Медицинское.
ГКБ, отделение ЭХО-2. В палате пациента готовят к операции по поводу паховой грыжи. Предполагается местный наркоз. Пациент строго говорит хирургу:
- Всё, что отрежете, мне показывайте. А то знаю я вас! ... . Лежали все, - и палата, и бригада. День был сделан... .
Лежали все, - и палата, и бригада. День был сделан... .
Немного предыстории. Несколько лет назад я попал на операционный стол - делали операцию на ноге. Было это 3 марта, аккурат перед Международным Женским днем. На ноге должны были делать несколько надрезов, крайний из которых в паху по линии сгиба ноги.
Итак, я под наркозом на столе, меня вовсю режут. Но минут за 20 до окончания
Оно, ясен пень, мешается, и хирург его в сторону постоянно отодвигает. Очевидно, от всех этих манипуляций у меня случился нормальный такой стояк!
Понял я это не только по смешкам всех находящихся в операционной, но и по тому, как сидящие возле изголовья две молоденькие медсестрички резко подскочили на все это поглазеть.
Короче, лежу я весь такой со стояком на операционном столе и притворяюсь самым спящим человеком на земле - стыдобища - капец! И тут хирург, обращаясь к анестезиологу, выдает мегаэпичную фразу (напомню, скоро 8 марта): "Петрович, я к тебе 8 марта приду, ты мне такую же анестезию сделай - я хоть жену порадую! "... Такой силы воли не заржать я еще не проявлял никогда!
Такой силы воли не заржать я еще не проявлял никогда!
Секрет доктора
Мало кто знает, что в обязанности хирургов, работающих в поликлиниках, при приеме пациента, входит обязательное ректальное исследование.
Процедура эта заключается в том, что доктор надевает перчатки и вводит в aн@льный проход пациента палец. Смысл – профилактика рака толстой кишки. Хирурги не очень любят проводить
В ведомственную поликлинику одного министерства пришёл работать новый хирург. Он очень добросовестно исполнял свои обязанности. Всякий раз, заканчивая ректальное исследование, он оглашал пациенту весь список его болезней, даже тех, которые не имели отношения к хирургии. Очень скоро о нем пошла слава, что новый доктор может одним только пальцем определить все болезни. Среди сотрудников министерства новый доктор стал так популярен, что к нему на прием пришлось устанавливать предварительную запись. Слухи о чудо-докторе дошли до министра. И он поручил своему референту проверить их достоверность. Приходит референт на прием к врачу. Тот провел ректальное исследование и говорит:
- Гипертония, гастрит, сахарный диабет, курите?
- Правильно! – изумился референт.
Доктор продолжает осмотр, делает записи, дает рекомендации, и т. д.
К концу приёма референт не выдержал:
- Ну, может быть, вы мне откроете секрет – как определяете заболевания?
Доктор пожал плечами:
- Да без проблем. Сейчас и вас научу. Мойте руки, надевайте халат и садитесь на моё место.
Заинтригованный референт надел халат и сел за стол доктора. Хирург обращается к медсестре:
- Машенька, кто у нас следующий?
- Иванова Тамара Степановна.
Референт занервничал, полагая, что врач собирается обучать его своей диагностике на даме. А доктор пододвигает к референту клавиатуру компьютера.
- Пожалуйста, наберите: «Иванова Тамара Степановна».
Референт набрал. И на экране монитора появилась амбулаторная карта
Ивановой.
- Ну вот, теперь все понятно? – терпеливо объясняет врач. – За неделю до того как приступить к своим обязанностям я попросил Машеньку забить в компьютер амбулаторные карты нашего участка. А перед тем, как пригласить пациента, я просматриваю его карту.
- Понятно. Но зачем понадобилось вводить палец в мой анус, и одевать меня в халат?
Доктор хитро улыбнулся: - Извините, но есть секреты, которые раскрывать никак нельзя.
- Извините, но есть секреты, которые раскрывать никак нельзя.
- :
Работаю переводчиком в клинике, возил фина на операцию, общался с ним на английском, переводил ему всю документацию, разговор с хирургом, анестезиологом, после операции подхожу забирать, этот черт просыпается после наркоза и говорит на чистом русском операционной медсестре: вы мне такой укол вкололи, я теперь только по-русски говорить умею.
Ему, видите ли, хотелось узнать, не утаят ли доктора от него ничего при разговоре о операции рядом с ним.
Фамилии бывают разные, вроде бы какая разница, кто будет вас оперировать - Петров, Сидоров или тот же Грум-Гржимайло. И все же, как-то не по себе становится, когда узнаешь, что фамилия хирурга - Выпивохин или, скажем, ЗарезАло.
Но это еще что, а вот жил некогда во Львове хирург по фамилии... Гробтруп. Так к этому хирургу на операцию всякими правдами и неправдами старались попасть больные едва ли не из всего Союза! Вот так человек доказал - не фамилия красит человека, а высокий процент выживаемости. У этого Гробтрупа за долгие-долгие годы ни один пациент не умер. Говорят, после его смерти даже возникала идея о присвоении его имени... впрочем, идея эта, в отличие от пациентов, не выжила. Надеюсь, не надо объяснять, почему?
Работаю в стоматологии, заходит бабуля и внучок лет пяти, сразу видно, из таежной глубинки. У пацана припухшая челюсть. Пахнет хирургией. Я привычным жестом подаю бахилы и инструктирую: Мальчику снимаем верхнюю одежду, надевайте бахилы и проходите. Через пару минут в фойе вижу картину: Голый по пояс пацан, на голове синей пилоткой бахила, и вопрос бабушки: а эту (вторую бахилу показывает) куда надевать?
Вежливо интересуючь, зачем, с мальчика сняли майку и рубашку? Ответ: Вы же сказали снять ВЕРХНЮЮ (жест от пояса до плеч) одежду...
Это было в 1987 году. Стала у меня болеть голова и температура небольшая держится. Подойду к фельдшеру - он даст таблетку, несколько часов не болит , а потом все сначала. Через пару дней начала увеличиваться кость - надбровная дуга. Рассуждаю - раз кость, надо идти к хирургу. Записываюсь на прием, вхожу в кабинет. Врач что-то пишет, на меня не глядит. Ну, думаю, сейчас ты на меня точно поглядишь!
- На что жалуетесь? , - спрашивает.
- Я не женат!
- ? ! ! !
- А рога растут! Кто наставил? !
Ржали вместе. А с гайморитом и фронтитом я потом две недели в больнице лежал. . .
Ногу сломал месяца за два до дембеля – в марте 84 года.
Стоял ночью на посту, пришла смена. Разводящий, не дожидаясь, пока мы проговорим «пост сдал – пост принял», пошёл с поста, Я за ним вдогонку, когда подошва моего левого валенка соскользнула вперёд по накатанному снегу, и я с маху сел на подвернувшуюся правую ногу.
Острая боль в лодыжке,
Снял автомат с плеча, поковылял кое-как, используя его в качестве трости. Приклад вниз, а на мушку опирался рукой. Временами просто скакал на левой ноге. Останавливался отдыхать. Идти было километра два, наверное.
Пришёл в караул, доложил начкару о неприятности, вижу его раздумье – что делать. Хлопотно это – вызывать из роты мне замену. Это надо звонить кому-то из офицеров домой – будить, объяснять, в чём дело. Тому идти в роту – смотреть составы завтрашних караулов и нарядов, определять – кого сейчас поднимать на замену Гладкову. Выдавать автомат и патроны, перед этим звонить дежурному по части - объяснять необходимость открытия ночью комнаты для хранения оружия, потом сопровождать этого нового караульного до караульного помещения. И решать – что делать с Гладковым, как доставлять его в санчасть. А завтра ещё и кучу рапортов отписывать о происшествии и принятых мерах.
А я же ещё и не уверен, что перелом. Вдруг просто растяжение, завтра может всё пройдёт, а я такой переполох этой ночью устрою. Говорю начкару: «Товарищ лейтенант! Я на девятом стою, он же двухсменный-ночной. Утром склады откроют, часового снимут. Мне осталось одну смену отстоять. Так я эту смену могу на губе отстоять, а с губы часового на девятый можно отправить».
Начкару моя схема понравилась, и я пошел отдыхать. Но сначала снял валенок – посмотрел ногу. Лодыжка начала отекать. Понятно, что если лягу на топчан разутый, то через час нога в валенок не влезет. Лёг обутый.
Через час – «Смена подъём! »
На одной ноге доскакал до пирамиды, взял автомат, встал в строй. Томский, которому вместо тёплого коридорчика гауптвахты достался мой девятый пост, недовольно на меня посматривает и шёпотом матерится по-якутски: «Абас кынси! »
Отстоял свои два часа на губе, сдал пост. Начкар говорит: «Оружие и патроны оставляй здесь – двусменники отнесут в роту, а сам иди в санчасть. Разрезаю штык-ножом голенище валенка, снимаю его, рассматриваю чудовищно распухшую лодыжку.
Прыгаю на одной ноге из караулки. До санчасти километр-полтора. Из тёплого бокса выезжает командирский УАЗик. Водила охотно соглашается меня подбросить. В санчасти хирург осматривает лодыжку, и отправляет меня на санитарной машине в госпиталь. Там прыгаю по коридорам и лестнице на второй этаж до кабинета хирурга. Хирург выписывает направление на рентген, который на четвёртом этаже. Скачу туда. Делают снимок, велят подождать на стуле в коридоре. Рентгенолог выходит с результатом: «У тебя перелом лодыжки».
Встаю, спрашиваю:
- К хирургу идти?
- Куда ты пойдёшь? ! С переломом нельзя ходить! Сиди, сейчас костыли принесут…
Как-то у знакомой заболела левая рука и плечо, она обратилась к врачу-хирургу, тот осмотрел и сказал что невралгия, – выписал препараты, на этом и все. В этот день у нее также был прием у окулиста. Та заметила, что у нее болит рука, спросила, в чем дело. Знакомая ответила, что ничего серьезного – невралгия, вот врач таблетки прописал! Окулист пошла к хирургу (было аж слышно, как они ругаются). В итоге назначили обследование и операцию – возле сердца вырезали тромб! ТРОМБ! Причем тут окулист, казалось бы.
Разболелся зуб. прихожу к хирургу на удаление.
Выдернул
Называет цену. Я ох[рен]еваю от стоимости.
Я говорю, ты, садист, вообще понимаешь что оставил моих без детей без денег на существование? он так на легком глазу: - главное что теперь у моих детей есть деньги на существование!
- главное что теперь у моих детей есть деньги на существование!
В конце 90-х мне пришлось лежать в отделении челюстно-лицевой хирургии на улице Соломенной Сторожки в Москве. Нет-нет, ничего серьезного, просто пришлось исправлять ошибку хирурга, оставившего в пол корня при удалении зуба. В палате нас лежало четверо, но что удивительно, что трое из них (включая меня) имели армянскую кровь. Я, правда, полукровка,
25-ти, то же абсолютно непохожим на армянина, но с характерным именем
Ашот, другого, дедка лет семидесяти, величали Степанов Степан - но, несмотря на свои русские имя-фамилию, внешне он был типичным представителем Кавказа.
Жили мы весело, только дед все огорчался, что никаких процедур, кроме утреннего осмотра, ему не делают. Но в день, когда нам с Ашотом должны были делать операцию, произошло чудо. Вошла медсестра и под одобрительное кряхтение деда, вколола какой-то укол. Видать, процесс лечения начался.
Что было дальше - помню смутно, поскольку мне то же вкололи какой-то укол (думаю, сильный транквилизатор), от которого я моментально поплыл и воспринимал все происходящее как во сне (операция делалась под местным наркозом). Одно могу сказать точно, что когда тебе разрезают челюсть и шуруют внутри какими-то скребками, ощущение не из приятных, даже под действием транквилизатора.
В себя я стал приходить только к следующему утру. Рядом, примерно в таком же состоянии рядом лежал Ашот. На утреннем обходе нас осмотрел хирург, который делал операцию. Он остался доволен и, уже собираясь уходить, обратился к Ашоту. "Ты на будущее знай" - сказал он, "на тебя наркотики не действуют". "Какие наркотики? " - удивился Ашот. "Ну как же", теперь уже удивился врач, "тебе же перед операцией укол делали? ".
"Нет" - ответил Ашот. Лицо врача окаменело. Мхатовская пауза длилась секунды три. Быстрыми шагами врач вышел в коридор и рявкнул:
"Медсестра! ". Судя по тону, та уже понимала, что произошло что-то совсем не то. "Кому укол вчера перед операцией делала? " - с порога припер ее врач. Медсестра не успела ответить, но по ее взгляду мы все поняли.
Взгляд был направлен на кровать Степана.
Боже! Ну кому могло прийти в голову, что в одной палате будет лежать характерный кавказец по имени Степанов Степан и европейского вида блондинчик по имени Ашот.
Но все закончилось хорошо. Степан проснулся только к обеду, проспав, таким образом, часов тридцать. Ашот с юмором отнесся к ситуации и не имел претензии ни к кому, кроме Степана (в шутку, конечно). И до самой выписки время от времени подкалывал глуховатого Степана: "Что дед, украл мой дорогостоящий укол! ". На что обычно Степан, который был изрядно глуховат и в половине случаев не слышал, что ему говорили, отвечал дежурной фразой, которой прикрывался, когда не слышал, что ему говорили: "А что поделать! "
P. S. В заключении - спасибо врачам, которые без всяких денег и вымогательств замечательно меня полатали. Сейчас это, думаю, из области фантастики. "А что поделать! ", как сказал бы Степан.
Реальный случай! Произошел в г. Тольятти. Одна девушка училась в мединституте на хирурга, и естественно, что летом её направили на практику в местный медгородок в хирургическое отделение. Однажды ей пришлось ассистировать на операции удаления аппендицита (ну, там, чипчики всякие подавать, обрезки принимать... ). Надо заметить, что "клиентка" попалась не худенькая...
Опытный хирург привычным движением рук вынул все внутренности, отрезал что надо, почистил, стал складывать обратно, и тут появилась маленькая проблема: один пласт подкожного жира никак не хотел никуда укладывалься.
Врач его и так приложит, и эдак, а его как будто тут и не было!
Хирург ненадолго задумался, и со словами: "Ааа, хрен с ним! ... " отрезал этот шматок, повернулся к практикантке и, улыбаясь, шлепнул его ей на спец. поднос со словами: "Держи! Картошку дома пожаришь! " Звук падающего тела, звон подноса... Вовочка
Звук падающего тела, звон подноса...
Вовочка
ПРИСТУП АППЕНДИЦИТА
Когда моей бабушке исполнилось 29 лет, в самый её день рожденья у неё случился приступ аппендицита.
Пошла она в сельскую больницу, врач её осмотрел и говорит: да, у тебя аппендицит, нужно оперировать. Но, к сожалению, сегодня суббота, хирург выходной, так что иди пока домой, потерпи, в понедельник
Делать нечего, пошла она домой и стала ждать понедельника.
А на следующий день, в воскресенье утром, радио передаёт важное правительственное сообщение:
"Внимание, говорит Москва. Сегодня в четыре часа утра без всякого объявления войны германские вооруженные силы атаковали границы Советского Союза. Началась Великая Отечественная война советского народа против немецко-фашистских захватчиков".
Ну, естественно, началась всеобщая суматоха, мобилизация, все на фронт...
А живот тем не менее продолжает болеть. И жить ещё хочется. Так что пошла она всё-таки в понедельник утром в больничку.
А ей там говорят: ты видишь, что у нас творится, война, всех мобилизуем, срочные медкомиссии, врачи едут на фронт, так что сейчас не до тебя. Раз сама можешь ходить, значит ешё терпит, авось не помрёшь. Так что иди домой. На всякий случай не ешь фасоль.
Пошла она домой, и стала жить дальше.
Всё действительно как-то рассосалось, и в итоге она прожила 94 года. И даже иногда ела фасоль.
И даже иногда ела фасоль.
"Типун тебе на язык"... Может, мне и желал кто, не помню. В общем, дело давнее было. Приключился со мной этот самый... Который типун. То есть это я так думаю, поскольку что реально это было - сказать так никто и не смог. Я в шутку говорила, что послано мне оно не иначе как в наказание за враньё, потому как обнаружилась "бяка" аккурат после экзамена по
Спасибо, дядя Вася!
Навеяло недавним сюжетом новостей по 1-му каналу о новых стандартах при приеме пациентов в больнице им. Склифосовского. Говорилось и показывалось там о том, что при приеме травмированных пациентов рентген теперь делают прям на входе таким аппаратом на колесиках. О, ЧУДО! : )))
Летом 1981 года мне
Дошел до скорой помощи, там человеку соринку из глаза вытаскивают. Сел на кушетку ждать. Тут они мой бок и увидели, и повели в хирургическое отделение. До середины лестницы на 2 этаж дошел сам, потом вырубило.
И вот мне повезло второй раз. Дежурил хирург от Бога дядя Вася Черепанов!
На кушетке, на входе в отделение мне сделали рентгеновский снимок как раз аппаратом на колесиках, поставили катетер для будущих капельниц ...И еще с тех пор я знаю свою группу крови. В больнице был ремонт, так что операцию мне делали в "грязной" операционной. Не многие знают как охренительно поют летом птицы за окном после выхода из наркоза. Выписывался я уже из местной гинекологии (ремонт, однако! ).
А еще у дяди Васи один глаз был стеклянный протез.
Много людей спас Дядя Вася!
Низкий поклон тебе, дядя Вася Черепанов, за моё спасение, долгих лет, если жив, и спасибо за новые стандарты при приеме пациентов в больнице им. Склифосовского, установленные в том далёком 1981 году в простой советской районной больнице шахтерского поселка на Дальнем Востоке!