Один мой хороший друг из Украины рассказал историю.
Он работает хирургом в травме. Точнее, хирургов на смене трое, но в этот день одного срочно забрали на отделение, а другой чем-то притравился и упал под капельницу. Такой вот неудачный день. Обещали дать замену, но... дали какого-то молодого неопытного торакальника. И то хорошо.
И, по закону сами знаете чего, оно пошло. Две аварийки, ножевое и падение с высоты. Четыре тяжёлых трёхчасовых полостных операции, не то, что отдохнуть и пообедать - чашку кофе между переодеванием и мытьём, и то второпях.
Окончив смену хирург вышел на улицу в состоянии, близком к трансу. Ну знаете - глаза не видят, ноги не ходят, голова не думает. Домой и спать. Хотя, сначала зайти в кафешку и что-нить съесть.
На автомате очистив тарелку (что заказывал? Убей, не помню! ) хирург был выведен из транса хозяином кафешки.
- Доктор, у вас был тяжёлый день, да? Много операций, да? Выпейте вот сто коньяка, расслабьтесь, обед за счёт заведения, такси я вам вызвал...
Хирург пришёл в себя.
- Ну да, я хирург... и день был тяжёлый... А что, так заметно?
- Да, доктор. Вы когда поели, сказали официантке: "Я закончил. Считайте инструменты и зашивайте." Вы из травмы, да? Я шесть лет на "Скорой" работал, видел такое.
Врачи! Если во Вселенной есть справедливость - для врачей есть отдельный VIP-рай.
С этим переломом руки, ещё один случай был.
Смотался я в поликлинику, на плановый медосмотр. 3 месяца с момента операции. Попадаю на приём к травматологу, который мне больничный закрывал. Далее примерный диалог:
- Здравствуйте, на что жалуетесь?
- да вот, на осмотр пришёл, по перелому.
- Да! да! Припоминаю. Левая рука, пластина в плече? Правильно?
- Именно!
- Ну показывайте свою руку. Так... Шрам хороший. Рука гнётся хорошо... Так не болит? А ну за голову руку поднимите. Болей нет? Ничего не мешает? Ну что же, не будем вас, лишний раз, облучать ренгеном. Не вижу ничего, что мешало бы закрытию больничного. Поздравляю вас! С Понедельника можете выйти на работу!
- O_O Доктор? А вы точно меня вспомнили?
- А что случилось?
- Ну как бы, вы мне ещё месяц назад больничный закрыли.
- Да-а-а? . . O_O
- Да. С 12го числа прошлого месяца тружусь.
- И как? Рука не беспокоит?
- Да почти нет. Разве что, после того как, что-то тяжёлое потаскаю, может по вечерам ныть.
- Так зачем же вы таскаете! Справка на Лёгкий труд вам на что? я: Так нет справки. Вы мне ёё - не выписывали. тр: - Да-а-а? . . O_O - задумчиво смотря в мою карту - Закрыл больничный через 2 месяца после перелома, и не выписал справку на лёгкий труд... Чёт я погорячился тогда...
Скорая - занятие нешуточно!
Соседка-врачиха вчера поделилась, пересказываю.
В общем, поступил к ним на скорой мужчина, что нуждался в экстренной внеплановой операции, для которой необходимо было сбрить ему с низа живота практически весь волосяной покров. А так как предоперационная комната была занята,
Залетев в туда, сестричка тихонько сдёрнула с бессознательно лежащего там мужика штаны и, жутко волнуясь и краснея, приступила к порученной процедуре, начав с его левой тестикулы. Была она, по всей видимости, ещё молоденькая, вследствие чего ещё относилась к мужским половым железам как к чему-то довольно сакральному. И вероятно по причине такой неопытности и, ввиду шарообразности обрабатываемого ею предмета, успела оный пару раз порезать, быстро, впрочем, замазав царапины зелёнкой с йодом из-за чего левое яйцо пациента стало здорово походить на пасхальное.
К этому времени больной проснулся и, сонно узрев происходящее, начал потихоньку распадаться на молекулы. Правда продолжался этот процесс недолго, так как, осознав происходящее, он широко выпучил глаза и возмущённо возопил:
- Это вы что, бл. . ди, тут делаете? ?! !
Короче говоря, она забежала не в ту палату и побрила там какого-то мирно спящего другого больного, которого к тому же сегодня вообще должны были после обеда выписывать.
Пострадавший устроил страшный скандал, обрушив весь свой праведный гнев на побелевшую от ужаса медсестру.
- Ты б ещё, с@ка, зажигалкой опалила! ! – голосил он на весь коридор, куда к тому времени высыпали уже все ходячие больные.
Не успокоившись на этом, он дошёл до замглавврача, с которой категорически затребовал справку для своей супруги, о том, что произошедшее с ним непотребство было намеренно устроено больничным медработником.
- Ничего не знаю, гоните справку! ! – доносилось из кабинета - я теперь как жене это Фаберже показывать буду? ?! !
Ну, что тут поделаешь, пришлось ей выписать бумагу, что при лечении такого-то пациента была допущена врачебная оплошность в виде ошибочного и частичного выбривания его паховой области.
После чего обозлённого обладателя оригинальной интимной причёски постарались поскорей спровадить на выписку, и жизнь в больнице снова вернулась в своё беспокойное русло.
Случилась этим летом со мной беда. Руку поломал. Смещение, операция, пластина о 8 болтах, 3 недели полного пансиона. Хорошо, короче, попал.
Словом прошла, примерно, неделя после операции. Восстанавливаюсь полным ходом, Самочувствие отличное. Мед. сестричка, с утра, обрадовала, что отколола последние уколы, по назначению. Всё указывало на то, что к вечеру буду дома. Я даже пожитки собрал. И вот обход
- Доброе утро. Как себя чувствуете?
- Замечательно! =)
- как рука? Не беспокоит? Покажите.
- С рукой всё замечательно. К выписке Готов! =)
- Ну же, батенька, выписываться вам ещё рано. Куда вы торопитесь? Полежите у нас ещё пару дней. А там уже поговорим. : )
- А смысл мне тут ещё 2 дня лежать?
- ну как же, у вас же ещё уколы, витаминчики там антибиотики...
- Какие, к чертям, уколы? Сегодня с утра последние были? Я уточнял!
- Правда, что ли? : )
Уходит. Через 15 мин приходит давешняя мед. сестричка и "радует" меня, что курс моего "иглоукалывания" продлён ещё на 3 дня. Мораль - НИКОГДА НЕ СПОРЬТЕ С ВРАЧАМИ!
Мораль - НИКОГДА НЕ СПОРЬТЕ С ВРАЧАМИ!
Рассказывает знакомый:
К нам на фирму приехал бельгиец - представитель сотрудничающей фирмы.
И как раз во время визита у него случилось обострение: ноготь на мизинце
стопы врос в палец. Надо вырезать ноготь, а мужик страшно боится операции
(в принципе простейшей). "Ничего", - говорят врачи в местном госпитале,
проснетесь - все будет уже позади". Мужик согласился...
Операционная. Мужику дают общий наркоз и у него останавливается сердце.
Ему делают искусственное дыхание, при этом ломают два ребра и повреждают
легкое. Но безуспешно. Дефибриллятор тоже не помогает. Ему вскрывают
грудную клетку и делают открытый массаж сердца. Наконец оно начинает
работать. Несчастному латают легкое, зашивают, делают тугую повязку
на грудь (как-никак ребра сломаны). При переносе тела со стола на каталку,
его роняют и ломают ногу.
Накладывают гипс и наконец-то доставляют в палату.
Представьте себе, что сказал мужик, когда очухался через двое суток,
обнаружил на сильно болящей груди тугую повязку, гипс на ноге и на
торчащем из гипса мизинце невырезанный ноготь, о котором в переполохе
просто-напросто забыли. Logrus?
Logrus?
Фамилии бывают разные, вроде бы какая разница, кто будет вас оперировать - Петров, Сидоров или тот же Грум-Гржимайло. И все же, как-то не по себе становится, когда узнаешь, что фамилия хирурга - Выпивохин или, скажем, ЗарезАло.
Но это еще что, а вот жил некогда во Львове хирург по фамилии... Гробтруп. Так к этому хирургу на операцию всякими правдами и неправдами старались попасть больные едва ли не из всего Союза! Вот так человек доказал - не фамилия красит человека, а высокий процент выживаемости. У этого Гробтрупа за долгие-долгие годы ни один пациент не умер. Говорят, после его смерти даже возникала идея о присвоении его имени... впрочем, идея эта, в отличие от пациентов, не выжила. Надеюсь, не надо объяснять, почему?
Эту историю рассказал мне пластический хирург. Произошла она примерно год назад в одной замечательной клинике, расположенной – скажем осторожно – довольно глубоко в пределах МКАД. Клиника занимает второй этаж недавно отреставрированного особняка, а на первом этаже в этом же здании находится фитнес-клуб.
Как-то днём на
Когда женщина принесла анализы, всё оказалось неплохо, кроме свёртываемости крови: она была на нижней границе нормы. То есть, ещё не противопоказание к операциям, но повод лишний раз предупредить об осложнениях и попросить клиентку подумать. Хирург, как честный человек, так и сделал: сказал, что потребуется более длительная реабилитация и несколько переливаний крови.
- Думать нечего, я уже за вас подумала. Мне нужно новое тело. Если вам не нужны деньги, я найду врачей, которым они нужнее, - отрезала клиентка.
Итак, врачи принялись за улучшение пациентки: здесь надули, там сдули, тут поработали напильничком. Процесс проходил в несколько заходов, и каждая операция, действительно, сопровождалась массивным переливанием крови. Но, в целом, обошлось без осложнений, и все надутые места надулись симметрично и как полагается. Оценив результат, стороны разошлись, довольные друг другом.
Но довольно скоро в клинике раздался звонок, и знакомый голос истерически верещал в трубку:
- Что вы натворили, коновалы?! У меня начали расти усы!
- Что вы такое говорите? Не может быть!
- Я сегодня же приеду, и мы посмотрим, может или не может! Попробуйте мне в глаза сказать, что я их нарисовала или вру!
После звонка в клинике началась лёгкая паника. Сперва были проверены все шкафчики с лекарствами – не попал ли куда по ошибке не тот препарат. Потом подняли медицинскую карту и анализы пациентки. Всё вроде было в порядке. Наконец, гематолог отозвал хирурга в сторону и шепнул:
- Я вот что думаю, у нас систематически сдают кровь парни с первого этажа. Химики-бодибилдеры. Накануне её операций целая группа заходила, сразу после соревнований. Медсестра ещё радовалась – ой, спасибо ребятам, так много второй группы сдали.
- Ты почему не предупредил?
- А что я сделаю? По стандарту кровь чистая – вирусов нет. А на стероиды мы не проверяем.
Через час приехала взволнованная клиентка. Главврач и хирург принимали её в кабинете вместе. Минут пятнадцать продолжался монолог – точнее, крик и посулы самых страшных кар на головы врачей. Когда пациентка выдохлась, слово взял главврач:
- Каждый организм индивидуален и по-своему реагирует на оперативное вмешательство – тем более, неоднократное. Возможно, случился гормональный всплеск. Мы предлагаем немного подождать и дать вашему телу прийти в норму.
- Но усы?! Что мне делать с усами?!
- Ну что вы заладили – усы, усы! Вы ведь довольны тем, как выглядит грудь?
- К груди не имею претензий.
- И талия тоже уменьшилась в объёме, не правда ли?
- Это всё хорошо, но…
- Ну вот! А усы, в конце концов, и побрить можно, - веско сказал главврач, погладив окладистую бороду.
Начну с анекдота.
Стоматолог бегает по поликлинике, задумчивый, чуть ли не за голову держится. Медсестра его останавливает:
— Доктор, что случилось?
— Да вот… пришёл пациент. Денег — полно, а зубы все хорошие. И не могу понять, что с ним делать!
Тут сразу понимаешь, почему у стоматологов такой высокий
Говорят, по медицинской статистике у стоматологов один из самых высоких уровней самоубийств среди врачей. И знаете что? Я понимаю.
Во-первых, представьте: каждый день сидишь в замкнутом кабинете и часами смотришь людям в рот.
— «Откройте шире…»
А там вчерашняя шаурма.
Во-вторых, стресс и перфекционизм. У хирурга: «Операция прошла, пациент жив». У стоматолога: «Пломба кривая — всё, репутация в трубу».
Финансовое давление — оборудование стоит как квартира, аренда клиники как самолёт, а пациент приходит и говорит:
— «Доктор, а что так дорого? Я же всего один зуб принёс! »
Негатив от пациентов — люди редко бегут к стоматологу с радостью. В лучшем случае — с обезболивающей таблеткой, в худшем — с маминым криком: «Иди, иди, хватит ныть! »
И наконец — социальное одиночество. Хирурги оперируют в команде: ассистенты, анестезиолог, медсёстры. А стоматолог один на один.
— «Ну что, поговорим? »
— «Ааааааааа…»
Это не разговор, это хор имени «Спаси Господи».
Вот и получается: профессия стоматолога — реально опасная.
Опасная не для пациента… опасная для самого стоматолога!
Переехал я в новый район и решил зубы проверить. Гуглю: «дантист рядом со мной» — выскакивает Басман. Фамилия серьёзная: будто сразу видно — с детства скрипка, гаммы, конкурсы. Думаю: если человек столько мучился с виолончелью, чужие зубы ему — отдых.
Прихожу. Говорю:
— Пломбу поставьте.
Он посмотрел, поморщился и сразу:
— Тут нервы удалять! Операция, 800 долларов… но для вас — 600.
Я:
— Дело не в деньгах, а надо ли вообще?
Он не привык, что пациент разговаривает. Обычно рот открыл — и молчи. Но согласился.
Раздосадованный Басман лепит пломбу. Я иду к ресепшн, карточку достаю… и прямо на полпути — «чпок»! Пломба выпала. Я ещё даже оплатить не успел.
Возвращаюсь, показываю. А Басман, даже не моргнув:
— Это вы языком трогали, сами виноваты.
Я стою, держу пломбу в руках и думаю: «Если бы я языком так умел — я бы не у вас лечился, а в цирке на гастролях выступал! »
Прошло 25 лет. Зуб — жив, нервы работают.
А пломбу мне потом поставила китаянка из Гонконга. Сделала идеально! Но мечтала о другой жизни:
— У меня брат скрипач, — вздыхает.
— Так вы тоже могли!
Я чуть не подавился слюной: «Так это вы от отчаяния людям зубы делаете? »
А ещё у меня пломба времён СССР. Ставила студентка. Так вот она дожила до капитализма, пережила дефолт и, похоже, внуков моих переживёт. Эта пломба — как Ленин: никто не верит, что жива, а она лежит и лежит.
Недавно пошёл чистку делать. Молодая, симпатичная стоматолог говорит:
— Всё отлично. Но надо ещё под дёснами почистить. Это у нас называется «глубокая чистка карманов»… с вас к Вашим $200 еще 261 доллар.
Я кивнул, но в душе ахнул: «Глубокая чистка нужна, когда десна кровоточат. А пока они молчат — пусть и деньги молчат! »
Вышел и написал отзыв: «Спасибо за улыбку, но за такие цены — любитесь с конём».
«Спасибо за улыбку, но за такие цены — любитесь с конём».
Лет двадцать пять назад мне удалили аппендикс.
Сначала почувствовал острую боль и тошноту. Поскольку аппендицит это распространенное заболевание, прочитал о нем заметку в популярной медицинской энциклопедии, и тут же себе его диагностировал.
Кинул в сумку шлепанцы, спортивный костюм, новую колоду карт, шахматы и мыльно-рыльные
Жена и дети гостили на Украине, и было как-то чудно, что со мной такая штука случилась, а самые близкие ничего об этом не знают.
В приемном покое хирург подтвердил мой диагноз и велел сразу готовиться к операции.
Медсестра поинтересовалась, - есть ли у меня бритвенный станок, а то она принесет казенный многоразовый, чтобы я мог подготовить операционное поле. Предупредила, что в том станке стоит очень хорошее лезвие «Восток», которое она самолично поставила лет пять назад.
Отказавшись от халявы, я выбрил лобок и гениталии своим собственным инструментом.
В тот же день меня оперировали.
Наутро в палату зашел хирург, осмотрел шов, поинтересовался самочувствием.
Спросил его:
- А, в самом деле, аппендикс был воспаленный?
Врач закивал головой:
- Да, да! Такой уже ядреный был, налитой. Ещё чуть-чуть и мог лопнуть.
Позже я убедился, что так он отвечал всем своим пациентам, чтобы не терзались мыслью, что их зря порезали.
В восьмиместной палате нас было шестеро. Всем удалили аппендикс. Мы перезнакомились и обвыклись. Интересную закономерность заметили – если кто-нибудь начинал рассказывать анекдот, все подтягивали к животу правую ногу. Чтобы было не так больно смеяться.
В палату зашел парень лет двадцати. Поглядев на него, я подумал, что так, должно быть, одеваются сельские хлопцы, когда хотят выглядеть «по-городскому».
Оглядел нас, заговорил:
- Здорово, мужики! Как дела? Не тушуйтесь, все путем будет! Тут как? Аппендициты умеют удалять? Не ссыте, все будет ништяк!
Мы, удивленные его напором и непонятной многословностью, молчали.
В палату зашла медсестра. Показала ему свободную койку, тумбочку, предложила переодеться. Спросила - есть ли у него бритвенный станок. Узнав, что нет, сказала, что сейчас принесет.
Парень, пощупав на скуле трехдневную щетину, продолжил свою речь.
Теперь я понимаю, что он просто глушил свой страх перед операцией, а тогда его говорливость казалась раздражительно неуместной.
Медсестра принесла старенький бритвенный станок, который уже многие годы использовался незапасливыми больными для эпилирования операционного поля.
Вот - сказала она – побрейтесь.
Парень снова потрогал щетину на лице и удивленно поблагодарил.
Медсестра улыбнулась, и выходя, сказала в пространство:
- Объясните ему.
Я сказал новичку:
- Ты что думаешь? Тебе надо лицо брить?
Он, все еще не понимая, ответил:
- Ну да, а то что же?!
- Нет, дорогой! Этим станком ты побреешь лобок и яйца!
- Не буду!
- Будешь! А то медсестрам придется самим тебе твое хозяйство обривать, когда ты под наркозом уснешь. Еще и порезов наделают… Да ты не сомневайся! Это не прикол, а обязательная процедура.
- Врешь!
- Да на, смотри!
Я спустил штаны, и он визуально убедился, что это бритье не придумано специально для него.
Вздохнув, и все еще недоверчиво покачивая головой, он направился к туалету.
В полной тишине двенадцатилетний мальчишка, лежащий на койке, хихикнул, и подтянул правую ногу к животу.
Все настороженно повторили его движение, и кто-то поинтересовался:
- Ты чего?
Мальчишка, давясь от смеха, сказал: - Повезло ему, что не успел лицо этим станком побрить…
- Повезло ему, что не успел лицо этим станком побрить…
Попал как-то давным-давно ко мне попутчиком один интересный мужик. Очень пожилой, по профессии врач-радиолог, стоял у истоков изучения лучевых болезней, когда в сороковые ядерную бомбу изобрели и стало необходимо исследовать действие радиации.
Ехали поездом, вдвоем в СВ, дорога длинная, стали коротать время за разговором.
Рассказал такую историю.
Бомбы тогда собирали медленно, одну штуку в месяц. Изделие стоило немеряных денег и ответственность за сборку была мама-не-горюй! Не дай бог запороть - расстрел кучи народа однозначно! В конце сборки была какая-то очень ответственная операция, которую мог проделать один-единственный слесарь. Доверяли ему и только ему. Мужик получал генеральскую зарплату и приходил на работу один раз в месяц, к каждой новой бомбе. Все остальное время он беспробудно бухал, благо было на что. Дня за три до очередной операции к нему наведывались ГБшники, выводили из запоя, потом он делал свое дело и снова уходил в нирванну. И так несколько лет подряд.
Мой попутчик работал долго на этом заводе, имел возможность вести наблюдения. Говорит, что каждый раз слесарь ловил совершенно недетскую дозу. Другой кто сход бы давно, а этот видать алкоголем вымывал радионуклеиды.
- Знаешь, - сказал врач, - я четко заметил: кто из сослуживцев не пил совсем - в могиле давно, а кто бухали как черти - до сих пор многие живы.
perestoronin: У яда безвредной дозы, увы, нет. Это - самообман. .
Viktor2312: Бывает. Змеиный яд используют в лекарствах в малых дозах.
perestoronin: Анестезию тоже используют в медицине. Но анестезия от этого ядом не перестала быть, и любая её доза наносит необратимый ущерб здоровью, но медики по другому, видимо, не умеют проводить операции.
DrPass: Медики как раз умеют. Это пациенты почему-то не любят, когда их режут без обезболивания.
Из реальной жизни.
Лежу на операционном столе, готовлюсь к аденомэктомии; анестезия "отключила" нижнюю часть тела. Перед началом операции над грудной клеткой установили какую-то горизонтальную перекладину, спрашиваю хирурга:
- А это зачем?
- Зубами грызть будешь, когда резать начну!
Оказалось, на нее повесили полотно, закрывающее от меня "поле боя".
Началась операция, переговариваемся с хирургом:
- Александр Васильевич, Вы мне только яйца не перепутайте!
- Да я уже замаркировал, одно зеленкой, другое - йодом. Вот только не помню, какое чем.
... Утренний обход через день после операции:
- Как самочувствие?
- Вскрытие покажет! - Наташа, запиши юмориста на завтра на вскрытие.
- Наташа, запиши юмориста на завтра на вскрытие.
Пишу под впечатлением только что увиденного и услышанного. Работаю на строительстве очередного газоконденсатного завода необъятной нашей Родины. От здешней свинской жратвы ( простите, но едой это назвать нельзя) у моего друга зверски разболелся левый бок. Видимо, воспалилась поджелудочная, собственно, болеть там больше нечему.
- Что вы меня учите, у вашего друга - аппендицит, все симптомы налицо.
- Но ведь, аппендикс - справа, - говорю я.
- Вы со мной что, спорить пришли, - выдает она.
Я просто зависаю, не находя ответа. Друг молча спускает штаны, показывая шрам от операции.
- Что вы мне тут тычете в лицо своим шрамом, - говорит она, - вы за направлением пришли или меня учить?
Мы с другом молча обалдеваем, берем направление к хирургу и тихо сваливаем. Давненько мы так не ржали. У друга даже боль прошла, правда, не надолго. Потом стало интересно: где же таких "медиков" берут. Растят в своем коллективе, что ли?
Поставщик комплектухи в магазин знакомого лег в клинику, частную, на операцию... очнулся от наркоза, чувствует сильную боль в груди (хотя операцию должны были делать в заднице - удалить полип(доброкачественный). Протягивает руку к груди - там неимоверно тугая повязка. . , что аж дышать невозможно... охеревает, вызывает мед. сестру... та говорит, что это повязка удерживающая, чтобы имплантанты не вывалились... короче, ему сиськи силиконовые вшили!!! а в соседней палате лежала девочка, которая и хотела эти сиськи... и фамилия у нее была точно такая же несклоняемая и бесполая - Сидоренко, как у поставщика... понятно, что скандал и т. д. , но вот только хз, кому не повезло больше: Сидоренко с сиськами, или Сидоренко с порванной жопой...
В жизни бывают ситуации похлеще анекдотов... У меня некоторое время болит правое колено . Ну, и пощелкивает иногда левое (его 10 лет назад оперировали). Хирург направила на рентген коленей. На рентген смог попасть только через 3 недели - электронная система три раза отменяла записи. Прихожу, а рентгенологи мне говорят, что будут снимать ЛЕВОЕ колено! Говорю: покажите направление! В направлении написано: снимок с обеих сторон. Они говорят: ну у вас же операция была! Я говорю: но БОЛИТ ПРАВОЕ ! Они мне: или снимаем левое, или отказывайтесь ! Пришлось согласиться на снимок левого, а после этого идти ругаться со всеми возможными медицинскими руководителями. И такой маразм в Москве - "лучшем городе земли, с лучшей медициной".
И такой маразм в Москве - "лучшем городе земли, с лучшей медициной".
