Фильм "Любовь и голуби" можно смело назвать лидером по количеству импровизационных моментов. Практически все диалоги бабы Шуры и дяди Мити - это придумки Натальи Теняковой и Сергея Юрского, которые, к слову, были мужем и женой в реальной жизни. Меньшов, понимая, что актерам надо давать волю, порой не мог даже руководить съемкой дублей, потому что просто бился в истерике от смеха, стоя за кадром. Фраза "Извините, что помешал вам деньги прятать" также импровизация Юрского, как собственно, и вся эта небольшая сценка, и фраза стала просто культовой. Кстати, а все россказни Раисы Захаровны Василию о филиппинских хилерах - экспромт Гурченко.
Посещение Хрущёвым знаменитой выставки авангардистов, которое вылилось в грандиозный скандал, состоялось 1 декабря 1962 года. Выставка состоялась в Московском Манеже и была приурочена к 30-летию Московского отделения Союза художников СССР. Сначала Хрущёв прошёлся по залу с работами соцреалистов и был довольно спокоен. Но когда очередь дошла до зала с работами авангардистов, Хрущёва будто подменили. Увидев работы авангардистов, он стал громко кричать, истерить и ругаться матом в адрес художников.
- Что это за лица? Вы что, рисовать не умеете? Мой внук и то лучше нарисует! Что это такое? Вы что - мужики или пи[тухи] проклятые, как вы можете так писать? Есть у вас совесть? - разбушевался Никита Сергеевич.
В картину одного авангардиста Хрущёв даже плюнул. После этого автор картины с помощью краски обвёл в кружок плевок Хрущёва на память. Говорят, с плевком Хрущёва картина стала ещё больше цениться у коллекционеров, и её сразу купили.
Однажды Иван Андреевич Крылов обедал в трактире, к нему подсела нахальная дама и говорит: "О, я так мечтала с вами познакомиться, а вы можете для меня сочинить стих"... Ну, и впрочем по нагнетающей, треская его обед, несла всякие дамские милые глупости.
Крылов, посмотрев на неё пристально, сказал: - "Ну ладно, как хотите мадам, но только потом не обижайтесь".
- "Что вы, что вы, как можно на такого великого поэта и обижаться", - ответила мадам, облизывая свои пальчики.
Иван Андреевич пристально посмотрев, начал:
Возле образа Крылова
Села рыжая корова,
С бородавкой на носу
Жрёт чужую колбасу.
Сидит наглая...
Речь была прервана, мадам резко, истерично встала, зыркнула на поэта и воскликнула: - "Я то думала вы настоящий поэт, джентльмен, а вы, вы месье просто наглый прожорливый, напыщенный хам"! Дама в истерике ушла, а поэт преспокойно доел свой обед.
Дама в истерике ушла, а поэт преспокойно доел свой обед.
Чарльз Хэтфилд — человек, который продавал дождь
В начал своей карьеры Хэтфилд изучал метеорологию, физику, химию, покупал химические реактивы и проводил опыты. В 1902 году он получил тайную смесь из 23 химических веществ, которая вызывала осадки в виде дождя.
Сначала он заключал обычные пари. Со временем Хэтфилд начал продавать дождь за деньги. Его слава возрастала и он заключал договоры уже на тысячи долларов. В 1928 году Хэтфилд заполнил дождевой водой озеро Большого Медведя, а годом спустя — погасил пожар в Гондурасе.
Умер Чарльз 12 января 1958 года, так и не раскрыв секретной формулы порошка. За свою карьеру Хэтфилд вызвал более 500 дождей. Из сети
Из сети
ЕЩЕ ОДИН ПОЛИГЛОТ
На одном из Международных кинофестивалей, проходившем в Тегеране, кинорежиссёр Владимир Наумов был в составе жюри. Гостьей фестиваля была и его жена Наталья Белохвостикова. Однажды их пригласили во дворец шаха. Попасть туда было очень сложно из-за системы охраны, и они опоздали. Их долго держали в холоде в каком-то бетонном бункере, но наконец пропустили.
Пользуясь тем, что там никто не понимал по-русски, обиженный Наумов с невозмутимым лицом говорил разные не очень тактичные слова в адрес хозяина и его дома. Ругал всё, а любезное выражение лица полностью не соответствовало произносимым текстам. Хозяин же не отходил от русской пары.
На следующий день чета наших кинематографистов вновь была приглашена в тот же дворец. Гостей в этот вечер было ещё меньше. В последний момент, когда наша пара уходила, и хозяин подал Наталье шубу, он неожиданно сказал на чистом русском языке: "Я надеюсь, вам у меня понравилось? ". И хитро подмигнул.
Прибавку к зарплате начинающего актёра Евгений Моргунов получил в результате одной из своих рискованных шуток. Однажды в Театр киноактера приехали Молотов и Каганович, навстречу которым вышел Моргунов и представился худруком театра. В этом качестве он беседовал с ними больше часа и попросил повысить жалование артистам низшей категории, что и было сделано.
Была у Татьяны Пельтцер одна страсть – преферанс. За игрой она могла проводить ночи напролет. Играли, конечно, не «на интерес». Однажды в узкий круг актеров–завсегдатаев «салона» Пельтцер попал молодой Александр Абдулов, поклявшись, что он мастерски играет в преферанс.
В ту ночь он обыграл Пельтцер всего на 9 копеек, но при всяком удобном случае она напоминала ему о том, как он ее «обобрал», и пристыженный Саша выворачивал карманы, отдавая ей все их содержимое. С тех пор долгие годы Абдулова и Пельтцер связывала нежная дружба. Он помогал ей, как мог, когда она начала терять память: подсказывал ей текст, незаметно щипал ее, чтобы она говорила свою реплику.
Однажды она пожаловалась ему, что все чаще не узнает людей. Абдулов сказал: «А вы встречайте всех, как родных! » С тех пор актриса даже незнакомых людей при встрече на всякий случай обнимала и говорила: «Ох ты, мой родной, как твои дела? »
Разговаривали тут про нынешние тиражи у российских писателей, и я вспомнила, что хотела еще про одну вещь рассказать в связи с Фитцджеральдом - как раз связанную с тиражами.
Первый роман он, как известно, написал, чтобы впечатлить взбалмошную девицу из порядочной семьи - свою будущую жену Зельду. Она от первоначального
Весною, в марте 1920, роман напечатали тиражом в три тысячи. И эти три тысячи первого тиража были распроданы ровно за три дня. Через день после продажи всех экземпляров Фитцджеральд послал телеграмму Зельде - приезжай в Нью-Йорк, там поженимся. И они поженились - через неделю после выхода его романа.
Теперь он был успешный начинающий писатель. Первый роман допечатывали раз двенадцать, и за два года после выхода было продано 49 075 экземпляров. Американские издатели считают не выпущенные, а проданные книги - и именно в них определяется успех или не успех писателя. Заработал Фитцджеральд на нем не то, чтобы золотые горы - 6 200 долларов за первый год.
Второй роман "Прекрасные и проклятые" он написал через два года после первого. В СССР он, кажется, вовсе не переводился и не издавался (первое упоминание я нашла от 2008 г). Основываясь на успехе первого романа, издатель заложил первый тираж в 20 000 копий. Потом было напечатано и продано еще 50 тысяч. Итого всего 70 тысяч.
Сразу после второго романа он задумал идею третьего, но прошло еще три года, пока он его написал. Уже готовый роман издатель уговорил переписать, чтобы прояснить характер Гэтсби. Сам Фитцджеральд считал, что пишет теперь не ради сюжета и деталей, а ради чистого художественного воплощения, что это будет художественное, артистическое произведение. Он отказался от десятитысячного аванса, если роман будет сериально печататься в журнале, потому что хотел выпустить его целиком и как можно быстрее. В общем ему заплатили около шести тысяч - часть авансом и часть сразу после выхода.
Первый тираж был в 20 тысяч. Сразу после публикации Фитцджеральд стал телеграфировать издателю с вопросами - и каков успех? Успех непонятен - осторожно отвечал издатель. Рецензии были тоже двойственные - часть рецензентов хвалила, часть сокрушалась, что писатель не поднялся до ожиданий читателей. Друзья его в частных письмах роман превозносили, но ему нужно было общественное признание и реальный успех в продажах. В критических рецензиях писали, что роман скучен, вымучен, что в нем нет того таланта, что обещали два первых романа писателя, работа слабая и второстепенная.
Хотя роман был напечатан еще одним тиражом, многие экземпляры остались нераспроданными годы спустя. Всего до его смерти в 1940-м было продано 25 000 экземпляров. Сам он при издании с надеждой расчитывал, что продано будет не менее 75 тысяч сразу после издания. Заработал он на нем всего 2 000 долларов. За 15 лет после выпуска роман потихоньку отправлялся в забвение. К сороковым годам джазовые вечеринки двадцатых казались уже глубоким прошлым и роман был как бы "анекдотом про старые времена". Неплохие деньги ему принесла продажа прав на экранизацию. Но все это было не то. Фитцджеральд рассчитывал, что роман поставит его в ряды настоящих серьезных писателей, упрочит его положение - но этого не случилось.
Следующий роман он выпустил только через девять лет. В нем нашли отражения печальные события с шизофренией его жены Зельды, его роман с молодой голливудской старлеткой и общее его ощущение, что он неудачник в конечном итоге. Я знаю, что у многих он любимый и нравится больше Гэтсби. И этот роман тоже продавался не блестяще и рецензии были не единодушны. Так что на момент смерти в 44 года от третьего инфаркта Фитцджеральд думал о себе как о неудачнике, главные романы его были не поняты и не оценены читателями и критиками, не принесли ему тех доходов, на которые он надеялся.
И тут наступает мой любимый момент - перемена участи. Не у писателя, к сожалению, но у романа.
Во время войны (второй мировой) организуется специальный комитет по обеспечиванию американских солдат книгами. И "Гэтсби" в рамках этого проекта печатается в страшном количестве экземпляров и отвозится воюющим. Книги пользуются такой же популярностью, как пин-ап картинки. Таким образом было роздано 155 тысяч экземпляров "Гэтсби". На войне люди с новым увлечением читали про мирную жизнь, красивых женщин, преданную любовь и исполненную американскую мечту - из ничего создать сказочное богатство с замками, красивыми машинами, шелковыми рубашками и фантастическими вечеринками. К концу войны было не менее 155 тысяч человек, которые считали, что роман - классика, его нужно читать всем, и он всегда тут был.
Уже в пятидесятые годы роман входит во все обязательные школьные программы, автор его начинает переходить и обосновываться в категории "великие американские писатели". В 51-м году выходит биография писателя, где роман описывается, как успешно принятый критиками - и это добавляет уверенности к мнению читателей. К 1960-му роман уже считается американской классикой и продается стабильно по 50 000 в год. И популярность его только растет. В наши дни он продается по 500 000 экземпляров в год (и еще 138 000 электронных книг по отчетам прошлого года). Всего по миру продано 25 миллионов экземпляров этого романа.
И мне очень-очень грустно, что ничего этого не досталось самому Фитцджеральду, и он этого не увидел, и умер, ощущая себя совсем другим, чем мы его знаем сегодня - неудачником, не сумевшим написать то, что докажет читателям, что он хороший серьезный писатель. К 60-м ему было бы всего 64 года - он вполне мог бы получить всю заслуженную славу. Так что я могу только повторить вывод из прошлого поста: пить надо меньше, а жить долго, чтобы слава успела тебя нагнать неспешным шагом...
Королёв, будучи уже Главным конструктором, очень уважал простых рабочих и слесарей. На одном из совещаний инженеры спорили, как лучше собрать сложный узел ракеты. Теоретически всё было правильно, но Королёв вдруг сказал:
— «А теперь давайте позовём слесаря Иванова из цеха. Если он сможет это собрать руками — значит,
В итоге именно слесарь подсказал, что деталь невозможно закрепить без дополнительного люка. Инженеры переделали проект.
Говорят, однажды космонавты спросили Королёва:
— Сергей Павлович, что нужно, чтобы полюбить космос?
Он ответил:
— Очень крепкий чай и железный желудок.
В цеху кипела работа: готовили ракету к старту. Инженеры спорили над схемами, чайник на плите забылся, а Королёв с суровым лицом проверял каждый болт.
Вдруг слесарь тихо сказал:
— Сергей Павлович, ракета закипает!
— Где?! — подпрыгнул Королёв.
— Да это у вас чайник.
Королёв улыбнулся, но налил себе кружку и пошёл к Гагарину.
— Ну что, Юра, не страшно? — спросил он.
Гагарин улыбнулся:
— Товарищ Главный конструктор, если я откажусь, вы сами полетите?
— Конечно, — кивнул Королёв. — Но тогда ты меня будешь запускать.
Все засмеялись, напряжение спало. А Алексей Леонов добавил:
— Сергей Павлович, а вы бы на Луну полетели?
Королёв затянулся «Беломором» и хмыкнул:
— Только если там борщ есть.
Несколько малоизвестных фактов о Королеве:
До середины 1960-х имя Королёва было засекречено даже внутри СССР. В газетах его называли просто: «Главный конструктор». Даже космонавты, которых он лично выводил в космос, не всегда имели право произносить его фамилию публично.
Во время войны Королёв не сидел только в конструкторском бюро. Его несколько раз вывозили на фронт, чтобы он видел боевое применение ракетных систем. Говорят, он любил сам залезать в грязь и проверять установки «Катюша», чтобы понимать, как это работает в реальности.
В 1938 году Королёва арестовали по обвинению в «вредительстве». Он прошёл через Колыму, где чудом выжил, и только потом был переведён в «шарашку» — конструкторскую тюрьму. Ирония: именно в условиях полузаключения он начал разрабатывать первые ракеты, с которых и выросла вся советская космонавтика.
Королёв терпеть не мог «бумажные» проекты. Если что-то не собиралось, он сразу отбрасывал теорию. Он говорил: «В космосе не будет чертежей, там будет железо. И оно должно работать».
Несмотря на статус и доступ к «дефициту», Королёв обожал простые блюда: кашу, борщ, хлеб с салом. Коллеги шутили: «Космос покоряет человек, который доволен тарелкой борща».
В 1966 году Королёва положили на операцию по удалению опухоли. Она оказалась доброкачественной, но врачи повредили челюсть и кишечник — организм не выдержал. Многие историки уверены: если бы он прожил хотя бы ещё 10 лет, СССР мог бы обогнать США в лунной гонке.
Павел Николаевич Орленев в 1895-1900 гг. служил на сцене Суворинского театра. Чехов и Орленев приятельствовали. Сам остроумный собеседник, Антон Павлович любил слушать актёрские байки, которые Орленев был мастер рассказывать.
Многочисленные знакомые Орленева часто просили его устроить встречу со знаменитым Чеховым, когда тот приезжал в Петербург. Особенно приставал к артисту с этой просьбой редактор "Правительственного вестника" Сергей Семёнович Трубачёв, помогавший Суворинскому театру деньгами. "Я только посмотрю на него и пожму ему руку! " - умолял он Орленева.
Отказать спонсору артист не мог, хоть и прекрасно знал, что писателя назойливое внимание публики тяготило. Орленев принялся перед Чеховым расхваливать Трубачёва, говорить, какой это хороший и душевный человек, и упрашивать писателя с ним познакомиться.
Антон Павлович внимательно выслушал артиста и задумчиво произнёс: "Слушайте, Орленев, разве может быть редактор "Правительственного вестника" хорошим человеком? ".
Астронавта Джона Гленна спросили, что он чувствовал, когда готовился к полету в космос?
Он ответил: «В точности то же самое, что почувствовали бы вы, зная, что летите на корабле из двух миллионов деталей, каждую из которых изготовил тот, кто предложил правительству наименьшую цену».
3 сентября 1812 года на первом в мире консервном заводе выпустили первую в мире консервную банку.
Самые популярные консервы - разумеется, Campbell"s, прославленные Энди Уорхолом в одноимённой серии картин. В неё входят тридцать две работы, на каждой из которых изображён консервированный суп определённого вкуса.
По легенде, знакомая Уорхола
Казалось бы, смысл в изображении консервированного супа отсутствует. Но для Уорхола Campbell"s были символом США - таким же, как Coca-Cola или Мэрилин Монро. Художник утверждал, что красно-белыми банками нужно уставить Белый дом, а главам иностранных держав следует любоваться ими, чтобы понять суть американского образа жизни.
Уорхол щедро дарил подписанные банки друзьям и знакомым. Через Джоанну Стингрей Campbell"s с автографом получили члены Ленинградского рок-клуба - Виктор Цой, Сергей Курёхин и другие.
Знакомясь с Уорхолом, писатель и актёр Тейлор Мид сказал художнику: «Вы - наш американский Вольтер. Даёте Америке именно то, чего она заслуживает, банку супа на стену».
По прошествии полувека очевидно, что слава Энди Уорхола как главного поп-художника меркнуть не собирается: сегодня банку супа на стену заслуживает весь мир.
В 1989 году канадскому вратарю Клинту Маларчуку лезвие конька разрезало шею, повредив сонную артерию и яремную вену. В результате повреждения яремной вены, кровь ручьём полилась на лед. От этого зрелища 11 зрителей потеряли сознание, двоих хватил сердечный приступ, а троих хоккеистов стошнило прямо на льду. Единственным человеком
«Я знал, что игру с «Сент-Луисом» смотрит моя мама. Когда я осознал, что произошло, то хотел просто уйти с площадки, чтобы она не видела, как я умру. В подтрибунном помещении я посмотрел на застывшие в ужасе лица окружавших меня ребят. Попросил привести священника и передать маме, что я ее люблю», — рассказывает Маларчук.
Пиццутелли тем временем отчаянно вытаскивал Клинта с того света. Он навалился на его шею всем весом: «Когда захочешь дышать, дай мне знак». Только Маларчук начинал задыхаться, Пиццутелли ослаблял давление — тогда кровь вновь начинала хлестать из раны. Так добрались до больницы.
Маларчуку наложили 300 швов, он потерял треть всей крови. Если бы порез оказался на три миллиметра выше, Клинт бы умер еще на стадионе. Если бы он защищал противоположные от выхода с площадки ворота, его бы просто не успели доставить в больницу. Если бы на арене не оказалось Джима Пиццутелли...
Уже на следующий день хоккеист отправился домой, а через 11 дней вышел на лед, и болельщики устроили ему овацию.
Во время Второй Мировой войны британские спецназовцы из SAS провели операцию «Томбола» в немецком тылу в Италии. В операции также участвовали итальянские партизаны и бежавшие из плена советские солдаты. Их задачей было уничтожению штаба 51-го горного корпуса Вермахта в Альбинее. В результате атаки потери немцев составили до 60 человек, включая начальника штаба корпуса.
Руководитель операции майор Рой Фарран не должен был десантироваться, но нарушил приказ и выпрыгнул с парашютом со своими бойцами. При разборе операции Фарран настаивал на том, что он случайно выпал из самолета.
Шотландский волынщик Дэвид Киркпатрик был десантирован вместе с остальными. Во время ночной атаки звуками волынки он поддерживал атакующих. Цель этого «музыкального сопровождения» состояла в том, чтобы дать немцам знать, что в нападении участвуют только британцы и лишить их повода для репрессий против мирного итальянского населения.
Гениальный Пушкин и вечная формула России: сказка о власти, народе и ресурсе
На первый взгляд, «Сказка о рыбаке и рыбке» — простая история для детей.
Жадная старуха, покорный старик, волшебная золотая рыбка. Но под этой наивной оболочкой — блестящая аллегория. Пушкин, как всегда, видел глубже всех.
Старик — народ
Старик
Терпеливый. Покорный. Невозражающий. Он не хочет ничего, кроме покоя и тёплого корыта. Но — идёт. Снова и снова. Выполняет указания. Говорит с рыбкой. Приносит дары.
Он — воплощение народа, который терпит, даже когда его семь раз посылают туда, куда не хочется.
Старуха — власть
Старуха — это государство.
Сначала просит немного. Потом — больше. Потом — всё. Потом — и даже рыбку, чтобы была на побегушках.
Власть не знает меры, если её не останавливает народ.
Власть хочет не только корыто, но и саму рыбку в рабство.
Рыбка — ресурс
Рыбка молчит. Терпит. Даёт. Но в какой-то момент просто уходит. Без взрыва. Без скандала. Просто исчезает.
Экономика. Природные богатства. Воля внешнего мира. Небесное терпение.
Рыбка — это всё, что работает… пока его не начинают доить бесконечно.
XXI век: та же сказка
Сегодня:
Старик (народ) покорно идёт к избирательным урнам, на митинги, в комментарии.
Старуха (власть) требует больше: сначала рейтинг, потом конституцию, потом "обнуление", потом — «верните империю».
Рыбка (ресурс) — экономика, терпение, нефть, международная стабильность — долго терпит. Но потом уходит.
И вот однажды — ни корыта, ни избы, ни рыбки.
А старуха исчезла, а старик — остался.
Стоит у моря в рваном кафтане и снова молчит.
Гениальность Пушкина: Он не писал про царей. Он писал про систему. Он не обличал — он предсказывал. Он дал формулу: когда народ молчит, власть требует. Когда власть требует слишком много — исчезает рыбка. А потом исчезает и власть. А народ — остаётся.
