Курьёзы

Ему было 90 лет. В настоящее время он был полностью здоров, а вот зимой частенько прибаливал. Дед был уверен, что своему здоровью летом он обязан именно этому послеобеденному сну на открытом воздухе. Коттедж стоял на отшибе поселка и на веранду задувал свежий воздух с полей с запахом разнотравья, который очень нравился деду. Коттедж принадлежал сыну деда, на тот момент с женой был на работе в Москве. Бабка деда была в городе в квартире, проходила курс лечения и приезжала только на выходные.

Кроме деда в коттедже была внучка Лидочка шести лет, умненькая девочка, не доставлявшая хлопот деду. Нужно было только в обед накормить ее, дальше она занималась своими делами.

Со стороны поля к коттеджу приближались три великовозрастных балбеса с ближайшей деревни. В карманах у них были ножи, а у одного в руках бейсбольная бита. С легкостью преодолев забор, они зашли на веранду и увидели деда.

- Слышь, дед, где у тебя тут деньги? - вежливо обратился к деду один из них.

- Ой, кто это? - спросонья не понял дед.

- Ты че, слепой, что ли? - так же вежливо сказал второй.

- Дык, сынки, десять лет уже ничего не вижу, - отвечал дед.

- Давай вставай, показывай где бабки у вас, - поддержал беседу третий.

Медленно, трясясь как от немочи, дед сполз с дивана, схватил кстати валявшуюся рядом бабкину палку и сделал несколько шагов, ощупывая пространство перед собой, как это делают слепые. Глаза деда были открыты и не двигались.

- [м]ля, он реально слепой! - воскликнул первый.

- Че, дед, еще в доме кто есть? - спросил он же.

- Лидочка! - воскликнул неожиданно дед, - Выходи! Тут врачи пришли тебе уколы делать!

- Че орешь-то! Ща битой огрею!

- Вы ж сами просили, чтобы я ее позвал, сейчас выйдет, очень врачей любит, - спокойно отвечал дед, обеими руками оперевшись на палку и смотря пустыми глазами в пространство перед собой.

- Слышь, Лысый, иди, притарань ее сюда, - приказал первый.

Лысый ушел.

- Слышь, дед, я тя порешу, если бабок не будет, - пригрозил первый, видимо, являвшийся вожаком.

- Может сыну позвонить, сказать, что деньги нужны, - предложил дед.

- Пархатый, иди мобилу найди, заодно ее и отожмем, гы-гы, - вожак оказался юмористом.

- Нет девки нигде! - это вернулся Лысый.

- Может в магазин пошла? - флегматично предположил дед.

- Во! Мобила! Фигня, бабушкофон. Давай звони, - вернулся Пархатый.

Дед нащупал мобилу, и нажал единицу, куда его сын забил свой номер. Незаметно уменьшил звук до минимума.

- Сергей! Это папа! Слушай! Мне нужна крупная сумма, тут друг приехал на такси, хотим в Москву съездить. Конечно, наличными. Ну, не знаю, тысяч двадцать? Где лежит? А хорошо? Ну ладно! Да, ничего, мне Лидочка поможет, - дед положил трубку.

- Ну че? - поинтересовался вожак.

- Да, в подвале, трехлитровая банка с деньгами, сказал оттуда взять. Метр от угла.

- Погнали дед в подвал. Хватай его, - приказал вожак. Дед не сопротивлялся.

Лысый с Пархатым подхватили деда как пушинку и, немного порыскав по коттеджу, нашли дверь в подвал. Там было светло, чисто, стояли тренажеры, никаких банок не было.

- Че, дед, наколоть нас хочешь? - спросил вожак.

- Там еще один подпол есть, где соления стоят, - глядя перед собой в пространство невидящим взглядом ответил дед.

Поиски заняли еще три минуты. Вожак был уверен в успехе и чуть не закричал от радости, когда дверь нашлась.

Деда бросили на пол. Лысый с Пархатым кинулись внутрь и стали бить все банки подряд. Вожак стоял у двери и смотрел внутрь, дед ему был уже не интересен.

Возможно, он так и не понял, что случилось, как какая-то сила толкнула его в в спину и он улетел подвальчик.

Дед оперативно запер дверь на засов и неожиданно для своего возраста навалился на один из тренажеров и перетащил его на дверь. Изнутри раздавались удары и жуткий мат. Деду обещали все кары небесные.

Дед поднялся на веранду, по пути заперев тренажерный подвал. Взял брошенный телефон и набрал телефон полицию. Кратко обрисовав ситуацию, положил трубку и набрал сына:

- Алексей! Все нормально! Они обезврежены!

Из трубки неслось:

- Папа! Я уже в пути, уходи оттуда, папа! Не рискуй собой!

Но он никуда не ушел. Когда через пять минут подъехал патруль ППС, дед сидел на на том же диване и наслаждался криками из подвала и папиросой. Когда паковали балбесов в наручниках, вожак, увидев спокойно сидящего и смотрящего уверенным сверлящим взглядом на него, начал не замолкая: "Дед, [м]лять! Дед, [м]лять! Дед, [м]лять! "

Потом приехал сын, администрация поселка, жена сына, только девочка Лидочка, очень боящаяся врачей и уколов, сидела в старом холодильнике на чердаке и не хотела выходить, пока весь это шум не уляжется.

Балбесам дали на полную катушку за разбойное нападение, совершенное в составе группы. А как иначе?

Через один коттедж находился коттедж судьи, ведущей это дело. А у ней в это время дома были два несовершеннолетних ребенка, да и престиж поселка принижать нельзя.

А что дед, он прошел всю войну, служил в СМЕРШе, потом в МГБ, потом в КГБ, с развалом страны ушел на пенсию. Ему, видимо, не впервой проводить такие операции.

знакомство шапочное, но в целом производит очень приятное впечатление. Однажды мне принесли посылку и курьер ее отдал соседу, у нас так иногда делают, район спокойный, а вечером я зашла за посылкой и увидела странную черно-белую фотографию на стене. По центру мой сосед в компании 20 или 25 бабушек лет этак 100 на фоне полной разрухи, какой-то постапокалиптический пейзаж, похоже на второсортный фильм про конец света. Спросила, что за фото, далее пишу с его слов.

24 августа 2016 года произошло крупное землетрясение в центральной Италии, городом-символом этого землетрясения сразу стал Аматриче (тот, который подарил миру спагетти аль аматричана). Справедливости ради отмечу, что и другие города и деревни пострадали не меньше. Август- месяц отпусков в Италии, мой сосед был в отпуске, но дома, а не где-то в отъезде. Решил ехать добровольцем, там лишние руки не помешают. Зашел к другу за советом. А друг, владлец ресторанчика, предложил ехать вместе. Загрузили машину одеялами, мешками с мукой и макаронами и поехали. Я пропущу детали, как они добирались и что увидели на месте, вы сами легко найдете фото в интернете. Я была в тех краях в 2021 году через 5 лет после землетрясения и слезы наворачивались на глаза. В Аматриче в тот момент уже было много организованных спасателей и добровольцев со всей Италии, поэтому после короткого опроса решили определить двоих друзей в повара, их разделили и перенаправили в ближайшие поселки помогать кормить палаточный лагерь. Это было жутко, была боль, были слезы, был страх, была усталость, но никто не думал о ней. Радовались каждому спасенному человеку и молились, чтобы их было как можно больше. Рыдали дети, женщины и мужчины, на стариков было жалко смотреть, они все как-будто умерли внутри. Стариков и детей старались обеспечить раскладушкой и одеялом, на большее в этой ситуации нельзя было рассчитывать.

Я не знаю, дошел он своим умом или кто-то посоветовал, но мой сосед пошел к плачущим старушкам и с улыбкой на лице максимально спокойным голосом спросил: «Бабушки, может кто-то из вас знает рецепт спагетти аль аматричана, меня тут поваром назначили, я сам не местный, а спасателей кормить надо, вон уже сутки работают не покладая рук. Может кто-то поможет? ». Сразу отмечу, что рецепт этот в Италии знают все старше 5 лет, абсолютно невозможно, что кто-то его не знает. Это был просто способ завязать диалог. Онемевшие бабушки немного ожили и сразу начали предлагать помощь. Все, с этого дня он выбирал самые трудоемкие и сложные блюда и вместе с бабушками лепил равиоли размером с копейку, раскатывал вручную тесто и нарезал вручную тальятелле шириной в 4 мм, делал фарш ножом и чуть ли не фаршированных рябчиков без костей. Иногда бабушки немного ругались на тему, как резать лук, дольками или колечками и сколько ложек сыра надо на килограм фарша. Он всегда выступал в качестве арбитра, успокаивал обе стороны выбирал «средний вариант», чтоб всем без обид. Иногда одна из бабушек пускала слезу и начинала плакать, что все пропало и тогда мой сосед брал ситуацию в свои руки и говорил: «Баба Маня, ты посмотри на себя, руки-ноги целы, хоть какая-то кровать есть, вон уже первые контенеры привезли, скоро будет и крыша над головой, нельзя тебе плакать, давай лучше работать, нам надо 50 пожарников накормить, люди со всего мира приехали и местные ждут, что ты не посрамишь честь Аматриче». Примерно так изо дня в день, сценарий повторялся, но он осваивал с бабушками местные и не только рецепты. На мой глупый вопрос, что неужели не было генератора и электромясорубки, он посмотрел на меня, как на ущербную. Конечно же все было. Была нормальная полевая кухня со столами и техникой, привезли генераторы и холодильники для продуктов. Все местные магазины принесли в общий котел свои остатки (в тех краях очень много колбас и ветчины), министерство по чрезвычайным ситуациям организовало подвоз воды и полуфабрикатов. Все было и он один справился бы быстрее, чем с помощью своего клуба «кому за 80», просто это было «трудотерапией» для бабушек. Этакая отдушина и кусок нормальной жизни. К слову, его друг работал именно на такой кухне с 2-3 коллегами-добровольцами и они кормили сотни, если не тысячи людей.

Я не уточняла, сколько именно он провел времени в Аматриче, наверное около месяца, за этот месяц он решил уволиться с работы, а потом пошел к другу в ресторан в помощники, сказал, что действительно всегда мечтал работать в ресторане.

А бабушки смогли хоть на время отвлечься от свалившегося на их плечи горя и заняться любимым делом.

в схватку и выиграл её.

Произошло это во время финансового кризиса 1998 года. В конце июля этого года Борис Ельцин торжественно пообещал лечь на рельсы, если в стране произойдёт дефолт, а уже через несколько дней после этого обещания дефолт был объявлен. Я думаю, что на рельсы Ельцин всё-таки тихонько лёг где-нибудь в укромном месте, например на своём огороде в Барвихе. Просто этого никто не видел. Руководители же российских банков не захотели ложиться ни на рельсы, ни на какое либо еще дорожное покрытие. По бедности своей, убогости и сиротству они просто отказались выплачивать деньги трудящимся. И однажды утром Юра, как и многие наши сограждане, получил официальное уведомление от нескольких банков, в которых лежали его доллары.

Все они были приблизительно одного содержания и выглядели так: «Уважаемый господин Липский! К сожалению, наш банк не сможет вернуть Вам Ваши деньги в ближайшее время. Но обязуется вернуть их в полном объёме через пять лет в рублях по курсу ММВБ на текущий момент. Всего наилучшего. С уважением. Управляющий банком».

Большинство людей, получив в этот момент такие письма, тяжело вздохнули и попрощались с деньгами. Только не Юра.

Не долго думая, он напечатал ответные письма, зеркально повторявшие банковские депеши с той только разницей, что обращены они было к управляющему банком, а внизу стояла подпись господина Липского.

Выглядели они так: «Уважаемый господин управляющий! К сожалению, я не смогу вернуть Вам Ваши деньги в ближайшее время. Но обязуюсь вернуть их в полном объёме через пять лет в рублях по курсу ММВБ на текущий момент. Всего наилучшего. С уважением. Юрий Липский».

Что за абсурд, подумал каждый управляющий банком – мы ему должны, а не он нам. Наверное, какой-то ненормальный. Много нам всякого пишут.

Но Юра знал, что делал. В этот день он улетал в Ганновер, а оттуда – в Сан-Марино (сразу после этого предстояли поездки в Египет, Коста-Рику, Кипр и Испанию). Сидя в самолёте компании Люфтганза (для поездок на этот раз Юра выбрал только западные компании), он попросил стюардессу принести ему несколько пар водолазных часов Citizen, представленных в каталоге Duty-free. На вопрос о форме оплаты широко улыбаясь протянул кредитную карту уважаемого российского банка. Общая стоимость покупки составила приблизительно 2000 долларов. Карту в самолёте не проверяли, поскольку для этого требуется телефонный дозвон. Деньги у Юры на счету были, и закона он не нарушал, а то, что банк отказывался выдавать ему наличные – это другой вопрос.

Налетав за несколько дней десятки тысяч километров и накупив водолазных часов приблизительно на сумму банковского долга, Юра решил немного превысить её, так, самую малость, для возмещения морального ущерба. Моральный ущерб он оценил в пару тысяч долларов. Можно было оценить и выше, но Юра не хотел дразнить гусей. А кто знает нравы этих банковских работников? Придумают ещё какую-нибудь гадость.

С точки зрения закона вопрос был кристально ясен и на первый же возмущённый звонок из банка по поводу возврата денег, Юра ласково и доходчиво объяснил, что деньги он обязательно вернёт, всё до копейки, через пять лет, в рублях по курсу ММВБ на текущий момент.

– Неужели Вы не получали моего письма, оно ведь было послано с уведомлением о вручении и заверено у нотариуса? Поищите в Ваших бумагах. Но не волнуйтесь, копии у меня есть. Если же произошла какая-то ошибка, то я готов с удовольствием встретиться с Вами в суде.

Ситуация для банка была абсолютно патовая. Какой там суд? Сами написали, что денег не вернут, да ещё и подпись поставили. Что же они могут требовать теперь от Юры? Кроме скандала и ещё одного позора добиться ничего не удастся. Разве что возмещения перерасходованных Юрой двух тысяч, которые они смогут получать только в виде алиментов непонятно какого размера, поскольку по документам Юра, вероятнее всего, числился безработным. И управляющие нескольких банков вынуждены были дружно поверить Юриному обещанию. А именно, через пять лет, в рублях по курсу ММВБ и т. д. и т. п.

Юра провел эту операцию в основном, из любви к искусству. Он не бедствовал и эти деньги не были для него большими. Купленные по банковской карте часы он продал в Интернете, а несколько экземпляров подарил друзьям.

Его часы Citizen, подаренные мне, до сих пор лежат у меня на столе, в память о том, как умный человек может выиграть сеанс одновременной игры у нескольких крупных мерзавцев сразу, причём, играючи и с улыбкой на лице.

отправили в столовую. Обычный сарай с печкой, длинный стол, огромный видак для желающих, но главное – ПОВАР!

Паша был обычного роста и телосложения, с лысой угловатой головой, которую, судя по внешнему виду, переехал танк, предварительно покрутившись на ней. Первое впечатление, как потом выяснилось, было почти правильным, только это был бульдозер. Вспоминать про тот случай Паша не любил, поэтому деталей не знаю. Он был представлен нам как Бог кастрюль и сковородок, а мы ему – как заблудшие геологи, которые вот-вот двинут копыта с голоду (это было не совсем правда, но мы в предвкушении малодушно смолчали). Паша метнул на стол свежеиспеченного им хлеба, налил чаю и сказал, что сейчас только разогреет. Хлеб имел такой аромат, что мы даже ножи достать не успели – он был разломан и сожран молниеносно. Я ничего круче раньше не ел и сравнить мне его не с чем, могу сказать только одно – это был хлеб из пекарни с горы Олимп, Зевс всю жизнь мог питаться только им. Но когда Паша пришел и поставил на стол большой казан с пловом – мы обалдели! Я ел плов с таджиками и узбеками, в разных местах и условиях, но даже у них на родине он не имел столь совершенный запах и вид! Про вкус я умолчу, потому что это было на порядок круче хлеба! Правда, Паша сказал, что в плове не баранина, на мясо пошел медведь, который их трое суток накануне терроризировал, но я уверен, что Паша такой же плов приготовит без напряга из любых мышей и кузнечиков. После того, как мы обожрались, Паша разговорился, видя, как мы наслаждаемся результатами его несомненного таланта. Он поведал, что после тесного контакта с бульдозером он не мог больше полноценно работать на золоте, но так как жизнь старателя затягивает, остался кашеварить.

Буквально через год в нем открылся талант Повара от Бога и артели начали соревноваться между собой в обещаниях ему золотых гор, только бы он у них работал. Отработав 9-10 месяцев и получив заработанное, он уматывал в отпуск, но проводил его весьма своеобразно – колесил по всему свету, изучая кухни народов мира, а потом оттачивал рецепты на желудках работяг в следующем сезоне. Он объездил пол-Европы, был в Мексике и Южной Америке, шарахался где-то по Северной Африке, а последние три года перемещался по Средней Азии. Там он освоил то ли 68, то ли 78 видов плова (точно не запомнил), и, практически не повторяясь, кормил артель этими пловами, начиная с марта. Да, завхозу пришлось поизвращаться, чтобы добыть все заказанное Пашей перед началом работ, но усилия должны были оправдаться. Он долго нам рассказывал, чем отличаются виды плова, технологии приготовления и многое другое, но моя оперативная память заполнилась уже после второго рецепта, и я просто тихо восхищался человеком, нашедшим себя. Это было очень необычно – в таких едренях, куда мы около недели продирались на вездеходе и дважды на нем чуть не утонули, встретить человека, на фоне которого Чужой выглядел Аполлоном, но при этом с ярко горевшей искрой таланта и мировоззрением планетарного масштаба.

На следующий день мы ушли с утра в маршрут, вернулись около 2 часов ночи, а утром нам надо уезжать дальше. Еле продрав глаза, мы успели к завтраку. Впервые мы увидели почти всех артельщиков вместе, за исключением двоих, еще не вернувшихся с ночной смены. Паша выставил на стол огромный казан, в котором был какой-то залихватский плов, произнес его название на каком-то тюркском наречии и отошел в сторону, изучая реакцию поедальщиков шедевра для своих будущих мемуаров. Мы в восхищении глядели на это красновато-золотистое чудо, ожидая, пока начальник артели первым не наложит руку на половник. И совершенно неожиданно для нас прозвучали слова здоровенного мужика, который заглянул в казан и с непередаваемой тоской сказал:

- Паша, с@ка ты такая, ну когда же ты сделаешь нам обычную гречку с тушенкой?! Ну сколько можно давиться этим твоим пловом? ? Паша, гречку давай! ! Или я тебя еще раз бульдозером перееду! !

Мы замерли. По лицам работяг я понял, что они в целом поддерживают выступившего. Паша внимательно посмотрел на позволившего себе сказать что-то против его кулинарии и спокойно ответил:

- По плану плов временно закончится через три дня, потом будет перерыв на гречку с тушенкой. Уже не долго осталось, Колян, потерпи!

Мужики радостно загомонили, и кто-то из них сразу закричал:

- Паша, давай начнем с гречки номер 3!

- Нет, Паша, давай с гречки номер 8!

Под эту торговлю будущим меню мы поели талантливого плова с непроизносимым тюркским названием и собрались уходить. Прощаясь со всеми я тихо спросил Пашу:

- А что это за гречки номер 3 и 8?

Паша улыбнулся:

- У меня бабка из-под Рязани, она знает 17 вариантов приготовления гречки, а я нашел еще 7 вариантов. Поэтому не хотят пловы – будут есть разнообразные гречи с тушенкой!

- А почему нельзя чередовать пловы и гречку?

- Можно, чередую. Есть картофельные блюда, макаронные, чечевица и многие другие. Просто этот сволочной медведь часть бочек с продуктами в реку скинул и у нас сейчас осталось немного риса и немеряно гречки, а когда следующий подвоз будет – пока неясно. Вот и пришлось меню однообразить!

Мы ушли вездеходом дальше в горы, и я долго вспоминал, сколько блюд я могу приготовить из гречки. Больше двух не получалось – гречка с тушенкой и гречка без тушенки. А тут – 24! Есть над чем задуматься…

10 утра прибытие, в 13. 00 интервью, в 17. 00 назад в Москву. Ну, состоялось интервью, душевно поцапался Георгий с господином президентом насчёт эстонских войск во время войны, и едет себе вечером назад, аки зайчик.

Заходит в купе пограничник. Всех проверил, а на Георгии застрял. Смотрит в паспорт ледяным нордическим взором - смотрит на Георгия. Снова паспорт - снова на Георгия. И так, без преувеличения, раз десять. Георгий в целом весьма равнодушный и по[фиг]иcтичный мальчик, но тут уж проняло даже его.

- Что-то случилось?

- (с характерным эстонским акцентом) Нетт, ниччего.

- А в чём дело?

- Вы въеххали в Эстоннию сегодняа в десятть утра, ферно?

- Да, верно.

- А уесшаете в этот же тень, в пятть феччера, ферно?

- Собственно, да.

Пограничник замолкает. На его лице отражается сложная гамма чувств. Ощущение, что внутри лица стража границы кто-то ползает, и он борется с самим собой. Георгий озверел.

- Какие-то проблемы? - спросил он уже повышенным тоном.

- Нетт, никкаких, - сообщил эстонский пограничник, возвращая паспорт. - Проссто вы как-то оччень быстро переммещаеттесь.

Занавес.

(с) Zотов

медбратом в реанимации- где напились все медсёстры и все врачи- кроме одного врача, которого я зауважал и считаю примером долга и совести... А сказал- то он всего одну фразу:

"Миша, мы же не бросим больных на произвол. . "

И мы бились за них спина к спине, все в мыле- два одиноких воина на ораву тяжелобольных, не потеряли ни одного- сделали все назначения, он помогал разводить антибиотики- сотни маленьких педиатрических доз, присланных по ошибке во взрослую реанимацию с гигантскими дозами внутривенных антибиотиков для септических больных...

Выстояли, под утро кончилось чистое бельё- я содрал занавески между больными, разрезали и перестелили всех в чистое. С тех пор мы сильно уважали друг друга- и я перестал уважать некоторых коллег, забывших долг, навсегда.

Однако самый памятный для меня Новый Год-помню до сих пор, много лет спустя-я встречал со своими одноклассниками, в спальном районе пригорода. К этому времени мы дружили уже много лет, прошли ЛОТОС, КВН, подсказывали друг другу, обменивались сочинениями за чертежи, уже и романтические отношения заводились.

Девочки наготовили вкусности, мальчики- шампанское.

Проводили старый, встретили Новый и загрустили с чего- то.

И тут Вальке и пришла мысль- он заводила был, все эти годы- а давайте ходить по соседям, песни петь и поздравлять людей, типа-колядовать?

Сказано- сделано, Валька с Янсиком были совсем недурные гитаристы, люди мы были спетые многими годами самодеятельности и КВНов, большая коробка шоколадных конфет у нас была, пошли...

Пятиэтажка, лежачий небоскрёб, соседний подъезд - и начали!

Звонили в двери, представлялись- узнавали как зовут соседей и пели им величальные, угощали детей шоколадом, поздравляли с Новым Годом...

Господи, как нам были рады! !

Вместо того , чтобы уставиться в телевизор-живое общение , шутки, смех, гитаристы стараются, песни , импровизации . .

И к столу нас приглашали и на лестничной клетке танцевали и обнимали и бабушки нас целовали, гостинцы возьмите с собой. .

А потом дверь открыл поэт, пригласил за стол и налил в хрустальные бокалы водку, подняли за Новый Год- и он начал читать стихи, свои, чужие, прилично читал, кстати, по памяти.

Дальнейшее братание я помню хуже, помню только чувство счастья и праздника, единения таких разных людей. . " Сбитень варим"- гениально придумал Жванецкий- вот такое чувство было.

А уже хорошо под утро мы услышали Бони М и помчались их посмотреть у нашего телевизора.

Сели на пару минут и заснули, конечно же...

Много лет минуло, мальчики стали дедушками, девочки- бабушками.

А я тот Новый Год помню как вчера, рад, что он у меня был. .

Желаю всем встретить наступающий Новый Год так, чтобы вам он запомнился на всю жизнь!