У меня очень строгие родители. Когда мне было 16, мне надо было возвращаться домой ровно в 6 часов вечера, даже если я гуляла с подругой недалеко от дома. Один раз я пришла в 6:01, так родители забрали мой телефон на 2 недели и посадили под домашний арест. Когда я закончила универ, я ездила каждый день в другой город на работу, потому что родители не отпускали меня жить одну. Из этого пи[c]еца я вырвалась только полтора года назад. И, господи, как же это круто, когда ты сам управляешь своей жизнью
Когда мне было лет пять, мама читала мне "Малахитовую шкатулку" Бажова. И я, вдохновившись сказками, надела зеленое платье, новые сандали и пошла искать себе гору. Нашлась она за коровником – огромная такая гора метра 2 в высоту. Забравшись наверх, поняла, что застряла, и это никакая не гора, а куча навоза, в которую мои сандали засосало так, что никак ногу не высвободить. Так и сидела я на вершине навозной кучи, по колено в говне, пока родители меня оттуда не достали. Хозяйка навозной горы, блин.
Однажды утром решила выйти на работу пораньше. Запнулась и порвала штаны, очень расстроилась, денег нет на новые. В те времена я только переехала от родителей в соседний город и бОльшая часть вещей оставалась у них. Из одежды - домашние спортивные штаны. Думаю, ладно, на работу приеду и переоденусь, там юбка лежит. Обула кроссы и бегом на остановку. По пути встретила бывшую одноклассницу, она похвалила за решимость, договорились каждый день вместе бегать. Прошло два месяца, иду за новыми штанами на 4 размера меньше)
Я копальщик на кладбище. Нет, я не тупое быдло, за бутылку готовое выполнить ваши хотелки по облагораживанию могилы. Ушёл с работы экономистом, имеются ВСЕ категории прав (в том числе и на трактор), за плечами около миллиона километров. Но… деньги. Здесь платят больше. Официально. С соцпакетом. Но яма должна быть готова к похоронам. Летом тебе
Самое трудное в моей работе — это не ржать над свежими анекдотами перед закопкой (контора серьёзная, и выкопать/закопать, привезти/опустить осуществляют разные бригады). Ещё — удержаться, когда смотрим на чувиху, картинно бросающуюся на гроб с причитаниями, мол, как же я без тебя дальше жить буду... И знать, что это ты, с@ка, его в ящик уложила, из-за тебя он кредиты рефанул под страховку, из-за тебя он тут, и это мы сейчас своего коллегу двумя кубами земли сверху присыпем. Ещё — не морщиться, когда родственники прощаются у гроба перед закопкой и начинают с криками делить то, что осталось от усопшего.
Самый треш — детские похороны. Несмотря на то, что оплата с них идёт наличкой в тот же день (зарплата у нас раз в месяц с авансом), все бригады, как могут "спрыгивают". Ибо это... Это действительно страшно. У всех у нас есть дети. И смотреть, как убиваются родственники — тяжело. На детские похороны с нами отправляют наряд охраны. Потому что, когда гробик опущен и начинается закопка, родители, молча стоявшие в оцепенении, бросаются с кулаками на нас и требуют прекратить, потому что ребёнок просто спит...
Ну а так мы дружная команда образованных чуваков, у которых на дверях вполне себе комфортной бытовки на кладбище висит транспарант: "Живой уголок" Показать ещё .
Гостил у родителей. Сидим с отцом (78 лет) в дачном домике, пережидаем дождь.
— Видишь вон ту кувалду маленькую?
— Ну, вижу, — отвечаю.
— Это кувалда Ивана Степановича. Когда хоронили его, я ею крышку гроба забивал, а потом так в машине и осталась. — вздохнул. — А рядом с ней большую кувалду видишь? Это брата отца. Когда он умер, я забирал личные вещи из цеха, где он работал, там была эта кувалда, оставил себе. А моя в сарае, — помолчав, добавил он. В общем, хорошо посидели. Со смыслом.
В общем, хорошо посидели.
Со смыслом.
Тридцатка – очень грустный возраст. Друзья, с которыми буквально вчера отрывались на фестах и вписках, обзавелись семьями и проблемами со здоровьем. Парочка и вовсе померла. Родители стареют. Становятся особенно заметны неустроенная личная и профессиональная жизнь. Людей умеешь распознавать сразу, что тоже ведёт к разочарованию. Грустно. Надеюсь, пройдёт.
Мне всегда было на все пофигу, еще со школы. Двойка — пофигу, родители в школу, расставание с парнем, разбитые колени, даже смерть родственников — мне фиолетово было. Я не знаю, почему я ничего не чувствую: ни страха ни обиды, просто пожимаю плечами "перешагиваю" и иду дальше. Даже когда мне изменил муж, я просто собрала его сумки и спокойно ему сказала: "Я все знаю, уходи". Не было тайных истерик, он даже обиделся, кричал, что не любила, значит. А мне что с мужем, что без — пофигу. Может из-за этого и ушел.
Летом напротив моего дома на дорогу вылетел из двора мальчик на велосипеде. Водитель не успел затормозить, сбил насмерть. Приехала скорая, ничего уже сделать не смогла, забрала бабушку мальчика, с которой он гулял. Потом приехали родители и начали ругаться между собой о том, кто виноват. А водитель сидел на коленях около мальчишки и плакал. Гладил его по голове. А они ругались. Бабушка умерла в ту же ночь в больнице.
Мне 30 лет, и мне очень СТРАННО сравнивать себя со своими родителями в том же возрасте. Понимать, что Я уже ходил в детский сад на тот момент, когда отцу было столько же, сколько мне сейчас. А когда маме исполнилось 30, я уж и в школу пошёл. А я всё карьеру строю. Смотрю на их свадебные фотографии, и никак не получается осознать, что они на фото гораздо младше меня настоящего — чуть старше 20 лет. Их сверстников я б сейчас назвал малолетками, а родители на этом фото кажутся гораздо старше меня.
Когда фотошоплю фотографии родителей, всегда убираю маме морщинки, но ей ничего не говорю – пусть радуется и будет уверена, что она прекрасно выглядит =))
Долгое время с мужем пытались завести ребёнка. Через некоторое время муж потерял работу, потом я узнала, что беременна. Было решено делать аборт. Нас отговорили мои родители, пообещав помочь.
Как только ребёнок родился, родители чудесным образом исчезли. Всякая просьба о помощи была невнятно отклонена, а на прямые вопросы нас называли наглецами и "глупцами, не подумавшими о будущем". Муж брался за любую халтуру, итак работая на двух работах. Я тоже вышла на работу, периодически оставляя ребёнка на самую близкую подругу.
Позже всё наладилось, муж нашёл прибыльную работу, как и я. Ребёнок здоров, сыт и одет. Подругу в знак благодарности отправили отдыхать. Мои родители возмущаются, почему мы отправили "левую девку" за свои деньги на море, добавляя к этому, что родным бабушке и дедушке не даём повидаться с внуком, хотя я обещала! В последний раз, когда они спрашивали о сыне, сказала им, что научилась держать обещания на их примере.
Спросила родителей, как они познакомились. Мама сказала, что в библиотеке в студенческие годы. Спросила отдельно отца, сказал, что в очереди в туалет на дискотеке. Задала аналогичный вопрос старикам. Бабушка ответила, что на практике в колхозе. Дед сказал, что они вместе копали выгребные ямы для колхозных сортиров. Я бы посмеялась и забыла, но когда прорвало нашу канализацию, в приехавшей бригаде познакомилась с симпатичным слесарем...
Живу с парнем и его родителями. Самое прекрасное время для меня, когда его родители уезжают. И не для того, чтоб отрываться в постели. Я отрываюсь на кухне и готовлю всё, что вздумается. Ведь не я хозяйка в доме и в обычные дни не хочу вмешиваться. А тут прям душа радуется, что могу готовить, готовить и готовить! Правда парень потом жалуется, что всё настолько вкусно, что он объедается всегда и похож на колобка. Зато я кайфую :)
Когда-то давно, в 7 или 8 лет я раскроил себе кожу на затылке, упав в бассейне затылком на острый угол мраморной плитки. Разумеется, все в шоке, мама меня бегом на скорую (кровь была, но не так чтобы много), из скорой меня сразу в операционную зашивать дырку. И вот, лежу я, златокудрый пацан, больше напуганный паникой родителей и брата, чем фактом травмы, на операционном столе и думаю: "Какого цвета будет нитка, которой мне будут всё это зашивать? Ведь волосы-то жёлтые! Видно ж будет, если цвет не совпадёт!" И выдаю это хирургу:
"Вы только жёлтой шейте, а то заметно будет, обсмеют в школе".
От хохота врач, да и медсёстры, минут 5 ещё не могли начать меня зашивать. А уж вспоминают об этом до сих пор, когда я по делам в больнице бываю. Хотя уже больше 25 лет прошло.
Когда я лежала в роддоме, моя соседка по палате умерла при родах. Никто из родственников не захотел забрать ребенка, и я не смогла его оставить, муж меня поддержал. Когда наши сын и приемная дочь вошли в переходный возраст, оба стали невыносимы, но в сравнении с ней сын был мудрым дедом. Ей было почти 18, когда произошла самая крупная ссора — она
Ей был 21 год, когда я снова ее увидела. Она вернулась обратно с историей, как тот уголовник избивал её — ребёнка, которого ни разу за всю жизнь даже по попе не хлопнули — а она прощала. Она плакала, ее страшно трясло, не могла держать стакан воды. Извинялась за все и называла "мамочка" (впервые в жизни услышала от нее такое обращение). Мы приняли её обратно, закрыли долги, нашли ей психолога, помогли поступить в универ.
С каждым днем ей становится все лучше, и все было бы хорошо, если бы не сын — он зол. Приезжая в гости, сестру он игнорирует, говорит о ней в среднем роде в её присутствии. Хотя именно перед ним она виновата меньше всего, комп починили быстро. "Извинения не приняты", — пафосно отвечал он на все её попытки помириться. И она тоже перешла на агрессию к нему. Жутко устала жить в состоянии третьей мировой в рамках Показать ещё собственной семьи.