2001 год. Я впервые поехал за границу один.
Так получилось.
Раньше все как-то со взрослыми (читай – знающими английский язык), а тут один, причем в «серьезную заграницу», с тремя пересадками - в Панаму на целых два месяца. Вся съемочная группа уже там, а я вот один добирался.
курс английского.
Если до этого я знал только «хэндэ хох», то теперь выучил такие важные слова как «гейт» и «флай». Вроде больше и не нужно.
Прилетел в город-герой Амстердам.
Мой чемодан тут как рыба в воде, сам с пересадкой разберется, а я вот, не уверен...
В руках у меня журнал «За рулем», в кармане паспорт с билетом, хорошо, что до моего самолета через океан еще целых 12 часов, так что есть время тупить.
Хожу туплю, ищу «гейт» от своего «флая», повсюду огромные информационные табло, но пока вчитаешься, так все буквы перебегают куда-то. Бесит реально!
Но вот вроде бы понял куда мне и когда, расслабился и гулял по магазинам.
Промучился часов девять, а еще целых три.
Вокруг миллионы людей со всего света, а я чувствовал себя как в камере одиночке, ведь за целый день не услышал ни одного живого слова и сам никому не сказал даже «Хэндэ Хох», и вот, чтоб не сойти окончательно с ума, я решил вслух разговаривать с самим собой. Но, будучи хитрым парнем, стал не говорить, а петь, иначе могли «свинтить» как умалишенного, а так веселый нездешний парень просто поет свои заморские песни.
Например, на мелодию «а я играю на гармошке», я пел:
Как такое случилось, что мой «гейт» изменилось,
Был 15, а стал 22... ?
И все в таком духе. Это реально помогало разобраться что к чему с
«гейтами», ну и веселило слегка.
Зашел в туалет, вообще создалось впечатление, что туалетов там больше чем людей - как не войдешь всегда один. Идеальная чистота, если и есть мухи, то их не много и все нарисованные...
Мою руки, пою свою нехитрую чукотско-информационную песню, и тут входит довольный такой [мав]р. В строгом костюме, коренастый, встал рядом и ну давай намыливать свои светлые ладошки.
Но как-то у него выходило неаккуратно, то и дело брызгал вокруг своей пеной, частенько попадая и в меня.
Я отодвинулся подальше, но спел:
Вот уродский, блин урод.
Этот [мав]р мыло льет...
Прямо с@ка на меня,
Что же это за фигня... ?
Я собрался, было уйти, но подпрыгнул от неожиданного крика...
[мав]р дико орал таращив на меня глазки.
Вначале я ничего не понял, но потом до меня дошло: каждое второе его слово было – «Нигер! »
А ведь – это он услышал из моей нехитрой песенки... я как-то не сообразил, что «негр» - на всех языках-«негр», вот и встрял в международный, межрасовый конфликт...
Тем временем, злобный [мав]р мыльной рукой уже схватил меня за карман джинсов, продолжая орать. Даже журнал «За рулем» вывалился на пол.
Я извинялся как умел:
- Айм сори сэр, айм маст гоу, бикоз май флай улетит из моего гейта.
Мистер, я был неправ и больше так не буду...
[мав]р наорался, отпустил мои штаны и на прощанье оттолкнул меня мыльной пятерней за лицо...
В моей голове проскочила мысль: ну подумаешь толкнул, ну не убил же. . ?
Ну чего я буду с ним связываться, все же не в России. . ? Да ну его урода на фиг, тем более, что я его первый оскорбил...
Но параллельно с этими мыслями, мой организм рефлекторно и абсолютно автономно от меня, выбросил правый прямой в голову (все же двадцать лет бокса и в туалете не спрячешь... ) Удар пришелся четко в подбородок и по тому, как повалился [мав]р, я понял, что это глубокий нокаут (от удара он упал не назад, а вперед на меня, это явный признак... ) А-А-А-А-А!!!
(Подумал я). Ну почему я не дружу со своей такой рассудительной головой! ! ? Боже мой, куда я влез! ! ?
Нужно было валить, но тут в туалет вошел старичок и стал перепугано спрашивать: «Кэ паса? » - мол что случилось, почему на полу лежит [мав]р без признаков жизни?
Я фальшиво ответил: «Нихт вер штейн», мол сам в шоке, и выскочил из туалета.
Подо мной загорелся линолеум.
Убить я его, конечно, не убил, но ляпнуться мордой с высоты своего роста на кафельный пол... это же может случиться что угодно...
Отбежав подальше, издали увидел как из туалета выглянул старик и давай горланить, его заметил высоченный полицейский с открытой пистолетной кобурой на боку.
Дальше смотреть уже не хотелось, пора было подаваться в бега.
До моего рейса целых три часа – это много, очень много... не пересижу.
В голове созрел план.
Мусорников там не было, и я свою джинсовую куртку аккуратно оставил около шмоток арабской семьи живущей видимо прямо на полу.
Бегом побежал в магазин, купил: бейсболку, жвачку, голландскую газету, сувенирную палку для старичков, очки с простыми стеклами, маникюрный набор с зеркальцем и рыжего пучеглазого паучка сшитого из норковой шкурки.
Закрылся с этими припасами в кабинке туалета и через пять минут вышел с рыжими усами, по форме как у Гитлера (тут уж на какие хватило меха), все вокруг пялились на меня, но имидж менять было поздно...
Сел возле своего дальнего «гейта» с нетерпением ожидая посадки на
Гуякиль.
Проползли самые длинные два часа моей жизни, вроде бы все тихо. Надежда свалить от голландской тюрьмы за океан становилась все более реальной.
Вдруг вижу к нашей толпе идут трое: двое полицейских и с ними мой старый друг с пятнами крови на белой рубашке, а на голове чалма из бинта...
Я ощутил себя героем повести «Вий», сейчас подведут ко мне [мав]ра и он скажет: «Поднимите мне веки!!! »
Даже вспомнить жутко.
Притворился спящим.
Не видел, но чувствовал, как безумно долго сканировал меня Вий... Сердце перестало биться.
Но уж очень я был не похож: куртки нет, бейсболка есть, очки, палочка, по газете вроде бы голландец и главное - эти нечеловеческие рыжие усы…
Вий с полицейскими медленно и неохотно отправился к себе обратно в ад.
Я осторожно начал дышать.
Кстати, никто не интересовался, что такое счастье... ?
Как же хорошо лететь через океан, когда ты вырвался из лап Вия!!!
Единственное неудобство, которое за время полета усугублялось и под конец привело меня в бешенство мешая жить, это мои рыжие щекотные усы.
В самолете сдирать их было поздно, я ведь с ними уже не слабо засветился, и если в Америке месяц назад упали башни-близнецы, то человека летящего со съемными усами, в те же места, уж точно бы не поняли...
