Второй месяц из крана течёт холодная вода цвета детской неожиданности. Хотя иногда бывает , просто идёт ржавая. Так что , накипело. В городе предприятие (пусть оно будет "Водоканал"), которое поставляет воду питьевую, находится в частных руках (по закону предприятия жизнеобеспечения не могут быть переданы в частную собственность, а у нас - пожалуйста).
В прошлом году собственными глазами видел две бумаги, заверенные главным санитаром города нашенского. Одна гласит о том, что питьевая вода, предоставляемая населению, является не просто водой, а водой из святого источника, и она настолько чистая и полезная, что ею лечиться можно. Вторая же бумага выдана предприятию, которое предоставляет горячую воду для населения, в которой было категорически запрещено брать воду от "Водоканала" в связи с тем, что вода, предоставленная ими, не отвечает никаким нормам вообще и не может считаться даже технической водой.
Оба документа подписаны одним должностным лицом, в один и тот же день. Так что, приглашаем испить наше любимое Правительство нашенской святой, целебной водички, которую нельзя использовать для горячего водоснабжения в связи с нарушениями санитарных норм.
С уважением, чешущий третий хобот слева, седьмой рукой, из второго ряда, справа.
Работал я после окончания интернатуры в одном селении городского типа, которое было одновременно районным центром,но представляло собой большое село, для женской половины которого, врач гинеколог - молодой мужик было в своем роде хуже фашистской окупации и большевистской коллективизации.На меня навесили к тому же детскую и подростковую
В США не так легко найти не занятую другими нишу в бизнесе, особенно если ты недавний иммигрант. Вчера я познакомился с человеком, которому это удалось. Он автожестянщик, но ремонтирует исключительно машины, побитые градом. Обычно такие машины обдирают, выравнивают капоты и крыши и красят заново. Стоит это тысяч 5-7 долларов. Основную часть платит страховка,
Давид научился исправлять вмятины от градин, не повреждая краску. Страховке это обходится вдвое дешевле, с клиента он не берет ничего и даже может сделать ему небольшой подарок. Он мониторит новости в интернете и если видит, что в каком-то районе США прошел сильный град, то берет чемодан с инструментом, летит туда, арендует какой-нибудь сарай на пересечении больших дорог и приступает к работе. Чтобы весь год жить безбедно, ему надо отремонтировать порядка 40 машин за сезон.
При такой бизнес-модели самое сложное – найти в незнакомом месте этих 40 клиентов. Огромная вывеска над сараем, объявления в местных газетах и интернете, плата за раздачу его визиток в людных местах помогают, но не всегда. Дальше рассказываю со слов самого Давида.
«Лет пять назад выдался мертвый сезон, за всю весну и лето ни одного порядочного града. Наконец в середине августа прошел один в глубинке Техаса. Прилетаю. Кругом прерия, от моего сарая до ближайшего супермаркета полтора часа езды. Народ суровый, чужих не любит, газет не читает, в интернет тем более не ходит. Сижу день, два, три – ни одного клиента. Наконец один залетный появился. Я его машину вылизал сверху донизу, его самого тоже. В воскресенье утром он заехал за машиной, я говорю: давай отметим ремонт в хорошем ресторане, я угощаю. Он:
– Не могу, мне в церковь надо.
Я тогда даю ему 500 долларов и говорю:
– Пожертвуй на церковь от моего имени.
Вечером он приезжает: тебя хочет видеть пастор. Я говорю: я не могу в церковь ехать, я еврей. На самом деле не хочу из мастерской отлучаться. На другой день приезжает сам пастор:
– Вы сделали благое дело, на ваши деньги мы накормим несколько голодных семей. Как вас отблагодарить? Могу написать ваше имя на скамейке в церкви, или посадить в вашу честь дерево, или упомянуть вас в проповеди.
Я говорю:
– Вот в проповеди – это хорошо, это годится. Только, пожалуйста, не просто скажите «какой-то Давид», а «Давид, который работает на таком-то перекрестке и чинит машины, побитые градом».
Пастор:
– Так вы ремонтируете машины после града? Вас нам послало само небо. Проклятый град прошел как раз во время воскресной службы, пострадали все машины, которые стояли около церкви. Обязательно расскажу о вас всем прихожанам.
Через день у меня было уже 37 клиентов. Я делал их машины еще полтора месяца и потом целый год горя не знал. »
В 70-80-е «газелей» не было, и вместо них по всей области летали Ан-2 на 12 пассажирских мест. График движения был как у автобусов. Кто не видел – этакая этажерка. Окраска обычно желто-зеленая, однотонная. Скорость максимальная 150 км/ч. Билет на перелет на 300 км. стоил 2 руб. 50 коп.
В салоне для пассажиров – две лавки вдоль бортов.
В феврале летит рейс из городка, расположенного за 350 км. от облцентра.
Загрузка полная. Дверь в салон открыта. Пилоты одеты в зимние теплые комбинезоны (с квадратными клапанами впереди и сзади) и летные ватные куртки. Первый пилот (весом килограмм 110-120) перед вылетом съел в столовой что-то не то, и ему совсем плохо. Терпеть уже не может, а до посадки пилить не меньше 2 часов. Он говорит второму пилоту взять управление самолетом на себя. Захлопывает дверь в салон. Закатывает куртку под мышки. Расстегивает задний клапан. Садится на корточки на лесенке (чуть ниже второго пилота). Левой рукой держится за кресло над головой, правой рукой приставляет к заднице санитарный авиационный пакет (предназначенный для тошнотиков) и начинает избавляться от некачественной пищи.
Ан-2 – самолет, который прямо не летает и все ухабы в воздухе – его. На очередной воздушной яме самолет тряхнуло, и дверь в салон медленно и тихо открылась. У пассажиров перед глазами выше голов картина – куча скомканной форменной одежды, из которой торчат большая волосатая задница и рука с полным пакетом. Народ давай ржать. Первый пилот – ноль внимания. Второй пилот оборачивается на смех и видит пассажиров, падающих с лавок от смеха. Правой рукой держит штурвал, наклоняется влево и левой рукой хлопает первого по плечу. Тот поднимает голову.
Второй пальцем показывает назад. Первый, не меняя позы, поворачивается назад, видит свидетелей своего позора. Встает на ноги, с матами захлопывает дверь. Заворачивает пакет. Открывает форточку в лобовом стекле и выбрасывает пакет на улицу. Затем приводит одежду в порядок и садится в кресло.
Через 2 часа прилетают домой. Сели. Первый пилот говорит второму «выпусти пассажиров» (по инструкции – обязанность первого пилота).
Второй пилот выходит в салон, открывает двери, устанавливает на улицу стремянку. Поднимает глаза и видит – около крыла стоит «пазик», приехавший за пассажирами. Водитель и стюардесса лежат на двигателе и с выпученными глазами и открытыми ртами смотрят на самолет. Второй пилот вышел на улицу, повернулся и видит: от кабины до хвоста по всему борту идет коричневая полоса шириной сантиметров 30 (встречным воздушными потоком пакет размазало по обшивке).
Когда пассажиров увезли, второй пилот вернулся в кабину. Первый сидит в кресле, нахохлившись, и спрашивает «ну как там? ». Второй ему: «Ты, засранец. Пойди посмотри. Засрал весь самолет до самого хвоста».
Пришлось первому пилоты брать у техников ведро бензина, лестницу, и до вечера под хохот всего авиаотряда отмывать с борта свои отходы, принявшие на морозе и на встречном ветру твердость, близкую к твердости алмаза.
Пиратству бой!
Читал на досуге в газете как наша доблестная украинская милиция борется с пиратами. Ну, не с теми, что на море, а с теми, что в компьютере. Решили, значит, милицейские чины одной из областей извести «на нет» в своей вотчине использование в компьютерах предприятий, фирм и организаций нелицензионного програмного обеспечения, то бишь пиратского. Обзавелись они необходимыми для этого дела ресурсами и начали масштабную проверку.
Проверка шла успешно, штрафы уже начали потихоньку пополнять карманы ревизоров, но недолго музыка играла… Программист одной из компаний выявил и предал всеобщей огласке, что законопослушные борцы в погонах …сами использовали нелицензионный софт для выявления пиратских программ! Круг замкнулся. Так успешно стартовавший проект, как этого ни хотелось «зачинщикам», пришлось скоропостижно свернуть. До лучших времен.
Дело было в СА. Специалистов как всегда не хватало и солдаты занимались кто что приблизительно умеет. Ремонтировали котельную. За электрика был доблестный дембель из необъятных лесов Вологодчины. Стою я, комвзвода и зам. по тылу, наблюдаем. Доморощенный электрик что-то замкнул и его начало "колбасить" от удара тока. Тут зам. по тылу орет молодому-салаге кочегару, родом из необъятных степей Украины, - "давай его жердью отрывай". Кто знаком с ТБ знает что от проводов с напряжением длинной палкой от источника тока отделяют. Но парень с Украины понимал ТБ по своему. Со всего маха он махнул доблестного дембеля по хребту. И чудо, он отлетел от проводов. Мы его в санчасть. Доктор его в чувство привел, а тот спрашивает - чё енто было? А мы говорим что мол током его шарахнуло. А он - "странно, по рукам шарахнуло, но так блин спина болит странно!
ЧУДЕСНОЕ ИСЦЕЛЕНИЕ
Интересное дело слушается в одном из московских судов. Пенсионер Иван Ильич С. намерен развестись со своей молодой женой Машей, хотя фактически обязан ей жизнью. Он бы так и умер в одиночестве от неизлечимой болезни, если бы не она: будучи добровольной активисткой Общества милосердия, ухаживала за стариком - варила, стирала, делала инъекции.
Правда, у Маши не было московской прописки, и, чтобы не остаться без опеки, Иван Ильич оформил ее пребывание в квартире в виде законного с ним брака.
Став законной хозяйкой, Машенька перестала его кормить, а когда через неделю обнаружила, что супруг еще жив, назвала козлом и в нецензурных выражениях пожелала ему скорейшего перехода в лучший мир.
И тогда Иван Ильич решил, что умрет только после нее!
Он регулярно делает зарядку, бегает кросс, посещает плавательный бассейн и тренажерный зал, питается по кембриджской методике, и вообще - выглядит молодцом.
Так активистка Общества милосердия сумела поставить на ноги умирающего больного старика.
Мы тогда жили в маминой однокомнатной квартире. Воскресенье, зима, начинало смеркаться. Укладывая маленького сына спать после обеда, сама задремала рядом. На втором диване в углу, полуприкрытый дверью, спит муж. Звонок в дверь, спросонья бегу мимо мужа открывать с мыслью*Это Вовка из гаража вернулся*. За дверью неизвестный с сумкой и в спортивной шапочке спрашивает , можно ли пройти. Я, ничего не понимая, посторонилась, давая пройти. Незнакомец тут же разулся и бодро пошел в комнату с ботинками в руках. Я, по-прежнему ничего не понимая, мимо мужа и сына, за ним. Он, уверенной рукой открыв балконную дверь, сунул мне свою сумку, сказал *Держи*. Только когда он начал перелезать на соседний балкон, я поняла, что это мужик из соседнего подъезда, вероятно, потерявший ключи. Он привычно перемахнул через перила, попросил свою сумку и скрылся в квартире. Мой ревнивый муж так и не проснулся, иначе было бы сложно объяснить, кто это только что исчез с балкона в сумерках.
Рассказывают, что когда в 1967 году советский кинорежиссер Наум Борисович Бирман заканчивал на киностудии «Ленфильм» съёмку своего первого фильма «Хроника пикирующего бомбардировщика», он вряд ли думал, что его детищу суждено стать легендой.
И сейчас, почти шестьдесят лет спустя, фильм смотрится великолепно, на одном дыхании.
- Наум Борисыч! — обратился Киселёв к молодому режиссеру. - Всё здорово... вот только понимаете, как бы вам объяснить, мы снимаем хороший, важный, патриотический фильм. Наши герои - отличные ребята, интеллигенты вынужденные взять оружие для защиты родины и настоящие герои. Ну зачем ты так жестоко с ними? Зачем ты их в финале убиваешь? Я предлагаю другую концовку. Представь себе: последний бой, наш экипаж против десяти нацистских фокеров. У парней кончились боеприпасы, горючее на исходе. Их подбивают, бомбардировщик горит, падает вниз. Но в последний момент наши ребята выпрыгивают используя парашюты. Ведь у них есть парашюты? Ну вот! Они медленно летят под белыми куполами, садятся на лесную полянку. Тишина, лес, земляника, как будто нет войны. Они достают махорку, скручивают самокрутку, раскуривают её, передают друг другу. Играет музыка, камера отъезжает. Конец фильма. Как тебе?
Бирман Наум Борисович
- Понимаете, мы их убиваем не потому, что не любим, — поправив очки в роговой оправе вежливо ответил директору Бирман. - Всё как раз наоборот. Они погибают, потому что они такие прекрасные, талантливые, добрые и веселые ребята. Они вроде как созданы для жизни. Именно такие часто гибли на войне первыми. В этом - главная мысль фильма, его сила.
- Понял, не дурак! — говорит Илья Николаевич. - Тогда предлагаю компромисс: пусть спасется хотя бы один. Например Серега Архипцев, самый из них положительный, взрослый, тот что командир! Самолет горит, идет вниз, в последний момент Серега выпрыгивает и выживает! Нравится?
- Так не бывает, — снова без тени раздражения объясняет Бирман. - Он же командир, а командир оставляет боевую машину последним.
- Тогда пусть спасется балагур, которого играет Олег Даль, — настаивает директор. -Самый веселый и обаятельный! Тоже будет неплохо! Согласен?
- Он не может спастись, - помотал головой режиссёр.
- Да почему?
- Он стрелок-радист. И находится в отдельном отсеке. У него нет люка. Если самолет подбит, всё, считайте он - смертник.
- Понял, не дурак! Кто у них там третий?
- Третий? Третий Веня Гуревич. Еврей. Музыкант.
Киселёв который конечно читал газеты и слушал новости прекрасно знал о сложностях международной обстановки, знал о разразившейся на Ближнем Востоке Шестидневной войне и конфликте Советского Союза с Израилем.
Нервно пройдясь туда-сюда по кабинету мимо молодого режиссёра, он резко разрубил ладонью воздух приняв тяжёлое решение: - Ладно, черт с тобой! Раз так хочешь пусть гибнут все!
- Ладно, черт с тобой! Раз так хочешь пусть гибнут все!
Дядя Леша работал на автобазе с незапамятных времянъ, с прошлого тысячелетия точно. Мастер золотые руки - на своем токарном станке, а подчас увесистой кувалдой мог придать любой железяке из своих сусеков именно ту форму, при которой она правильно вставлялась взамен поломанной, в любой самодвижущийся механизм.
Секрет его был прост:
Но годы шли, память его сделалась некрепка, а техника слишком мудреной. Ушел наконец на пенсию, иногда возвращался по вызову за сдельную плату, или заезжал порыться в своих кладовых для ремонта односельчанам. Домик его ремонтный стоял в сторонке и никому особо не мешал, но ветшал со временем и на фоне новеньких погрузочных терминалов вид являл безобразный. Однажды руководство автобазы решило его снести под застройку, дяде Леше дали неделю вывезти оттуда что ему нужно по хозяйству, в помощь выделили бригаду грузчиков.
Мастер ответил, что заедет в последний день и наберет полный багажник из главной своей кладовки, а бригада пока может вынести из подсобных помещений всё остальное, чтобы ему легче было ориентироваться, не забыл ли чего еще.
Бригада с утра приступила к выносу. В обеденный перерыв домик решил навестить генеральный директор и обомлел - со всех прилегающих сторон высились горы чудного металлолома - из него торчали рамы доисторических велосипедов, рессоры неведомых тяжелогрузов, фрагмент крыла и цельный пропеллер какого-то аэроплана. Обломки несущих конструкций ракет и торпед. В целом вектор мысли Мастера-собирателя прослеживался чётко - ему нравились дюралюминий, нержавейка в целом, титан и чистая медь. Особо ценил разнообразие форм, точильность и ковкость.
Гендиректор изумленно спросил:
- Как это всё вместилось в его кладовку?!
- Да мы к ней только подступаемся! Прилегающие коридоры и подсобки разгребли чуток. Щас он приедет, объяснит что ему нужно.
Припылил наконец сам Леша. Глянув на горы своего барахла, впал в светлейший дзен. Побродил задумчиво и махнул рукой:
- Мне уже больше ничего не нужно! Я не Плюшкин!
Развернулся и гордо уехал с пустым багажником.
Гендиректор сунулся внутрь и долго оттуда не вылазил. Вынырнув наружу, коротко распорядился:
- Весь свободный персонал базы сюда, вплоть до охранников! Пусть каждый заберет себе что хочет, по принципу "Кто первый встал, того и тапочки!" Принявшим активное участие в разгребе - премия! К вечеру подать пару самосвалов!
Показал личный пример - выволок из подсобки тяжеленную штуковину и удалился по своим делам, унеся трофей - красный нос какой-то ракеты.
Профилактика
В детстве (отрочестве) я жил в маленьком далеком городке, это были конец 90-х, начало 00-х. Чтобы примерно понимать: жизнь в городке отставала примерно лет на 10 от московского региона и прочих центральных областей. То есть когда в Москве уже все эти бандитские истории заканчивались и все бандиты перешли в бизнес/политику,
Но однажды в летние каникулы попал в тогда еще милицию. Ничего серьезного, просто мелкое хулиганство. И повезло мне встретить хорошего милиционера. Он был спокоен, как танк, общался со мной очень вежливо и, как будто, понимал меня. Этим, конечно, психологически поставил себя на мою сторону, фактически поставив меня на свою. Не помню, что конкретно он говорил, и как до этого дошло, но в какой-то момент он предложил показать мне камеру. Разумеется, я согласился, интересно же посмотреть, где я рано или поздно окажусь и проведу часть своей жизни!
Это была одиночка. Там не было никаких задержанных, никто мне не рассказывал ни о чем, меня просто запустили внутрь камеры, а милиционер этот стоял снаружи, даже дверь не закрывал. Я стоял внутри этой камеры: чертовски грязная; вонь такая, что не описать словами. Размер 1*3 метра. Пол метра ширины занимала шконка (железный прямоугольник с двумя старыми досками на нем, но вообще-то можно было бы положить 3 или даже 4 доски, но наверное одну сломали, а кто туда будет ставить третью? Так и стояла с двумя полугнилыми). Сразу за ней дырка в полу для понятных целей. Стены, пол, потолок - все черного цвета. Окошко 20*20 см примерно, не мытое никогда, да еще и за двумя рядами решеток, то есть света почти нет. Электрического света тоже нет, только из коридора, если открыть дверь. Я к темноте привыкал пару минут только.
На следующий год все лето я работал подсобным рабочим и дико радовался пусть небольшим, но честно заработанным деньгам. Сменил окружение. Да и вообще взгляд на жизнь сильно изменился.
Дело было в те далёкие застойные времена, когда первокурсников, коим бы грызть гранит науки, на месячишко отправляли куда-нть в колхозец, дабы оказать родной стране посильную помощь в деле ритуального сбора овщей и фруктов.
Где было - не помню, но, видимо, в каком-то из киевских вузов. Собрались, значит, детишки, скомпоновались по автобусам
Приехали, разгрузились, двинули на работу. А собирать-то им выпало БАКЛАЖАНЫ. Дело нехитрое - нажимай да дуй посильней :-) Одна из бригад (а было их там с десяток) собрала за день цельный грузовик товару. Но так вышло, что собрались в ней о-о-ох какие шутники. Целых три... И вот их, под покровом ночной темноты, будучи в состоянии весьма далёком от трезвого, посетила МЫСЛЬ, да какая!..
...
Ночь прошла (как сон пустой :-). Дети спят сладким сном, а в управлении колхоза тем временем назревает буря. Она проносится под окнами почивающих и влетает в домик для преподавателей. Входит председатель и иже с ним. Будят народ. Председатель, красный как рак, спрашивает: "Кто из вас руководит 2-ой группой?" Сонный и злой выползает профессор философии и истории, приколист и любимец детишек, говорит: "Ну, положим, я..." На что слышит "мать-перемать" и предложение прогуляться к гружёной баклажанами машине.
Пошли. По дороге делегация обросла несколькими десятками преподавателей и колхозников, да и детишки пробудились. Дошли. Открыли кузов.
И председатель молвит профессору: "Вы токо, мол, посмотрите, что эти говнюки с овощами сделали!.." Тот берёт в руки первый попавшийся баклажан и обнаруживает аккуратно вырезанное на нём ножом слово "Х.." :-) Он берёт ещё один - та же история... Ещё и ещё... Ага, щас... ОНИ В МАШИНЕ ВСЕ ТАКИЕ!..
А теперь апофеоз кульминации апогея - председатель спрашивает профессора: "Ну и как Вы можете это нам всем объяснить?!" На что, после непродолжительной паузы, в абсолютной тишине, получает ответ: "МОЖЕТ, ЭТО СОРТ ТАКОЙ?.." Председатель открывает рот да так и замирает...
Все в полном ауте... %-)))
З.Ы. Профессору по-приезду вкатали строгий выговор, а детишки и далее были от него просто без ума.
Прелестная мраморная «Венера, снимающая сандалию», которая сейчас украшает один из залов Русского музея, была создана замечательным скульптором Иваном Петровичем Витали в 1852 году. Моделью послужила жена скульптора - и каждый изгиб тела мраморной богини дышит любовью. «Венера» признана одним из лучших творений
У этой истории счастливый конец: почти через сорок лет появилась возможность отреставрировать найденную скульптуру, и – о чудо! – оказалось, что это авторская бронзовая копия! Блестяще проведённая реставрация – и бронзовая Венера на прежнем месте во дворце Лейхтенбергских опять снимает свою сандалию и никак не может её снять…
Включил телек. Там вовсю рекламируют сериал "Чернобыль". Наверное, очередная муть, смотреть не буду. Но - кое-что вспомнилось...
Три впечатления о моем Чернобыле.
1. Мы работаем вахтами. Две недели - на ЧАЭС, две - отдых. Зарплаты - 5 номинальных. Кормят - на убой. Сортир исписан, как рейхстаг. Приветы, пожелания и подъебки
2. Местных, которые жили в Припяти, иногда пускают в город, забрать вещи. Я правдами и неправдами упрашиваю бригадира взять и меня. Однако, на самом последнем посту меня рассекречивают, и в Припять не пускают. Жду возле автобуса. Наблюдаю в реальности макксиму "кому война - а кому. . ". Всех возвращающихся проверяют на заражение. Если доза превышена, то вещи приходится оставлять. В основном, зараженными оказываются шубы, хорошая электроника и дорогие сервизы. Один мужик пытается убедить прожженых козлов с дозиметрами, что его магнитола всегда была запакована в полиэтилен, и заражения быть не может. Не убеждает. Тогда с визгом "подавитесь, пе[тух]ы! " ломает свою бандуру о бордюр. А мужик, с которым я приехал, возвращается налегке. Говорит, что когда вошел в свою квартиру, сел в кухне на табурет, закурил, повспоминал свою жизнь, и заплакал. И ничего больше не смог сделать. А когда мы едем назад, он заторможенно бубнит: "суки, суки, суки... "
3. Возвращаюсь с вахты поездом. Один из попутчиков в купе - пьяненький пацан, угощающий всех пивом. Он протащил с собой три ящика и расположен кутить. Всем он охотно объясняет, что отслужил, и едет домой. А самое главное, что в армию забрали его в мае, а сейчас ноябрь - и он свободен. Его документы ходят по рукам. Я тоже смотрю на справку. Там говорится, что он принимал участие ликвидации, получил дозу в 5 зивертов, и комиссован домой. Я помню бедных солдатиков в свинцовых фартуках, которые грузили лопатами радиоактивный мусор с ОРУ. Дешевенький дозиметр был только у летехи, прятавшегося в здании. По всем прикидкам, этот пацан схватил с полусотню рентген, и его тупо отправили, чтобы не портить статистику. Через пару недель у него начнутся омертвения тканей, а месяцев через восемь - хреновая смерть. .. . Я благодарю его за пиво, и стараюсь веселиться вместе с ним...
Один мой друг во времена заката СССР эмигрировал на Запад. Я поинтересовался причиной отъезда (хотя для меня она была очевидной, но все же спросил, на всякий случай) Однако последовал ответ, которого я не ожидал:
- Ты знаешь, старик, я просто боюсь. Я бояться устал.
Все последующие годы мы поддерживали связь: дела у него шли отлично - работал парамедиком, а потом и вовсе стал врачом в одной из успешных и богатых стран Запада. Часто бывал в России (мы выпивали, ага: ) Радовался, видя как в лучшую сторону постепенно меняется жизнь у нас. Ну а когда случился майдан, Крым и Донбасс в 2014г. , занял пророссийскую позицию, рассказывал мне как старается вести разъяснительную работу среди местных: так , мол, и так, чтобы понять природу всех событий, надо отматывать историю на тысячу лет назад и т. п.
Ну и буквально вчера я ему позвонил по видеосвязи на воцап: поговорили о погоде, о здоровье, о детях. Когда я спросил его мнение о понятных событиях в мире, он потупил взор, съежился, помолчал и ответил:
- Дружище, давай не будем на эту тему. .
- Отчего же? - поинтересовался я. - Ты знаешь, старик, я просто боюсь. .
- Ты знаешь, старик, я просто боюсь. .
