Курьёзы

с Папой и я приеду, поставлю.

- А при чем тут Папа? Мы ведь с тобой напрямую договариваемся. Мне-то все равно, а тебе зачем ему отстегивать процент из своих денег? Не понимаю. Унитаз ведь мне нужно ставить в городской квартире, а не тут, так что он вообще ничего об этом не узнает.

Саша стеснительно заулыбался:

- Ну, нет, я так не могу. Папа – это Папа. Давай через него.

- В смысле Папа – это Папа? Ну он ведь не твой Папа! …

…А пока Саня думает что мне на это ответить, вот вам небольшая справка о «Папе»:

Папа – это маленький, пухлый, седой бригадир, под шестьдесят, или может чуть за шестьдесят. Я даже не знаю как его зовут, все называют его только по отчеству – «Андреич» , а за глаза - Папа.

Лет тридцать назад, Андреич собрал из рукастых мужиков, разношерстную строительную бригаду и с тех пор шабашит, то там, то сям. Находит заказы, договаривается, торгуется и присылает на объект своих бойцов, в количестве от одного до шести человек, в зависимости от объекта, сроков и объема работ. Они могут малахитовую ванную комнату для олигарха отгрохать, а могут и коровник в колхозе создать. Сам Андреич ничего руками не делает, только забегает иногда на объект, «грузит» своих бойцов, дает ценные указания и так же неожиданно исчезает в отблесках искр от сварки. Зато в момент расплаты, Андреич всегда тут-как тут. Берет из общей сумы свои железные 25%, остальное делит на бригаду. Андреич всегда ходит в лакированных туфлях, чтобы подчеркнуть, что он начальник и работает только головой, а для солидности подмышкой носит барсетку. В барсетке у него только три вещи: рулетка, карандаш и тряпочка для протирки лаковых штиблет…

Саня отложил плиткорез, выключил лазерный уровень, чтобы не сажать батареки, снял очки и сказал:

- Да, он конечно не мой Папа, но... я тебе лучше расскажу одну маленькую историю: Дело было лет двадцать пять назад, тогда я только начинал работать у Папы. Мы в самом центре Москвы, вроде бы где-то на Остоженке, в каком-то богатом особняке, перекладывали крышу.

Днем и ночью корячились, там и качество и сроки важны были. Деньги тоже за это обещали нормальные. Впритык, но все успели. Убрали за собой, подмели, слезли с крыши, переоделись, стоим на улице, ждем, когда Папа у заказчиков получит расчет. А заказчики оказались «голимые» бандиты. Такие махровые из 90-х, на «Геликах» и «Бэхах».

Короче говоря, решили заказчики нас «кинуть» на все деньги. Мы в сторонке стоим, смотрим как Папа среди них бегает, распинается, что, мол, мы все сделали как договаривались, имейте совесть, заплатите. Мои парни две недели почти не спали, лишь бы в ваши сроки уложиться. У них ведь семьи. Ну вы же обещали. А? Ну, пожалуйста…

Бандиты улыбались, похлопывали Папу по плечу и говорили, что, мол, в том-то и дело, что за такой короткий срок, вы наверняка что-то там нахалтурили и сделали кое-как. Скажите еще спасибо, что вас на бабки не поставили. А если ваша крыша будет по кускам с крыши падать, кто головой ответит? На вид, кстати, выглядит не очень крепко, не сегодня-завтра, вон, желоб оторвется кому-нибудь на голову, что тогда?

Мы стояли в сторонке, слушали все это, обидно было до слез. А что сделаешь? Нихрена не сделаешь.

Тут к бандитам-заказчикам приехали в гости другие бандиты. Гости быстро вникли в происходящее и тоже стали поддакивать, что крыша выглядит как-то ненадежно.

Папа клялся, что мы все сделали по высшему разряду, гарантия сто лет, но те только улыбались:

- Сто лет – это хорошо, но - это только твои пустые слова, которые ничего не стоят.

Папа махнул рукой, постоял немного, помолчал, потом подошел к нам и спросил: - Чердак там открыт?

Да, говорим, открыт.

Ну, говорит, не подведите меня, мужики, я на вас надеюсь.

Отдал нам свою барсетку и как был в кожаной куртке, пошел в дом.

Через минуту он уже вылез из слухового окна на крышу. Аккуратно, чтобы не соскользнуть в своих лакированных штиблетах, спустился к краю, взялся за водосточный желоб и повис на нем над пропастью... А внизу, на минуточку, четыре этажа.

Заказчики увидели, перепугались и заорали чтобы он перестал и скорее залез обратно.

Папа еще чуть-чуть повисел, подрыгался даже и крикнул:

- Ну, что?! Крепко?!

- Да все хорошо! Залезай давай назад!

Папа подтянулся, кое-как вскарабкался обратно на крышу, почти сорвался. Но не сорвался. На карачках дополз до слухового окна и, слава богу, влез обратно на чердак. На обратном пути, пока спускался, посидел пять минут на ступеньках, чтобы руки перестали дрожать и восстановилось дыхание.

Потом вышел, как ни в чем не бывало на улицу и принялся отряхивать брюки от пыли. Заказчики молча отдали все наши деньги и даже премию докинули за скорость и качество.

Ну и как ты думаешь, я, или кто-нибудь из нас, станет «кидать» нашего Папу…?

рога в декабре, и в это время ему необходимо получать питательные вещества из плодов и фруктов, а из-за того, что вокруг сейчас снег, он переживает процесс смены рогов очень болезненно.

А если вы уважаете человеческую науку за её честность, то просто знайте, что: 1) сейчас мы едим селекционные виды пшеницы, которые в ходе этой самой селекции потеряли более 70% питательных веществ, а первоначальная пшеница (однозернянка и двузернянка) сейчас кормится скоту, и это официальная информация; 2) ещё в прошлом веке в чёрных курильщиках были найдены бактерии, которые производят чистую нефть, и это тоже признанный наукой факт с целой кучей опытов; 3) античные колонны и статуи сделаны из смеси мрамора и бетона, причём мрамора там - меньшая доля, статуи полые внутри и установлены на арматуру, чтобы не падали, поэтому о римском бетоне говорить уже нет смысла.

А если вы искренне верите, что человечество раньше всегда было тупым и отсталым, то вспомните те же древнегреческие армированные статуи и то, что ещё в XVIII веке была разработана официальная система по отслеживанию и фиксации комет и астероидов, которые пролетают рядом с нашей планетой, чтобы они не чпокнулись куда не надо.

по своей инициативе уволил двух программистов и обнаружил: производительность труда отдела в целом в результате выросла. То есть восемь человек начали реально делать больше и лучше, чем за неделю или две до того - десять. Просто потому, что двое перестали отвлекать на себя кучу внимания и создавать кучу проблем. Тот случай научил меня никогда больше не брать себе сотрудников, которых привело высокое начальство, и всегда категорически заявлять: я буду работать только с теми, кого сам отсобеседовал и кому дал добро. Ну а первым из подобных "отрицательных" специалистов стал человек, которого я буду называть по отчеству - Алимович.

Главной чертой Алимыча как специалиста были минимальный набор знаний и полная, абсолютная, демонстративная и категорическая необучаемость. Если он, допустим, во времена "Лексикона" выучил, что отступ в начале абзаца делается четырьмя пробелами перед текстом - вы могли хоть в лепёшку расшибиться, рассказывая, что Word уже умеет нормально, и это гораздо лучше. Сколько бы ему ни объясняли, ни растолковывали, ни уговаривали, ни ругались - можете быть уверены, что в начале каждого написанного им абзаца и посейчас найдутся ровно те же четыре пробела. Программист Женя, которому выпало над Алимычем шефствовать, был человеком мягким и деликатным, поэтому в итоге начал каждый вечер оставаться на работе: с девяти до шести он делал свою работу, а после шести, когда Алимыч шёл домой - переделывал то, что натворил его подшефный, так, чтобы это укладывалось в рамки разумного. Кроме того, Алимыч берёг глаза и старался не читать с экрана: всё, что нужно было ему для работы, включая хелпы, документацию и ТЗ, он перед прочтением предварительно распечатывал. Это занимало у него первую половину дня; во вторую же половину он рвал напечатанное на мелкие клочки и выбрасывал в мусорную корзину, объясняя это воспитанной на "серьёзных работах" привычкой к секретности. Вскоре любой звук рвущейся бумаги уже приводил сидевшую рядом с ним программистку Таню в состояние, близкое к истерике. Кроме того, Алимыч так резво гробил весьма недешёвый тонер, что начальство приняло волевое решение: отныне и впредь в принтере будет стоять ухайдоканный Алимычем картридж, печатавший всё более бледно- и бледно- серым. Нормальный же спрятали в сейфе и печатали им нужное, когда Алимыч ходил на обед. Я не буду перечислять взаимоотношения Алимыча с остальными коллегами, ограничусь тем, что никто не хотел сказать о нём доброго слова.

Мне повезло не пересекаться с Алимычем по работе, но не повезло уходить с ним в одно время и уезжать на одном автобусе. Там он присаживался мне на уши и обильно делился жизненным опытом, состоявшим в основном из рассказов, какая дерьмовая штука жизнь и как она всеми способами его била. Наиболее мне запомнились жалобы на то, что во время работы в авиации ему дали охрененно сложную задачу и никак с ней не помогали, а потом уволили, когда он не справился. Вышло так, что за несколько недель до этого рассказа я заходил в гости к знакомой девчонке, студентке-троечнице из МАИ, и курсовая, которую она тогда с блеском сдавала - была практически один в один задача Алимыча.

Возникает закономерный вопрос: кто, как и почему взял такого специалиста на работу. Именно об этом я и хочу рассказать. На самом деле Алимыча брать никто не хотел. После собеседования ему сказали: "Мы Вам позвоним", как и в 99. 9% таких ответов звонить заведомо не собираясь. С другим человеком это бы прошло, но Алимыч, получив такой ответ, не сдался: он начал аккуратно каждый день звонить и спрашивать: вы ещё не решили? Я жду вашего звонка. Точно не решили? Хорошо, я позвоню завтра. И звонил. И завтра, и послезавтра. Пока, наконец, измученный начальник не ляпнул: "Мы готовы предложить вам зарплату в $200" (примечание: стандартная стартовая зарплата студента тогда была $500). Начальник надеялся, что уж это-то его отпугнёт, но Алимович радостно крикнул: "Согласен! " - и фирма обзавелась новым сотрудником.

И вот что я хочу сказать: вежливость - отличная штука. Деликатность - отличная штука. Но если не хотите отныне и навсегда тащить на своём горбу такого Алимыча - научитесь сразу, чётко и однозначно говорить "нет".

интерес к теме колдовства обострился, и в марте 2008 года в прямом эфире сошлись два оппонента: известный индийский тантрик (это колдунщик такой) Пандит Суриндер Шарма и уже знакомый нам индийский рационалист и скептик Санал Эдамаруку.

Тантрик, кстати, непростой: раскручен на всю страну, ведет телешоу, оказывает политикам магические услуги. Классический случай.

Идет эфир, колдунщик, как положено, всячески пиарит свое ремесло, и надо бы ему вовремя остановиться, но чувство меры отказало. Достав слепленного из теста человечка, он затягивает вокруг него петлю и заявляет, что может убить любого за три минуты при помощи черной магии.

«Докажи это. Убей меня здесь и сейчас», – ответил Санал. Это, скорее всего, было полной неожиданностью для тантрика. Когда шарлатаны бросаются такими заявлениями, мало кто решается ответить «убей меня». Это непросто, даже если знаешь, что магия не работает. Мало ли, что они за фокус провернут. И редко кто заявляет, что может убить прямо на месте. Обычно эти проходимцы подстраховываются и говорят о «наложении проклятия».

Вызов был принят. Тантрик начал бормотать свои мантры. Прошло три минуты. Ничего не случилось. Еще три. Санал жив–здоров. Эфир продлевали снова и снова, перекроив сетку вещания; новости о состязании привлекли внимание сотен тысяч зрителей.

Колдун сменил тактику: на Санала полетели брызги воды, а перед носом возник нож. Лично я здесь бы уже напрягся, но, к счастью, ножом маг лишь размахивал. Опять неудача.

Собрав остатки маны, тантрик попытался третий раз: он стал тереть и лохматить голову оппонента, давить на лоб, накрывать ладонью глаза Санала и сдавливать ему виски. Тантрик давил на виски все сильнее и сильнее, и тут уже его оппонент вынужден был заметить, что убивать договаривались, все–таки, магией, а не раздавливанием черепа.

Через два часа было объявлено поражение колдунщика, в ответ тот заявил, что оппонента «защищало какое–то сильное божество, которому тот, очевидно, поклонялся». Санал, улыбаясь, заявил, что он атеист (напомню, что атеизм – это отсутствие веры в каких–либо богов).

Тогда маг заявил, что для таких сложных случаев у него есть особая, никогда не подводящая магия, но применить ее можно только ночью. Коготок увяз – всей птичке пропасть. Магу предложили ночной эфир.

Его смотрели уже сотни миллионов индийцев. Испытание проходило под открытым небом. Тантрик с двумя помощниками разжег огонь. Санал лишь улыбался, а тантрик стал описывать его участь. В течение первых двух минут должно было наступить помешательство, а еще через минуту – последовать дикая боль, последний крик и смерть.

Санал не воспользовался последним шансом, а только рассмеялся, и тантрик начал свое колдунство. Он бормотал свои мантры, издавал разные звуки, произносил какие–то странные слова все быстрее и быстрее. В огонь летели волшебные порошки, пламя меняло цвет (трюк, знакомый каждому, у кого в детстве был набор «Юный химик»), что–то затрещало, появился белый дым.

Продолжая произносить заклинания, колдунщик подошел к Саналу и стал его трогать. Тут уже пришлось вмешаться ведущему, ведь договаривались действовать магией, не прикасаясь к оппоненту.

Замечу, что опасность была вполне реальна. Существуют яды, которые могут поступить в организм через кожу и вызвать довольно быструю смерть от паралича дыхательной мускулатуры.

Шло время, звучали мантры, сыпались порошки, а скептик все не умирал.

Тогда колдунщик написал имя оппонента на бумаге, разорвал записку на мелкие кусочки, кинул их в сосуд с маслом и отправил все это в огонь. Ничего не случилось. В ход пошли перья, горчичные зерна и брызги воды. Снова ничего.

Тут уже известный тантрик, ведущий телешоу и друг политиков, решил прибегнуть к своему самому страшному оружию: пшеничному тесту. Он мял его, посыпал своими порошками и снова мял, затем попросил Санала дотронуться, что тот и сделал. Несчастное тесто было проткнуто гвоздями, разрезано ножом и брошено в огонь.

Ничего не случилось. Тесто жарилось, время шло, Санал Эдамаруку не умирал.

Наконец, время истекло, и в прямом эфире на всю Индию было объявлено о победе Санала Эдамаруку, президента Индийской ассоциации рационалистов, над самым раскрученным индийским магом. «Омм, блин–блин–блин, ахалай–махалай! »