Кто только не покупал посуду «Цептор»! ! Вы не покупали? Я — точно не покупал. Я её продавал. Недолго, но это был запоминающийся период в жизни.
Началось с того, что знакомая дама пригласила нашу молодую семью на презентацию. На меня презентация, прямо скажем, впечатления не произвела: я по натуре скептик, к тому же мужика сложно увлечь кухонными принадлежностями. А жена, вижу, загорелась.
Она у меня, к счастью, не шопоголик, но, бывает, увлекается. И вот тут как раз повелась. Пришлось ей шёпотом на ухо провести сравнительный анализ стоимости самого дешёвого набора посуды «Цептор» и нашего семейного бюджета.
Помогло. Отпустило: с презентации мы ушли без потерь.
Но, как оказалось, это был не конец истории, а лишь начало. Дама, которая нас пригласила, видела нас не в роли покупателей (тут она трезво оценивала ситуацию), а в качестве продавцов. Как в любом сетевом маркетинге сотрудника стимулировали не только продавать, но и вербовать новых продавцов, — в этом случае он поднимался в иерархии и начинал получать проценты не только со своих продаж, но и с продаж навербованных им подельников.
Вот в этом качестве она мою супругу и охмурила. Жена прошла обучение, получила заветный чемодан с образцами, и приобщилась к древней и нестареющей профессии офени, то есть коробейника.
«Выди, выди в рожь высокую!
Там до ночки погожу,
А завижу черноокую —
Все товары разложу! »
Между прочим, у офеней даже язык был особенный, — среди толпы они общались, никем не понятые. Например, у них было слово «лох», — на Дальнем Востоке так называли отнерестившегося лосося, который, исполнив свою миссию, плыл, обессиленный, вниз по реке. Эту жирную, вялую рыбу можно было брать голыми руками, — о чём мечтает каждый коробейник, и древний, и современный. Но я отвлёкся.
Чемодан с образцами посуды весил, примерно, как мешок пескобетона, поэтому я поневоле приобщился к просветительской деятельности в качестве водителя и грузчика. Попутно я, конечно, слушал все презентации, и вскоре, как в той байке про учёного и его шофёра, вполне мог свою супругу подменить. Что и приходилось порой делать.
На мой взгляд, получалось у меня неплохо: что вы хотите, всё-таки я из педагогической династии с общим педстажем больше трёх веков.
Я очень убедительно рассказывал про уникальную медицинскую бактерицидную сталь, не имеющую аналогов в человеческой истории, про возможность готовить без воды и без масла, с сохранением всех витаминов и микроэлементов, про готовку на свечке… Впрочем, если кому повезло на такой презентации побывать, все всё это слышали.
Так вот, представьте, эффект моей работы был примерно на уровне плинтуса. Меня внимательно слушали, задавали вопросы, на которые я блестяще отвечал, благодарили за интересный рассказ… И не хера не покупали, суки! ! (Извините, вырвалось)
Иногда просто не везло. Помню, приехал я в большое отделение Сбера. Сбердамы и сбердевушки собрались в свой обеденный сберперерыв, чтобы меня послушать. Девушки были симпатичные, и под их волоокими взглядами я заливался соловьём! Сберслушатели задавали конкретные вопросы, от озвученных расценков не вздрагивали испуганно, так что всё шло к заслуженному успеху.
И тут облом. Надо сказать, что в соответствии с методичкой, я не только рассказывал, но и показывал: на маленькой плиточке жарил куриное бёдрышко. Которым потом кормил присутствующих. Сбердамам моё бедро очень понравилось (ну, не моё, куриное), но одной толстухе вдруг стало плохо!
Я не врач, даже не анестезиолог, но могу побиться об заклад: это была чистой воды психосоматика. Ну не было в моей курятине ничего, способного вызвать спазмы или колики. Тем более, что всё прошло через пару минут. Но, понятное дело — инцидент исперчен, девушки сочувственно на меня глядя, говорят: «Прощай! Мы расстаёмся навсегда под белым небом января…» А я к ним пёрся за сто километров!
А вот у моей супруги кастрюли, ножи и прочую хрень расхватывали как горячие пирожки. Ей периодически не хватало взятых с собой бланков, чтобы осчастливить всех ло… покупателей.
Представьте, она мне рассказывала, как у неё одна женщина даже расплакалась из-за того, что не стала обладательницей кастрюли на 10 л. Моей жене пришлось её успокаивать: «Далась вам эта кастрюля! Что в ней особенного? Просто кастрюля из нержавейки! ! »
А потом колёсико Истории повернулось, и наш бизнес в одночасье закончился. Всем стало не того.
Верно сказал Кохелет, сиречь Проповедник: всему своё время. Время собирать камни, и время разбрасывать камни. Время любить, и время ненавидеть. Время обнимать, и время уклоняться от объятий. Время продавать посуду, и время тратить всё, что удалось заработать…
