у нас от дома до магазина, но эти броски раз в неделю, а не так, как ты, мама, меня посылала в магазин каждый день. После этого городские парни падают со стертыми ногами, и нас везут назад в грузовике. Местность тут неплохая, но слишком ровная.

Сержант — это примерно, как учитель в школе, иногда ворчит. Капитан — директор школы. Майоры и полковники, как председатель в сельсовете, бухают, а в свободное от синьки время, в основном, заняты своими делами и нас не трогают.

Сашка и Колька умрут со смеху, но я тут -лучший стрелок. Не знаю, почему — мишени размером почти, как волк, но не бегают и навскидку стрелять не надо. Все, что надо сделать — лечь на плащ- палатку поудобнее и выстрелить! Не надо даже набивать патроны порохом и дробью — их привозят уже готовые. Каждый месяц дают деньги, называют зарплатой по контракту. В месяц дают, как в селе за 4 месяца. А ещё тут есть магазин, и пряники в нём свежие, и их не надо размачивать а колбаса, оказывается, на цвет розовая, а не зеленая.

Пусть Сашка и Колька поторопятся, пока никто не знает, какая тут халява!

P. S. Кстати — посылаю вам 5000 руб. на ремонт сарая и мамке на зубы.

Ваша дочь Галина.

пор, по праву, считается одним из лучших вертолётов. В труднодоступные места доставляли элементы опор и контейнеры с крепежом. Груз прицеплялся на внешней подвеске и опускался при снижении машины, но мог быть и сброшен экипажем одним нажатием гашетки. Ну это только в крайнем случае. Все элементы крепежа были производства, тогда ещё, Югославии и стоили громадных денег в валюте.

Работали уже несколько дней, но привыкнуть к очень сложной местности и к постоянно меняющимся воздушным потокам невозможно. Были всё время настороже, и на мандраже. И не зря. Во время одного из полётов над глубоким ущельем машину резко швырнуло вниз. Поток был настолько сильным, что инженер, сидящий "на гашетке" моментально сделал аварийный сброс. Контейнер полетел в извивающуюся внизу ленту реки, а вертолёт, резко изменивший свой вес, швырнуло в сторону, ударило об скалу и, с кучей камней, он стал скользить по наклонной стене вниз. Далеко, к счастью, не полетел. "Уселись" на на неширокий уступ, из которого росло большое корявое дерево.

Как подымали экипаж не важно. Травмы у всех разные, но все живы. До сих пор хранятся, как память, ботинки шурина без каблуков — оторвались во время аварии.

Как водится, былы создана правительственная комиссия их авторитетных специалистом и, конечно, представителей КГБ.

Склонились к мнению, что была ошибка экипажа, а именно виной послужили действия инженера, неожиданно сбросившего груз. Не верилось никому, что нисходящий поток мог так сильно швырнуть многотонную машину.

Для полной убеждённости решили сделать несколько пробных полётов по тому же маршруту. Во время первого полёта вертолёт камнем упал в пропасть.

Никто из экипажа и из членов комиссии, находящихся на борту не выжили.

Обвинения с уцелевшего экипажа были сняты.

Разумеется, в те времена о таких вещах не сообщали.

российскую зарплату получалась цифра в сотни раз большая.

В общем, решили, что не пропадут, и осели в Вашингтоне, где жила подруга-соотечественница. Она принялась их энергично трудоустраивать.

Подвел профессоров эмбриональный английский и полное отсутствие зарубежных публикаций в котируемых журналах. Профессора мужского пола подруга кое-как устроила в русскоязычное издание, а вот с его супругой совсем не заладилось. На роль бэбиситтера или кассирши она не годилась из-за по-английски ни бум-бум, а уборщицей не соглашалась работать по сословным соображениям. Последней каплей для профессорши стало предложение выгуливать комнатную собачку за почасовую оплату – она обиделась (я имею ввиду профессоршу) и наговорила подруге много лишнего.

В ответ крупно обиделась уже сама подруга. Ведь это был её последний отчаянный жест помощи — собачка принадлежала знакомой настоящей миллионерше, самой богатой из её знакомых. Сделав это предложение рассеянной профессорше, она поставила на карту свою собственную репутацию. Случись что с собачкой, этому ценнейшему контакту пришёл бы трындец. Назвав профессоршу чистоплюйкой неблагодарной, она с чистой совестью прекратила дальнейшие поиски и вообще с ними отношения.

Это событие как будто что-то надломило в семье. Муж-профессор слова ей не сказал по поводу того конфликта, но стал возвращаться домой поздно, и каждый раз у него находились стопудовые отговорки. В основном он ссылался на загрузку по работе, но периодически разбавлял свои отмазки корпоративными праздниками и разнообразными злоключениями. Выглядел он при этом действительно усталым. Через пару месяцев у неё наконец включились подзабытые в США московские инстинкты – супруг её был ещё ого-го, и все его увлечения она привыкла за многие годы пресекать ещё на стадии умысла. Сделав несколько тактичных звонков, она узнала страшную правду – муж её не только не горел на работе, но стал уходить с неё на полчаса раньше положенного.

На следующий день она вооружилась словарём и выписала в тетрадку несколько фраз шпионского лексикона типа "follow this guy, please". До места работы мужа она экономично доехала на метро, но напротив его офиса голоснула такси и сказала таксисту ждать. И действительно, за полчаса до конца работы её сияющий муж, поглядывая на часы, нырнул в парковочный гараж и понёсся прочь на своей потрёпанной машинке. Тут-то и пригодилась выписанная в тетрадку фраза. Но преследование сильно затянулось – её муж нёсся из центра в дальний конец города. Наконец он остановился возле какого-то особняка, въехал к нему на парковку как к себе домой, расправил плечи и пружинящей походкой направился к крыльцу. Дверь ему открыла симпатичная женщина средних лет, тепло рассмеялась и увлекла за собой. Дверь захлопнулась.

Что произошло на душе профессорши после этого, навсегда останется тайной между нею и адом. Поразмыслив, она решила подождать, чтобы дать им возможность раздеться – если уж колоть, то на горячем. Впрочем, выходить из такси ей так и не понадобилось – минут через пять профессор вышел и отправился выгуливать крошечную комнатную собачку…

не хотелось, да и вообще новый мне ни к чему. Решил купить простенький, БУ-шный, но работоспособный. Наверняка ведь нашего задора хватит на баночку патрончиков и получасовую войну, не больше.

Начал шарить по сайтам, цены от 700 рублей, за убитые экземпляры из которых даже до собственной головы не дострельнешь, и до 2500 за новый, в смазке.

Вдруг вижу объявление:

"Продаю пневматический пистолет ИЖ 1976 г. в. экспортный вариант.

Состояние идеальное. Все детали родные (!) Не ремонтировался.

Цена 65 000 руб. Без торга.

Тел. х ххх ххххххх. Сергей"

Я долго думал, но понял, только одно — моя жизнь уже никогда не станет прежней, такой же ясной и беззаботной, как до того, как я прочитал это странное объявление.

Что это было? За такую рухлядь 65 000 рублей без торга? Это же не серебряный голландский GPS Петра Первого, а всего лишь старый, советский пневматический пистолет. Я бы даже сказал – пестик…

Любопытство пересилило и я позвонил этому загадочному Сергею:

— Э… Сергей? Добрый день, я по объявлению, по поводу пневматического пистолета ИЖ.

Мужской голос в трубке весело рассмеялся:

— Да, это мое объявление. Просто аншлаг, за последний час вы уже второй. Что, хотите приобрести?

— Если честно, то хотелось бы узнать подробности: из него Пушкина застрелили, что ли?

— Ха, нет, не Пушкина, все гораздо проще. Вы женаты?

— Да, а что?

— Тогда вы меня поймете и не осудите. Тут такая фигня, ну, в общем, я давно хотел себе купить пневматическую винтовку "Вальтер", так, для души, по пивным банкам пулять. Только винтовка эта не простая, а очень не простая. Сорок пять тысяч стоит – ружейная сталь, оптика, сошки, все дела. Но если я заикнусь об этом жене, то она мне голову откусит. Скажет: — "Сережа, ты с ума-то не сходи! Забудь! За сорок пять тысяч можно шубу мне купить, или новую стиральную машину! "

Вот поэтому я даже и не заикался.

Ну, вот, накопил я потихоньку заначку — 65 тысяч и вчера разместил это объявление, подожду пару дней, подсуну жене, чтобы увидела, а там и прикрою лавочку. Этот пистолет отец еще в детстве мне подарил, так, что вроде как жена идет мимо него. Теперь вот, кхе – кхе, "продам" свой раритет, куплю винтовку и даже "сдача" для жены останется, чтобы не сильно нервничала.

Что, тяжко живется нам подкаблучникам? А что делать? Люблю я ее… мою хорошую.

А кстати, может пистолет у меня заберете? За тысячу уступлю, да хоть и за пятьсот, все равно, а то жена, если найдет, она же меня из "Вальтера" пристрелит и с дерьмом съест…

…Делать нечего, в выходные поеду, куплю, спасу человека от такой изощренной и позорной смерти, к тому же и пестик вроде ничего — не битый, не крашеный и хозяин один…