-
Помню, когда деревья были маленькими, а Quake вышел только первый, будущие программеры вместо того, чтобы учиться, часами гоняли по сетке deathmatch в лабе. И вот однажды препод по объектно-ориентированному программированию, расстроившись отсутствием людей на своей лекции, пошел в лабораторию... И вместо "всех завалю" сообщил любителям FPS, что внутри Quake есть объектный язык Quake C и встроенный компилятор, и пообещал показать, как сделать самонаводящуюся ракету, реалистичную модель огнемета и джетпак. "Играть - удел юзеров, творить - привилегия программистов! ". С тех пор у мужика на лекции был аншлаг, вместо унылых интернет-магазинов мы пилили коммуницирующих ботов, самонаводящиеся пушки, оптимизирующие расход патронов, модель горения стенок и прочее. Естественно, с разделением консернов, компонентизацией, автотестами и т. п. Собственно играть в игру стало не интересно... Только теперь, проработав без малого 20 лет в индустрии и заколебавшись с юниорами по самое не могу, я понимаю, насколько гениален был этот препод.
Все знают, что в дипломной работе читают только три раздела: введение, заключение и библиографию. И вот закончил однажды мехмат Харьковского универа мальчик-отличник. Защитился на ура, а сам диплом не отправили в печки на преподских дачах, а оставили на кафедре в назидание другим студентам - типа образец, так он все красиво оформил.
И вот однажды приехала в универ какая-то большая комиссия из Киева.
Ну им этот диплом и показали вместе с восторженной рецензией - вот типа наша гордость.
А министерские чиновники возьми да почитай целиком (не иначе от не хрен делать). Ну и читают: введение, первая глава пошла. Все хорошо, красиво, наукообразно... На первых трех страницах. А на четвертой полстраницы и далее: "А на... я я все это пишу? Один х... никто эту х.. ню читать не будет". А далее страниц 500... рецептов из поваренной книги - вплоть до библиографии и заключения, где опять все как положено.
Семеро московских студентов в советскую эпоху отправились на летнюю практику в дружественную Грузию. Остановились в частном секторе - в доме с большим приусадебным участком, наглухо отгороженным от улицы и шатким штакетником - от соседнего участка. Сумма, которую они заплатили за постой, просто померкла перед кавказским гостеприимством.
Пока вели поросёнка, он очаровал всю компанию своей жизнерадостностью.
Он даже вставал на задние лапы, копыта то есть, за морковкой. Хозяйка подарку обрадовалась и вручила самому бойкому студенту длинный нож.
Сказала просто - "колите".
К тому времени студенты уже понимали, что главное для джигита - не дать усомниться, что ты мужчина. Они потащили поросёнка к широченному пню во дворе, специально для этой цели предназначенному. Только поросёнок был больно уж здоров. После продолжительного совещания его уложили плашмя на пень и плотно ухватили всеми руками - по одному студенту на каждую ногу поросёнка, пятый самый здоровый за спину, шестой за голову. Седьмой, тот самый бойкий, с трудом протиснулся в кольцо окружения, криво улыбнулся и занёс нож, метя в сердце.
В этот момент поросёнок рванулся и заорал, как будто его уже резали.
Звук этот очень похож на взлетающий авиалайнер для того идиота, который решил это послушать в упор. Парень чуть не выронил свой нож, но собрался, задрал его высоко над головой и стремительно опустил с ухарским по его мнению воплем. Наверно, пытаясь заглушить несчастного поросёнка. Соседи подумали, что режут уже двух поросят. Нож пошёл как-то косо, по сложной траектории. При взгляде на зажмуренную физиономию убийцы остальные шестеро студентов инстинктивно завопили и отдёрнули руки. Нож глубоко вошёл в пень и зазвенел. Поросёнок с поцарапанным ребром совершил гигантский прыжок и стал стремительно уменьшаться в размерах.
Дальнейшее напоминало жёсткий футбол нашего времени. Поросёнок метался между ополоумевшими игроками и сшибал их по очереди в грязь могучим ударом пятака в опорную ногу, после чего атаковал следующего. Он то удирал, то нападал из каждого укрытия. Хозяйка на крыльце, зажав уши, с любопытством смотрела, как семеро москвичей ловят одного поросёнка.
Ну или он их. Наконец свин разогнался до космической скорости и протаранил штакетник, после чего принялся носиться по соседнему двору, круша всё на своём пути. На шум выглянула соседка. Оценила ситуацию, исчезла и вернулась со своим ножом за спиной. Она стала с поросёнком ласково разговаривать на грузинском языке. Через пару минут успокоенный поросёнок, уткнувшись в соседку, затих. Но вовремя заметил предательский блеск ножа. Вырвался и ринулся в пролом обратно к студентам. Сломило их то, что к ним он бросился приветливо хрюкая...
Через пару дней на перроне московского вокзала высадилась группа очень заспанных парней с чёрной дрессированной декоративной свиньёй редчайшей породы на поводке. Ну или так во всяком случае студенты объяснили проводнице, чтобы их вообще пустили на поезд. Свинья всё ещё недоверчиво озиралась, но в обшем вела себя тихо.
Затеянный перед отъездом фокус превращения обезумевшего поросёнка в редкостную свинью оказался непрост. Сначала его накормили любимой морковкой до безобразия, ещё не подозревая, как им аукнется это потом в дороге. Умело вставленные в морковку снотворные таблетки он почти все умудрился выплюнуть, но от пойла с ними немножко закемарил. Его отдраили до блеска в четырнадцать рук и принялись красить. Сначала медленно облили густой акварелью, в которой растворили все цвета красок сразу. В результате планировался ровный чёрно-бурый тон с таинственными отливами. Но акварель пристала к коже плохо. Поросёнок нагло просвечивал сквозь неё и ухмылялся во сне. Суммарный цвет экзотической акварельной породы получился омерзительный. Кто-то злобно предложил выкрасить его, как забор, масляной краской. Если успеет высохнуть, конечно - до отхода поезда оставался час. На звуки истерического смеха всей компании поросёнок проснулся и уже через минуту вымазался снова, нарезая круги от студентов. Кончилось тем, что все осатанели, разложили его вшестером на том самом пне, под тот же невыносимый визг, а седьмой, самый бойкий, с ватой в ушах упорно раскрашивал проклятую тварь кисточкой с чёрной тушью. Кстати, он до сих пор вегетарианец...
Тигра290
Все рязанские студенческие общежития в 80-х годах прошлого века делились на мужские и женские. Все, кроме общаг сельхозинститута. Там студенты и студентки жили вперемешку, уж такая была политика партии и правительства - пары молодых специалистов на селе приветствовались, особенно, если он инженер, а она бухгалтер.
В одном из общежитий межкомнатные стены были очень тонкие, около 7 сантиметров. Блок электрических розеток под внутреннюю проводку был в каждой стене в сквозной дырке на обе стороны, только провода к ним проложить забыли...
Розетки эти легко вынимались.
В андроповские времена в этой общаге появилось какое-то антисоветское "произведение" Солженицына, напечатанное на машинке. Читали его все, передавая друг дружке, но кто-то всё же заложил в КГБ.
Опербригады с обыском прибыла ночью, когда студенты все спали. Два мордоворота стояли у двери комнаты, два кгб-шника преретряхивали весь немудрёный студенческий скарб. Бригад было 10, по 2 на этаж.
Шум, гам. Не нашли НИЧЕГО. Свёрнутая в трубку распечатка передавалась из комнаты в комнату через дырки от вынутых розеток.
Правда, в одной комнате нашли здоровый американский флаг, который лежал на полу вместо коврика. Его даже не отобрали, так как ребята там жили с 5 курса, которые пояснили молодым операм: - Так мыж его грязными ногами топчем...
- Так мыж его грязными ногами топчем...
Однажды летом, когда я после третьего курса института подрабатывал экспедитором в магазине стройматериалов, послали нас с водилой на «УАЗике» в командировку. Приехали мы в небольшой уральский городок, точнее даже в посёлок в пригороде, где я должен был сдать накопившийся у нас брак и получить новый товар в производственно-коммерческой
А так как я тогда учился по специальности менеджмент и горел перманентным желанием повсюду применять полученные знания, то, сдав бракованную мастику и выписав новую, я зашел к Григорию в кабинет и начал приставать к нему с различными вопросами. В частности, поинтересовался, растёт ли процент брака, и какая система контроля качества используется при производстве, германская или японская?
- Растёт – озабоченно подтвердил мне Григорий - особенно после праздников… и по понедельникам, когда эти сволочи синюшные - махнул он в сторону цеха - от пьянки отходят… а насчёт системы контроля даже не знаю, в чём разница-то?
Радуясь возможности поумничать, я авторитетно ему растолковал, что у немцев при конвейерном производстве всё построено на взаимном стукачестве друг на друга, японцы же вообще не ищут виноватого, а стараются решить проблему брака все вместе.
Григорий всё это с интересом выслушал, после чего спросил:
- А вы, кстати, как, много брака в этот раз привезли?
- Полный прицеп – ответил я – почти сорок вёдер.
- Сколько, сколько? – Григорий даже вскочил со стула - Сорок?! Ну-ка, пошли! – решительно кивнул он мне – сейчас увидишь контроль качества.
Войдя в цех, Григорий сходу выдернул из кучи с браком ведро с мастикой, и в два шага догнав какого-то случайно проходившего мимо работягу, с размаху заехал ему этим ведром в ухо. Тот камнем рухнул на землю, а Григорий стремительно направился в сторону конвейера, где, словно Илья Муромец палицей, принялся методично раздавать удары ведром направо и налево, щедро сопровождая всё происходившее матом.
Картина, надо сказать, была довольно кошмарная, кому-то из работяг прилетело в голову, кому-то досталось по спине, а некоторым он ещё успевал добавить с ноги. Окучить он так успел человек пять или шесть, после чего я в ужасе повис на нём, умоляя прекратить эту бойню. Благодаря этой задержке все остальные пролетарии успели, словно суслики в пшеницу, забиться в какие-то подходящие укрытия. Григорий слегка успокоился и, пообещав напоследок каждому из присутствующих в случае появления нового брака леденящие воображение эротические кары, швырнул прочь ведро с мастикой и вышел из цеха.
Замечу, что до сентября, пока снова не началась моя учёба в институте, никакого брака в их продукции больше выявлено не было. © robertyumen
© robertyumen
Ко мне в урологию поступила с коликой женщина на последнем месяце беременности. Естественно, сразу вызвал гинеколога. На консультацию с группой студентов пришел доцент Василий Иванович, не Чапаев, Либман его фамилия, тот еще анекдотчик. Вообще, коллектив у нас интернациональный, и в этом плане часто прикалываемся, например, шеф из гнойной хирургии все время забывает фамилию патологоанатома Исфирь Абрамовны, а она, раскатисто так грассируя, напоминает: "Петрррова, а ваша фамилия вроде-бы Якобзон или Кобзон, не помню?". "Ну, уж фиг вам, Исфирь Абрамовна, Яковенко мы, из хохлов". Ну это так, между делом.
Василий Иванович со студентами начали выслушивать сердцебиение плода, а гинекологи до сих пор пользуются деревянными стетоскопами (трубка такая для выслушивания), я, честно говоря, ни черта через них не слышу. Первый студент приложился к стетоскопу и сосредоточенно так, увлеченно слушает. Диалог с Василием Ивановичем:
- Слышишь что-нибудь?
- Слышу.
- Что?
- Собака где-то лает. Все, естественно, полегли, а ведь парнишка так старался.
Все, естественно, полегли, а ведь парнишка так старался.
Пишу курсак, третьи сутки толком не сплю, сижу на кофе и всякой быстрорастворимой и быстросжирательной еде. Внимание рассредоточено, мир сузился до монитора.
И тут откуда-то сбоку яркая вспышка света! Звук как будто по мне стреляет дроид из звездных войн, или в комнату телепортировался терминатор из будущего! Ослепший, я падаю со стула в попытки уклониться, ползу под стол, все бумаги, тетради, клавиатура заливаются горячим кофе.
Слышу из укрытия голос брата - "Ох[рен]еть. .. " Оказывается он просто фотоаппарат со вспышкой проверил.
Оказывается он просто фотоаппарат со вспышкой проверил.
Эта история случилась давно, когда мы ещё были студентами. Обычно занятие строилось так: преподаватель задавал несколько вопросов по пройденной теме, потом, морщась, словно от зубной боли, выслушивал тот бред, что ему несли студенты, потом честно пытался что-то нам втолковать, а потом вся группа топала в отделение. Поскольку теория теорией,
Дмитрий (назовём его так) давно стал постоянным обитателем областной психбольницы. Галлюцинации и бред, что некогда цвели пышно, ярко и буйно, с годами выцвели, уступив место монотонной апатии дефекта, и от всего богатства симптомов остался лишь один. Стук в... ммм... пятой точке. Просто стук. И всё. Но постоянный. И никакие лекарства — старые, новоизобретённые ли — не в силах были его заглушить.
Положа руку на сердце, не так уж этот стук Дмитрию и мешал. А со временем даже стал предметом его гордости. Брендом, можно сказать. Особенно когда его стали регулярно показывать студентам — мол, вот вам живой пример резидуальной симптоматики. Живой пример расправлял плечи, смотрел с хитрецой, охотно отвечал — да, мол, стучит. Да, постоянно стучит. Как? Да очень просто: «тук-тук». Вот такой вот в жопе стук. Девчата-студентки краснели, смущаясь, парни прыскали в кулак, Дмитрий загадочно улыбался — в общем, все получали удовольствие.
Темой занятия, после которого нашей группе показали Дмитрия, были галлюцинации. Истинные и псевдогаллюцинации. Как их различить? Очень просто, сказал преподаватель. Вот, скажем, слуховые. Если вы, товарищи студенты, слышите, как вас кто-то называет козлом, и источник оскорблений, по ощущениям, находится где-то во внешней среде, но на самом деле отсутствует, как объект (а то мало ли, вдруг кто-то и в самом деле открыл вам неприглядную правду, но постеснялся показаться на глаза) — это истинные слуховые галлюцинации. Если же козлом вас назвали внутри вашей же головы, но так отчётливо, будто вслух — то, скорее всего, это не голос совести и не вопль самокритики, а слуховые псевдогаллюцинации.
А потом группа отправилась в отделение, расспрашивать Дмитрия. Что беспокоит? Ну, не то чтобы беспокоит — просто присутствует. В жопе стук. Слышится или ощущается? Слышится. «Тук-тук». Да, постоянно. «Тук-тук» - будто кто-то стучит. Ага, как в дверь.
И тут одна наша тихоня-отличница, невинно хлопая глазками, задала вопрос. В полном соответствии с темой занятия.
- Скажите, Дмитрий, а этот стук в вашей... - она покраснела, но собралась с силами и продолжила: - Так вот, этот стук, он откуда?
- Что значит «откуда»? - не понял Дмитрий. - Я не знаю, откуда он взялся.
- Нет-нет, вы не так поняли, - торопливо добавила студентка и снова покраснела, - Я хотела спросить: стучат к вам ИЗНУТРИ или СНАРУЖИ?
Дмитрий так загрузился этим вопросом, что не заметил, как группа, красная уже поголовно, утирая слёзы, тихо ретировалась из отделения.
- Надо же! - изо всех сил стараясь сохранить каменное лицо, промолвил преподаватель. - Такой невинный вопрос, но с каким подтекстом! Я вас поздравляю, девушка. Вы никогда не задумывались о карьере психотерапевта?
У нас в институте был доцент с фамилией Семикобыла. На первой лекции в семестре, при представлении себя новым слушателям, он начинал так: - Есть смешные фамилии, например, Восьмиконь или Шестилошадь, а у меня вполне нормальная - Семикобыла ... .
Читая бесчисленные истории о сдаче экзаменов на халявку, вспоминаю рассказ отца о поступлении в МВТУ. В конце 20-х абитуриентов чётко делили по классовому принципу: рабочий – красная зачётка, крестьянин – зелёная, служащий – жёлтая. Отец имел, конечно, жёлтую. На экзаменах он сидел по несколько часов, отвечая на многочисленные вопросы, которые были не по силам «красным» и «зелёным» - только тогда был принят.
В вузах тогда проводили интересный эксперимент. Предполагалось, что члены группы активно помогают друг другу в учёбе, и уровень знаний у всех примерно одинаковый. А если так – то можно экзаменовать не всю группу, а лишь немногих, случайно выбранных «делегатов». Отдуваться за всю группу «случайно» раз за разом выбирали отца…
Он был главным инженером солидного НИИ. Однажды пришла группа студентов, желавших туда распределиться. Отец пригласил их в кабинет. На вопрос «Трудно ли было учиться? » один оболтус ответил: «Особо себя не утруждали…». Остальные захихикали. Отец открыл дверь и сказал: «ВОН! »
Дело было на летней полевой практике, на которую каждое лето были обязаны выезжать студенты первых трех курсов нашего биофака. На этой самой практике пили все безбожно, в первую очередь нажирались отличники (с не привычки) и преподы, наконец то оставшиеся без присмотра жен и мужей, остальные впрочем не отставали. Но однажды студенты нажрались как -то особо сильно, а товарищам преподавателям толи не досталось то ли еще чего, но они были все трезвы и БДИЛИ. Поэтому все пьяные бесчинства в эту ночь были, так сказать, документально запротоколированы, и на утро нам устроили разбор полетов, предварительно собрав весь лагерь и всех преподов.
А надо сказать, что с нами на потоке по обмену училась девочка финка. Чистейшей души человек. Так вот собрание, выходит препод что поголосистей и начинает - так мол вашу мать пере так, вы суда учиться приехали или бухать. Короче кого ещё пьяным увидим того с практики отчислим (что автоматически означало отчисление из универа) и т.д. Мы молчим, у нас похмелье – нам плохо. И тут эта девочка финка божий одуванчик выдает с характерным финским акцентом: «А пьян н ых прее поддавателей тоже будут отчислять с практики? “ …Преподов после этой фразы как ветром сдуло, даже до свидания не сказали. Больше нам пить не запрещали.
Есть в нашем провинциальном городишке ужасно престижный факультет – иняз. Поступить туда на английский язык на бюджет практически невозможно, поскольку бюджетных мест всего 2-3 и те достаются в основном вундеркиндам, которых почему-то именно этот факультет и притягивает. Но вот пару лет назад на инязе открылась какая-то редкая специальность – то ли переводчик с языка фарси, то ли что-то с китайским связано. Одна девочка погрустила-погрустила, что не сможет пройти по баллам на английский, да и подала на эту редкую специальность.
В итоге поступила на бюджет, но к занятиям не смогла приступить, потому что не набралась группа. И вот ей предлагают: мол, мы тебя присоединим к английской группе, только обучение там платное и будет стоить стотыщмильёнов. А девочка встала в позу и говорит: «Я поступила на бюджет, а что вы группу не смогли набрать – это ваши проблемы. Платить за обучение я не буду». И ей позволили учиться на бюджете! Такой офигенный лайфхак, естественно, произвел фурор. На следующий год многие абитуриенты попробовали сделать так же и подали документы на эту редкую специальность. Группа сразу набралась. Учатся)
1987 год, стройотряд, но в отличие от других стройотрядов, недалеко от родного города: достраиваем спортлагерь родного вуза. я - студент мехмата, будущий профессиональный математик. мне очень интересны карточные игры, я люблю их, умею играть, но не азартен. не рассматриваю их как заработок, а рассматриваю как удовольствие. готов проиграть в
Добраться со стройотряда до дома можно за 20 минут на метеоре (1 руб) или за 2 часа на ОМике (50коп).
Предпоследний день, у меня последний рубль.
Гуляем день рождения красивой девушки. А я по молодости не умел девушкам отказывать. Именинница всем предлагает играть на деньги в какую-то игру, которой я не знал вообще, увидел первый раз в жизни. Помню только, что вальты были очень важны. Мне коротенько описывают правила. отказать девушке не смог, поставил 50 копеек, думал - на ОМике до дома доползу. Проигрываю. Ставлю последние 50 копеек, с мыслью - рядом два десятка друзей, не бросят меня, одолжат на дорогу домой. и тут мне поперло! или я врубился в смысл игры. Короче - через час ни у одного человека из отряда не было ни копейки - все деньги были у меня!
P. S. : в стройотряде кормили три раза в день, но молодым растущим организмам, занятым физическим трудом на природе этого было всегда мало. я отложил деньги на дорогу всем, а на остальное скупил весь буфет, который был в спортлагере и накрыл поляну для всего отряда.
Голодный вечер перед гастроскопией. Жрать нельзя ничего, кроме слабительного.
Ну, пожрал слабительного - не сытно, еще сильнее жрать захотелось. Что делать?
А что делает нормальный студент, если нечего жрать? - Спит.
Ну, думаю, идея! Не пожру, так хоть высплюсь.
Достал мощное снотворное, чтобы железно, на всю ночь...
И тут до меня дошло, что я нахожусь в одном шаге от большой, большой катастрофы.
Друг мой, выпускник мехмата и светлая голова, родом из Орловской глубинки. Занимается он какими-то полиномами в каком-то пространстве, имеет кучу степеней и званий. Но родину не забывает. Тем более родители его, дай им бог здоровья, еще там, в колхозе. Каждый год приезжает в помощь. Одевает телогрейку, ушанку, сапоги 48 размера и в
Приезжает комиссия из области. По вопросам реализации Продовольственной программы. Черные волги, люди в галстуках брезгливо пробираются к животноводческому комплексу. Встречает их зав. фермой с хороводом образцовых доярок в накрахмаленных халатах. Рапортует об удоях, приплодах. Хвалится трезвым и квалифицированным персоналом. Показуха, в общем. Председатель комиссии фальшь чувствует:
- Ладно, - говорит, - вас послушать, так на ферме одни академики. А на заднем дворе, поди, пьяный скотник валяется.
Идут на задний двор, - а там наш приятель чего-то вилами ворочает. Да так неловко как-то - нет привычки у математика к такой работе, да и мысли другим заняты.
- Ну, вот, пожалуйста! Во всей красе! Этот еще на ногах держится. Наверняка, думает о том, как бы догнаться, - председатель доволен продемонстрировать свою прозорливость.
- Что, любезный, медитируете? - с легкой издевкой подходит он к трудяге.
- Да я, признаюсь, задумался, - наш герой нимало не смутился при виде важных персон.
- И о чем же, позвольте спросить?
- Ой, да вам не интересно, - отрешенно говорит ученый.
- Ну, проблемы, нужно решать вместе. Для того мы и приехали, - напирает председатель.
Видимо, солидный вид собеседника, произвел на нашего героя должное впечатление и он решил все-таки поделиться сокровенным:
- Да, похоже, в моей последней работе, я взял не ту нормировку Гильбертового пространства. Сейчас думаю, не ортогонализуется базисная система функций...
Надо отдать должное находчивости зав. фермы. Нимало с виду не удивившись, она говорит:
- Да, ладно, Митрич, не грузи ты серьезных людей. Обсудим, как обычно, на вечернем собрании. Придумаем.
