Однажды Ханс Кристиан Андерсен, будучи уже известным писателем, был в Венеции и решил посетить район еврейского гетто. Он зашел вместе с другом в гости к еврейской семье, увидел на столе Танах, открыл книгу и, к удивлению хозяев дома, легко прочитал первые строки на иврите.
В своем творчестве Андерсен нередко обращался
И проверить это несложно. Андерсен любил вести дневники, коих у него накопилось 12 томов. Вот там это все и описано.
Его сказки о евреях никогда не переводились на русский язык, также нет в его «русскоязычной» биографии факта, что в 14 лет, в Дании, будущий писатель был свидетелем еврейского погрома. Он только что приехал в Копенгаген — один в чужом городе. Вот его запись в дневнике: «Вечером, накануне моего приезда, произошло тут нападение на евреев, которое распространилось потом на многие европейские страны. В городе беспорядки, улицы полны народу. Шум, паника, переполох — это было много сильнее моего воображения, моего представления той поры о характере большого города». Факельные шествия, сожжение книг, разграбление еврейских лавок запомнились подростку-Андерсену на всю жизнь.
Странный мечтательный мальчик не умел находить себе друзей, и Карстенс, директор еврейской школы, заметив это, часто занимался с ним отдельно, беседовал с ним и брал на прогулки вместе со своими сыновьями. Андерсен очень дорожил симпатией к нему Карстенса, в которой так нуждался. И в зрелые годы Андерсен не забывал своего учителя. Став знаменитым, он продолжал писать ему письма, посылал свои книги и навещал. Из отдельных отрывков его сочинений видно, что Андерсен разбирался в еврейских обычаях, знал законы иудейской религии. Симпатия к евреям прорывается у него то и дело. В 1866 году Андерсен побывал в Амстердаме. Он приходит на симфонический концерт и записывает потом в дневнике: «Там была элегантная публика, но я с грустью отметил, что не вижу тут сыновей народа, давшего нам Мендельсона, Ха-Леви и Мейербера, чьи блестящие музыкальные сочинения мы слушаем сегодня. Я не встретил в зале ни одного еврея. Когда же я высказал свое недоумение по этому поводу, то, к своему стыду — о, если бы мои уши обманули меня! — услыхал в ответ, что для евреев вход сюда воспрещен. У меня осталось тяжелое впечатление об унижении человека человеком, об ужасающей несправедливости, царящей в обществе, религии и искусстве».
И в дальнейшим Писатель дружил со многими еврейскими семьями, и евреи часто помогали ему. Например, семья Коллинов помогла юному драматургу получить образование в Копенгагене, добились для него королевской стипендии для учебы в Латинской школе, брала на себя многочисленные хлопоты и расходы по устройству его быта. Без совета и помощи строгого, но заботливого господина Эдварда Коллина, Ханс Кристиан многие годы не принимал ни одного решения.
В конце жизни писатель сблизился с еще одним еврейским семейством Мелхиор. В этом доме он провел последние годы жизни и здесь скончался.
Из автобиографии Андерсена: «В день моего рождения, 2 апреля (год 1866, ему уже 61 год), моя комната украшена цветами, картинами, книгами. Звучит музыка и звучат приветствия в мою честь. Я в доме моих друзей — семьи Мелхиор. На улице светит весеннее солнце, и такое же тепло я чувствую в своем сердце. Я осмысливаю прошедшее и понимаю, как велико счастье, которого я удостоился». Почти до конца жизни, даже когда Андерсен был уже болен, он писал свой дневник. А когда не смог писать, то принялся диктовать, а записывали хозяйка дома, Доротея Мелхиор, или две ее дочери. В последнюю неделю жизни, с 28 июля по 4 августа 1875 года, он уже диктовать не мог.
Но осталась запись самой Доротеи Мелхиор: «Среда. 4 августа. Андерсен весь день дремлет, у него температура. Ночью он кашлял… У него не было сил поставить чашку с остатками каши на место, и каша вылилась на одеяло. Вчера, после ухода доктора Мейера, Ханс Кристиан сказал мне: „Доктор собирается вернуться вечером — это дурная примета“. Я ему напомнила, что доктор приходит к нему уже две недели подряд два раза в день, утром и вечером. Мои слова успокоили его. И вот свет погас. Смерть — как нежный поцелуй! В 11 часов 5 минут наш дорогой друг вздохнул в последний раз…»"
Говорят, что когда великий физиолог Илья Мечников долгое время работал во Франции, занимаясь изучением различных заболеваний, он нечаянно чем-то обидел некоего французского аристократа. Тот решил проучить наглеца, вызвав его на дуэль.
Секундант пришел прямо в лабораторию Мечникова и заявил:
— Никакие извинения не принимаются, дуэль состоится в любом случае, — заявил француз ученому. — По правилам, за тем, кого вызывают на дуэль, право выбора оружия. Какое изволите выбрать вы?
— Что ж, — пожал плечами Мечников, — я выбираю бактериологическое оружие. Вот два стакана с жидкостями. — Он показал емкости слегка обалдевшему французу.
— Они внешне ничем не отличаются друг от друга. Но в одном — чистая питьевая вода; в другом — вода с бактериями сибирской язвы. Ваш граф волен выпить любой из этих стаканов, а я выпью оставшийся. Секундант молча откланялся.
Секундант молча откланялся.
ПРЫЖОК
Все свои трюки в кино Игорь Владимирович Ильинский делал сам. Когда снимали "Волгу-Волгу", режиссёр Григорий Александров показал нижнюю палубу Ильинскому и пошутил: "Вот отсюда вам придётся прыгать в воду". "Подумаешь, вот если бы с верхней, это было бы эффектнее". Игорь Владимирович был уверен, что прыгать позовут каскадёра. Когда Любови Орловой по роли надо было прыгать, пришла пловчиха. Режиссёр командует: "Раз, два, три! Четыре! ", камера работает, а... она не прыгает. Так и не прыгнула ни за что. Долго искали замену и нашли чемпионку по прыжкам с трамплина. Настал черёд прыгать Бывалову, к Ильинскому подходит второй режиссёр и спрашивает: "Слушай, Игорь, ты, правда, прыгнешь с верхней палубы? ". "Я пошутил, что ты... ". "А все говорят, что ты прыгнешь". Появляется Александров и командует: "Игорь Владимирович, наверх, пожалуйста". Потом Ильинский рассказывал: "Когда я поднялся наверх в своих сапогах и с портфелем, с которым никогда не расставался, то понял, как это страшно, во мне всё задрожало... Оператор был готов, все, задрав головы, смотрели на меня, я не мог подвести съёмочную группу. Мне ничего не оставалось делать... "
«Самый дельный совет мне дал Ив Робер, благодаря которому я дебютировал в кино. Я сыграл небольшую роль в его фильме "Счастливчик Александр".
Однажды он сказал: "Ты не актёр, ты персонаж. Твоё место не во французском кинематографе, делай своё кино сам".
Конечно, мне было неприятно слышать это. Но я уверен, что я сейчас сижу здесь с вами именно потому, что я тогда прислушался к его совету». Пьер Ришар
Пьер Ришар
В 1907 г. издательство Кнебеля задумало выпустить серию наглядных школьных пособий - «Картины по русской истории». Валентину Серову издатель заказал картину, которая должна была изобразить царя Петра на постройке Петербурга.
Художник работал над картиной осень и зиму 1907 г. Трудился в архивах и запасниках Эрмитажа, зарисовывая в разных ракурсах посмертную маску Петра, посещал исторические лекции. Выводы живописца были следующие:
В лице у него был постоянный тик, и он вечно "кроил рожи": мигал, дергал ртом, водил носом и хлопал подбородком. При этом шагал огромными шагами, и все его спутники принуждены были следовать за ним бегом. Воображаю, каким чудовищем казался этот человек иностранцам и как страшен он был тогдашним петербуржцам.
Идет такое страшилище с беспрестанно дергающейся головой. Увидит его рабочий - хлоп в ноги! Петр тут же его дубиной по голове ошарашит: "Будешь знать, как кланяться, вместо того чтобы работать! " У того и дух вон. Идет дальше. А другой рабочий, не будь дурак, смекнул, что и виду не надо подавать, будто царя видишь, и не отрывается от дела. Петр дубиной укладывает и этого на месте: "Будешь знать, как царя не признавать". Страшный человек... ».
Страшный человек... ».
Бессмысленно мечтать о дорогих нарядах от Диора, не имея ни гроша за душой, — зато можно шить для себя, на свой вкус и за свои деньги. Так размышляла 17-летняя Леммингер, которая уже тогда знала, какой должна быть мода.
Мода должна открыть человеку его самого, таким, каким он хочет видеть себя самого.
Анна(Энне) Бурда (нем. Aenne Burda, до замужества Анна Магдалена Леммингер) родилась 28 июля 1909 года в городке Оффенбург на юго-западе Германии.
Окончив торговое училище, она вышла замуж за Франца Бурду. Франц владел маленькой типографией. Но денег она ему не приносила. Сама же Анна была так же бедна, как и ее муж. Однако это обстоятельство нисколько не смутило будущую предпринимательницу.
Свою карьеру она начала в сорок лет. В 1949 году она дала свое имя новому издательству. Идея Леммингер была проста: в разоренной войной Европе женщины все равно хотят выглядеть красиво, а на дорогих кутюрье у них денег нет.
Что если выпустить журнал, с помощью которого любая домохозяйка могла бы сама шить элегантную одежду? Так родилась издательская империя «Бурда».
Первый номер журнала «Бурда моден» вышел в 1950 году. А уже через пятнадцать лет его тираж достиг миллиона экземпляров.
Анна Бурда скончалась 3 ноября 2005 года в Оффенбурге (Германия). Сегодня ее детище — журнал «Бурда моден» — выходит почти в 100 странах на 20 языках.
• Писатель Марк Твен притворялся по утрам мертвым, чтобы не идти в школу. За плохое поведение его сажали на женскую сторону класса, но он не считал это наказанием.
• Принимая поэта Максимилиана Волошина в гимназию, директор предупредил его мать, что идиотов исправить невозможно.
• Когда художник Сальвадор Дали понимал, что его могут вызвать к доске, он прятался под лавку и закрывал лицо руками. Тогда учителя разрешали ему выйти из класса и погулять в саду, чтобы успокоиться.
• Художник Пабло Пикассо так ненавидел школу, что няне приходилось буквально вносить его на занятия. Спустя какое-то время ему удалось убедить своих родителей в том, что духота в классе пагубно отражается на его здоровье, и его перевели в частный колледж.
• Однажды учитель словесности в гимназии Корнея Чуковского рассказывал об устаревших словах и предрекал слову «отнюдь» скорую смерть. Чуковскому стало жалко слово, и он подговорил своих одноклассников вместо «нет» использовать «отнюдь». Администрация гимназии посчитала это нарушением дисциплины и оставила Чуковского без обеда.
• В колледже, в котором учился Оноре де Бальзак, провинившихся учеников запирали в чулан. Бальзак стал рекордсменом этого наказания — однажды он просидел в чулане целую неделю. Из колледжа его в результате исключили с формулировкой: «Обладает всеми качествами, кроме тех, которые нам подходят».
Демосфен слыл в Элладе очень порядочным. Речи его были суровы. Народ в собрании на Агоре привык, что ораторы говорят с ним льстиво, и роптал. Демосфен сказал: «Афиняне, вы будете иметь во мне советника, даже если не захотите, но не будете иметь льстеца, даже если захотите». Главный враг Демосфена, Филипп Македонский, сравнивая его с его учителем Исократом, говорил: «Речи Исократа — атлеты, речи Демосфена — бойцы». Подкупить Демосфена, чтобы он выступал за неправое дело, было невозможно. Ему платили только за то, чтобы он молчал. Один актер похвастался: «За один день выступления мне заплатили талант серебра! » Демосфен сказал ему: «А мне за один час молчания заплатили пять талантов серебра». Чтобы уклониться от речи, он говорил, что у него лихорадка. Афиняне смеялись: «Серебряная лихорадка! »
ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ ТОНКОСТИ
С Олегом Далем случилась какая-то неприятность, и он появился на съёмочной площадке с унылым и грустным лицом. Его принялись утешать:
- Олег, напрасно ты расстраиваешься, это просто глупая случайность... - Нет, - сказал Даль. - Случается в жизни хорошее, а плохое сбывается...
- Нет, - сказал Даль. - Случается в жизни хорошее, а плохое сбывается...
Вот это я называю гибкостью принципов и умением адаптироваться к изменчивым обстоятельствам…
Яков Франк (при рождении Яков бен Иехуда Лейб (Лейбович).
…еврейский религиозный деятель, создатель еврейской мессианской группы
…Объявил себя мессией , считал себя реинкарнацией Шабтая Цви и Берахии Руссо…
В споре с раввинами привлёк католического епископа, а потом всей сектой принял католичество. Сам Яков Франк, находясь в Турции, принимал ислам в общине дёнме, дважды принимал католичество и вёл переговоры с русским духовенством о массовом принятии православия всей его общиной.
Реинкарнации, ислам, католичество (дважды), православие и все это в иудаизме.
Будь у него больше времени, он синтоизм бы принял и Тонакатекутли бы жертвы приносил.
Смотрел тут как-то по ТВ музыкальную программу, и там участвовал певец из Центра Оперного Пения имени Галины Вишневской. Красивый фактурный парень, с великолепным голосом, и артист прекрасный, что неудивительно, в тот Центр кого попало не берут. А я сразу вспомнил, как побывал однажды в этом Центре по работе, хотя я никак с музыкой не связан, но так вышло.
Было это ещё при жизни Галины Павловны, я никогда не забуду: входит она в свой кабинет, и все мы, как работники Центра, так и люди со стороны, как-то становимся меньше ростом… Примерно такие воспоминания оставили люди, знавшие лично императрицу Екатерину Великую.
Но про Галину Павловну пусть пишут те, кто её хорошо знал, а я так, по мелочи, забавную деталь вспомнил. Из-за кулис у них на сцену лесенка вела, по которой певцы поднимаются во время репетиций и спектаклей. И у этой лестницы закреплена внушительная табличка (стационарная, не на бумаге): «Стаканы на сцену не выносить! » Да, дисциплина…
Да, дисциплина…
Одного российского царя нигде не упоминают, начисто забыли. Кто такой, почему не знаем?
А это Великий князь всея Руси Симеон Бекбулатович. До крещения Саин-Булат хан, сын Бек-Булата, правнук Ахмат-хана. Короновался как положено, в Успенском соборе Кремля. Иван Грозный в письмах к нему так и обращался - "Государь Великий князь". И подписывался - "челом бьет Иванец Васильев".
Симеон просидел недолго, меньше года. Потом его Иван Грозный устроил ему ГКЧП, октябрьский пленум. И согнал с престола "за допущенные ошибки". Но факт русского царя Саин-Булата остается фактом.
Петр III пробыл на престоле вообще полгода, даже короноваться не успел. Но его царем считают, не забыли. Хотя юридически он не был царем.
Царь Симеон Саин-Булат был коронован, ни у сомнений в его законности не было. Но он в списках царей не упоминается. Как не было такого.
Зиновий Гердт: "А вообще к КГБ у меня очень теплое отношение. У меня был знакомый малый... в общем из тех, которые всегда ездили с нашим театром за границу, их представляли так: «Это сотрудник Министерства культуры». А мы их между собой — не знаю почему — называли «сорок первыми». И с одним таким малым по имени Игорь у меня сложились очень теплые отношения. Как-то в Испании я жутко напился в каком-то обществе дружбы. Утром в номер приходит Игорь, приносит пирожок, бутылку простокваши, алкозельцер и говорит: «Госбезопасность о тебе заботится! Это я тебя вчера привел, раздел и спать уложил... »
В те же дни мы гуляли с ним по площади Торос в Мадриде, присели на скамейку. Игорь задумчиво говорит: «Зиновий Ефимович, я недавно взял твое досье... Ну, знаешь, это том Маркса, это — Капитал"! Но не бойся. Я был у генерала, поручился за тебя, и он разрешил всю эту макулатуру сжечь. Сейчас в твоей папке одни анкетные данные». Я легкомысленно так отвечаю: спасибо, конечно, но мне, мол, все равно, что мне сделают, ну, за границу не пустят, так я поездил достаточно, посадить не посадят, времена не те... Игорь выслушал мою болтовню и медленно, четко произносит: «Времена ТЕ, Зиновий, времена всегда ТЕ... »
«Времена ТЕ, Зиновий, времена всегда ТЕ... »
Однажды поздно вечером летом 1970 я перевернулся на бок и спросил лежащую рядом со мной девушку, хочет ли она выйти замуж.
— Мы поговорим об этом утром, — сказала она. — Сейчас мне надо поспать.
Утром она сказала, что женитьба — это не очень хорошая идея, а на самом деле, даже очень плохая, но она все равно согласна. Она
Той осенью мы сели в автобус, идущий из Старого Города, где жила Табби, до Бангора, где находился известный ювелирный магазин Дейз. Мы попросили показать самый дешевый комплект из двух обручальных колец, который был в продаже. С великолепной профессиональной улыбкой, в которой не было ни капли снисхождения, продавец показал нам пару тонких золотых колец за 15 долларов. Я достал бумажник, который тогда пристегивал байкерской цепочкой к шлевке джинсов, и заплатил за них. В автобусе по дороге домой я сказал: «Готов поспорить, они оставят зеленый след на наших пальцах».
Табби, всегда колкая на язык, ответила: «Надеюсь, мы проносим их достаточно долго, чтобы узнать это».
Десять недель спустя или около того, мы надели эти кольца друг другу на пальцы. Костюм, который я надел, был слишком велик для меня — я взял его взаймы у будущего шурина, — а моим галстуком гордился бы сам Джерри Гарсия.
Моя новоиспеченная жена была одета в голубой брючный костюм, несколько месяцев до этого служивший нарядом подружки невесты на свадьбе ее подруги. Она была великолепна и напугана до смерти. Мы поехали на свадебный прием (бутерброды с тунцом и содовая) на моей машине, стареющем Бьюике с дышащей на ладан коробкой передач. Я все время трогал большим пальцем кольцо на безымянном пальце левой руки.
Несколько лет спустя — три? пять? — когда Табби мыла посуду, ее кольцо соскользнуло с пальца и упало в сливное отверстие. Я вырвал заглушку слива, пытаясь найти его, но в темноте обнаружил лишь заколку. Кольцо исчезло. Тогда я уже мог купить вместо него новое, более изящное, но она все равно заливалась горькими слезами из-за потери первого настоящего кольца. Оно не стоило и восьми долларов, но оно было бесценно.
Жизнь хорошо обошлась со мной в вопросе карьеры. Я написал бестселлеры и заработал миллионы долларов. Но я ни разу не снимал это дешевое кольцо с левой руки с того самого дня, как моя жена с дрожащими губами и руками и блестящими глазами надела его.
Кольцо заставляет задумываться о будущем, помнить, что у нас было (почти ничего) и какими мы были (чертовски хорошими ребятами). Не дает забыть, что цена вещи и ее ценность — не обязательно одно и то же. Прошло уже 42 года, а зеленого следа все ещё нет. Стивен Кинг
Прошло уже 42 года, а зеленого следа все ещё нет.
Стивен Кинг
Фартовый Фартинг
Американец, выигравший джекпот в размере $167, 3 миллионов, оказался уголовником-рецидивистом и опять сел в тюрьму.
Джеймсу Шэннону Фартингу 50 лет, из которых 30 он чалился по тюрьмам и зонам Америки. Начал еще с малолетки. За свою криминальную карьеру побывал в 25 исправительных учреждениях. Брали его всегда по мелочи – хулиганка, драка, кража. В один из кратких выходов на свободу купил билетик лотереи Powerball и сорвал главный куш. А спустя трое суток опять сел. На роду написано.
