Когда начинали снимать первую часть фильма «Кошмар на улице Вязов», Фредди должен был выглядеть совсем не так, каким мы его знаем. По сценарию, он носил черный плащ. Но в последний момент костюмер обнаружил, что самый главный элемент одежды злодея забыли привезти.
Все в растерянности смотрят друг на друга, не знают, что и делать. И тут режиссеру на глаза попадается оператор, на котором – отвратительный свитер в красно-зеленую полоску. Режиссер подзывает оператора, осматривает его с головы до ног, удовлетворено кивает и говорит:
- Ну-ка, парни, держите его! Нам нужен этот свитер!
Оператор не сопротивлялся. Оказывается, свитер связала его девушка и подарила на День рождения. Парень тоже был не восторге от расцветки, фасона и вязки, но любимая обижалась, и ему приходилось периодически надевать полосатый подарок.
Представьте, как оператору пришлось объяснять девушке, откуда на маньяке с улице Вязов появился ее свитер!
У британского пекаря Чарльза Джокина было хобби – он выпивал. Титаник, на котором вышел в плавание Джокин, был огромным плавучим фешенебельным отелем с прекрасной кухней. У Джокина, как у старшего судового пекаря, была отдельная каюта, где он даже разместил свой самогонный аппарат (с дрожжами у него проблем не было). Той злополучной ночью,
Одно время знаменитый пианист Артур Рубинштейн и его однофамилец, известный банкир Мишель Рубинштейн, жили на одной и той же улице в Париже.
Нередко случалось так, что почтовая корреспонденция, адресованная одному из них, по ошибке доставлялась другому.
В один из дней банкир пришел к Артуру Рубинштейну с целой стопкой телеграмм от почитательниц таланта пианиста и сказал:
— Эти депеши для Вас, и, будьте любезны, скажите моей жене, что Луиза из Вены, Иза из Рима, Грета из Берлина и прочие барышни, они — не МОИ подруги!
Пианист, в свою очередь, открыл ящик стола, и, вытащив оттуда целый ворох телеграмм, предназначенных для банкира, произнес:
— С удовольствием, если и Вы объясните моей жене, что пять миллионов лир, хранящихся в итальянском банке, и два миллиона фунтов, что лежат в английском банке, это вовсе не МОИ, а Ваши деньги.
Викентий Вересаев после окончания Дерптского университета и короткой практики в Туле вернулся в Санкт-Петербург и начал служить ординатором в Боткинской больнице. Трудный опыт, врачебный и житейский, приобретённый в эти годы, лёг в основу художественно-документальной повести "Записки врача". Повесть увидела свет в 1901 году и принесла автору заслуженную славу. Её тиражи, следовавшие один за другим, быстро раскупались. Невзирая на небывалый читательский успех повести, врачебная печать встретила "Записки" в штыки, коллеги ругали Вересаева, называли лживым дегенератом, возмущались: "Скверная та птица, которая гадит в собственное гнездо! ".
У вечного оппонента Вересаева, Ивана Бунина, был в жизни неприятный эпизод. Однажды в поезде он представился случайному попутчику и в ответ услышал: "Чем изволите заниматься? ". С Вересаевым подобного никогда не случалось. Стоило ему назвать свою фамилию, как собеседник тут же радостно изумлялся: "Автор "Записок врача"?! ". Позднее это стало Вересаева раздражать. Став маститым писателем, он уже считал свою повесть плохо написанной, вялой, неврастеничной. Ему бы хотелось услышать: "Вы - автор "Живой жизни"? ". Но не будем придираться к недостаткам "Записок", ведь их главное достоинство - честность и боль за отечественную медицину, ведь это первый откровенный разговор о врачах и пациентах!
ОТ ЛЮБВИ ДО НЕНАВИСТИ
В 1950 году, когда Элина Быстрицкая снималась в крошечной роли в картине "Тарас Шевченко", Сергей Бондарчук (он играл главную роль) повёл себя бестактно по отношению к ней, унизил её в присутствии членов съёмочного коллектива. Быстрицкая ему этого не простила. И, когда они вновь встретились на съемочной площадке фильма "Неоконченная повесть", их неприязнь друг к другу вспыхнула с новой силой. Дело дошло до того, что Бондарчук опять не сдержался и незадолго до начала съёмок очередной сцены вновь оскорбил свою партнёршу. Она расплакалась и заявила, что отказывается от дальнейших съёмок. Режиссёр фильма Фридрих Эрмлер бросился её успокаивать, но всё было бесполезно. Тогда режиссёр пошел на последнюю меру. Он пообещал Быстрицкой, что будет снимать её крупные планы отдельно, без присутствия партнера. На том и порешили.
Фильм "Неоконченная повесть" вышел на широкий экран в 1955 году. Судя по его рейтингу, любовная история, показанная в картине, взяла людей за душу. Но мало кто из зрителей догадывался, что исполнители главных ролей, так вдохновенно играющие влюбленных на экране, на самом деле испытывали друг к другу совершенно противоположные чувства.
20 февраля 1986 года СССР начал строить в небе станцию "Мир". Орбитальный дом-лаборатория-завод, она же — несложившийся командный штаб, она же — зеркало эпохи. Рассчитанная на пять лет, она прожила пятнадцать.
"Мир" собирали прямо в космосе — этот опыт позже использовали при сборке МКС. Базовый блок, затем "Квант", "Квант-2", "Кристалл",
Мало кто помнит, но архитектура станции опиралась на наработки боевых систем "Алмаз" (база + модули). Часть "Мира" должна была стать командным пунктом для контроля "работы" боевых станций и орбитальных перехватчиков, включая убитый Горбачевым "Скиф". У экипажей даже были лазерные пистолеты — не против пришельцев, а чтобы выжигать оптику американским спутникам-шпионам.
Внутри всегда пахло озоном, перегретым пластиком, чуть - потом и специфическим ароматом старой библиотеки. Но к концу 90-хы добавился запах сырости. Станцию атаковала мутировавшая плесень Cladosporium herbarum: жрала изоляцию проводов, пластик и даже линзы иллюминаторов.
Кстати о сырости. На "Мире" была душевая кабина. Вода в невесомости не стекает, а обволакивает тело и стены. Мыться было охрененно ("Ваши впечатления? " — "Это кайф, ЦУП! "), но сушка кабины занимала столько времени, что её превратили в склад. Космонавты вернулись к влажным полотенцам.
В 1997-ом случилось страшное: пожар в космосе. Кислородная шашка горела как бенгальский огонь, перекрыв путь к "Союзу". Космонавты тушили вслепую, в дыму. А потом было первое космическое ДТП - "Прогресс М-34" протаранил модуль "Спектр". Чтобы спасти станцию, экипаж топором перерубал коммуникации в разгерметизированный отсек. Модуль с американским оборудованием так и остался мертвой зоной.
На станции хранилась гигантская коллекция кассет и дисков. Pink Floyd записали звук запуска ракеты для альбома Delicate Sound of Thunder, а кассета с этим альбомом улетела на "Мир" — первый рок-альбом в космосе.
Валерий Поляков прожил на станции 437 суток без перерыва. Когда вернулся, сам вышел из капсулы и дошёл до палатки. Зачем? Доказать, что человек может долететь до Марса и сохранить способность двигаться. Сергей Крикалёв летал меньше, но... Он улетал из Советского Союза в мае 1991-го, а вернулся в марте 1992-го в Россию. Союз развалился. Крикалёва называли последним гражданином СССР и долго убеждали "Потерпи, денег нет".
С деньгами действительно была беда - у всей страны. Чуть раньше в 90-ые, когда у Кремля кончились деньги, "Мир" стал самой дорогой бизнес-площадкой.
Снимали рекламу израильского молока Tnuva, таскали макет банки Pepsi (хотя экипаж пил Coca-Cola), а первый коммерческий полёт японского журналиста Акиямы стоил Токио 25 миллионов. Он вёл себя как блогер - все снимал, постоянно блевал и лез под руку. Был и экзотический вариант: Иран предлагал купить "Мир" аж за $2 млрд. нефтедолларов, вычистить плесень и получить доступ к системам слежения за пусками западных ракет. Сделку сорвали США.
Официальная версия гибели «Мира» — износ. Вычислительные машины "Салют-5Б" висли постоянно, станция старела и гнила. Неофициальная — отсутствие денег (тогда даже продали "Луноход"). И ещё "Мир" принесли в жертву американскому проекту "Фридом", который мы теперь знаем как МКС. 23 марта 2001 года 129 тонн истории упали в Тихом океане. В Точке Немо — крупнейшее кладбище космических амбиций.
Сейчас Роскосмос готовит РОСС. В кулуарах говорят - её легко переделать в военно-прикладную.
В 1971 году мир облетела сенсация:
В непроходимых джунглях филиппинского острова Минданао чиновник Мануэль Элизальде «обнаружил» племя, застрявшее в каменном веке.
Тасадаи были идеальными «благородными дикарями». Они жили в пещерах, носили повязки из листьев орхидей, пользовались каменными топорами и не знали, что такое металл.
Это было именно то, что хотел услышать мир в разгар войны во Вьетнаме. National Geographic посвятил им обложку и снял документальный фильм.
На Минданао потянулись знаменитости: летчик Чарльз Линдберг, актриса Джина Лоллобриджида, семья Форда. Все они плакали от умиления, глядя на этих детей природы.
Мануэль Элисальде, ставший официальным «защитником» племени, объявил территорию вокруг пещер заповедником.
Он строго запретил посещение антропологам, объясняя это тем, что иммунитет тасадаев не выдержит встречи с цивилизацией. Доступ имели только избранные журналисты и только в присутствии самого Элисальде.
На «помощь» племени был создан фонд, куда потекли миллионы долларов.
Сказка рассыпалась в 1986 году. Диктатор Филиппин Фердинанд Маркос (который был покровителем Элизальде) был свергнут и бежал из страны. Вместе с ним бежал и Элизальде, прихватив, по слухам, около 35 миллионов долларов из фонда племени.
Сразу после этого швейцарский журналист Освальд Итен решился пойти в джунгли без разрешения. То, что он увидел, шокировало научный мир. Пещеры были пусты. В них не было следов постоянной жизни (ни мусора, ни копоти на стенах).
Пройдя немного дальше в лес, журналист нашел обычное село. Там жили те самые «тасадаи», но они носили джинсы и футболки, курили сигареты, выращивали рис и спали на бамбуковых кроватях.
Местные жители признались: Элизальде пришел к ним и пообещал деньги, сигареты и защиту от бандитов, если они будут играть в игру.
Когда прилетали вертолеты с «белыми людьми», они быстро бежали в пещеры, снимали одежду, надевали листья и начинали тереть палочки, чтобы добыть огонь. Как только гости улетали, они одевались и шли домой смотреть на туристов как на чудаков.
Георгий Данелия вспоминал:
Mне надо было срочно вылетать в Москву. (Приемные экзамены на Режиссерских курсах. )
В авиакассе мне сказали, что на сегодня билетов нет.
Я показывал свое мосфильмовское удостоверение, говорил, что очень надо, врал, что срываются какие-то важные съемки, мне сочувствовали, но разводили руками.
Тогда я пошел к своей тетушке — Верико Анджапаридзе.
Верико сразу же позвонила министру грузинской авиации.
Министр авиации сказал, что для племянника самой великой актрисы в мире у него всегда билеты есть.
Минут через пятнадцать он перезвонил, извинился и сказал, что сегодня, оказывается, особый день и билетов нет. Билеты есть на завтра, на любой рейс.
Тогда я позвонил в ЦК, Дэви Стуруа. Дэви сказал, что билет — не проблема. Я ему сообщил, что Верико говорила с министром, и тот сказал, что сегодня какой-то особый день, и билетов нет.
— Ну, министр — это министр, а ЦК — это ЦК. Через десять минут и Дэви сказал, что билетов на сегодня действительно нет. Особый день.
И я пошел в гостиницу. По дороге зашел в «Воды Лагидзе» выпить вкусной газировки, которую очень люблю, там встретил Вову Мартынова.
Вова Мартынов — тбилисский «свой парень», то есть человек, которого знали все и который знал всех. Он спросил по-грузински:
— Что ты такой грустный? Русский Вова говорил со мной только на грузинском, считал, что мне нужна практика.
Я ему сказал о проблеме с билетом.
— Э! Я думал, у тебя действительно что-то случилось! Пойдем и возьмем билет!
— Билетов на сегодня нет.
— Для нас, Гия, билеты у них есть! Пошли!
Народу в кассе было очень много, к окошку не подойти. Вова, высокий и широкоплечий, снял кепку, вытянул руку с кепкой вверх, приподнялся еще на цыпочках и крикнул на весь зал:
— Нана, это я, Вова! Посмотри сюда! Кепку мою видишь?!
— Вижу твою кепку, Вова! Что хочешь?
В Тбилиси было две джинсовых кепки, одна у Вовы, вторая — у знаменитого футболиста, форварда сборной СССР, Давида Кипиани.
— Один билет в Москву на час пятнадцать! — крикнул Вова.
— Паспорт давай!
Вова взял у меня паспорт и попросил передать его в кассу.
— Подожди! А деньги? Деньги возьми! — сказал я.
— Деньги я ей отдам, не волнуйся, — сказал Вова.
(У меня он денег не взял, когда я начал настаивать, он сочувственно посмотрел на меня и сказал, что я совсем обрусел. ) На самолет я успел. Летел и думал: «Министр — это министр, ЦК — это ЦК, а Вова — это Вова!
Летел и думал: «Министр — это министр, ЦК — это ЦК, а Вова — это Вова!
Фоткой Сергея Тихонова в образе Мальчиша-Плохиша обычно иллюстрируют всяких предателей.
В этом плане небезынтересно знать, что актер Остапенко, сыгравший Мальчиша-Кибальчиша, сейчас живет в США и имеет собственную буржуинскую фирму. А «Мальчиш-Плохиш» всю жизнь прожил в СССР, там же и погиб.
А «Мальчиш-Плохиш» всю жизнь прожил в СССР, там же и погиб.
Гениальный импресарио Сергей Дягилев, прежде чем показать миру русское искусство, десять лет занимался организацией художественных выставок в Петербурге, знакомя наших соотечественников с европейским искусством. За энергию, энтузиазм, организаторский талант его прозвали "Геркулесом". Однажды король Испании Альфонсо XIII спросил Дягилева:
- Вы не артист, не танцовщик, не балетмейстер. Кто же вы?
- Я - как вы, - отвечал с улыбкой Дягилев, - ничего не делаю, но без меня ничего не делается!
Савелий Крамаров: "Я не знаю как попали в кино Жан Гобен или Вячеслав Тихонов, а я, Савелий Крамаров, попал в кино... по несчастью, из-за своей внешности. Уже потом я узнал: то самое, что вы видите на фотографии, называется фактурой. Вот это страшное слово и определило мою творческую жизнь, и не только творческую... Я помню ещё в школе, если кто‐нибудь
– Крамаров! Завтра приведёшь отца и мать.
Когда в пионерский лагерь, по воскресным дням, приезжали родители, мамаши обычно говорили своим детям:
–Сыночек! Дай мне слово, что с этим, ‐ тут мамаши указывали на меня, ‐ ты водиться не будешь. От него хорошему не научишься.
А когда я прибыл в армию для прохождения службы, опытный старшина посмотрел на меня и сказал:
– Ну, этот с гауптвахты вылазить не будет.
Мой первый режиссёр никогда не служил в милиции, но стоило ему взглянуть на меня, как он сразу определил моё амплуа. Я сыграл хулигана и бездельника, владельца злополучного мотоцикла в фильме "Прощайте голуби! ". Трудно было работать над ролью. Ведь как это ни парадоксально, я с самого детства не был знаком ни с одним хулиганом. Если когда‐нибудь подозрительный тип появлялся на одной стороне улицы, я всегда переходил на другую. Но, попадая на съёмочные площадки, я становился рабом своей фактуры. И мой актёрский альбом становился похожим на пособие для начинающего дружинника.
А ведь знаете, как обидно актёру, которому внушили, что никогда он не сыграет ничего патетическо‐героическо‐трагического! Неужели я не могу сказать: "Быть или не быть? ". Могу! Ещё как могу! Да фактура не та... Не играть мне Гамлета... И Отелло – тоже не играть. Думаете, слабо мне Дездемону задушить? Да я могу это одной левой сделать.
Скажет режиссёр: "Задуши! " ‐ я мигом. Но никогда не сбыться этим мечтам, потому что моя творческая биография написана на моём лице.
Олег Валерианович Басилашвили рассказывает:
В начале 90-х годов он и Алиса Фрейндлих вместе с театром были на гастролях в Лос-Анджелесе. Во время прогулки по аллее Голливуда Алиса Бруновна обратилась к мимо проходящему американцу и жестами попросила его сделать фотографию. Мужчина был в тёмных очках и на её просьбу отреагировал своеобразно. Он встал рядом с Басилашвили и стал позировать, ожидая, когда актриса их снимет.
Тогда они уже вдвоём с Басилашвили стали объяснять недогадливому американцу, что сфотографировать надо их, а не фотографироваться с ними.
Тот, наконец, взял в руки камеру и щёлкнул их. А когда он с улыбкой вернул фотоаппарат, они разглядели, что это сам Аль Пачино, которого они случайно остановили на улице.
Пока они стояли, раскрыв рот от изумления, знаменитый актёр махнул им на прощание рукой и удалился.
В 1701 году Пётр I отправил за границу Ивана Михайловича Головина, своего любимца, а значит, человека умного и ловкого. Головин принадлежал к старинному боярскому роду и занимал должность комнатного стольника, то есть, входил в ближайший круг царя, присутствовал на приёмах, сопровождал его в поездках и военных походах.
Чем занимался Иван Михайлович
Кличка пристала к Головину намертво. "Опускается бас, чтоб похлебал каспийский квас! ", - якобы по преданию приговаривал царь, когда смеха ради Ивана Михайловича бросили в море во время пирушки в Персидском походе.
"Князь-басом" Головин пробыл до смерти Петра, сделав при этом совсем не шутовскую карьеру: командовал полком, за умелые действия во время Полтавской баталии получил чин бригадира, руководил галерным флотом и дослужился до адмирала. А ещё Иван Михайлович славен своими потомками: Александром Сергеевичем Пушкиным и Львом Николаевичем Толстым...
Смоктуновского исключили из списка кандидатов в депутаты Верховного Совета СССР из-за тоста
Иннокентий Смоктуновский любил прикидываться странным «небожителем» в жизни, особенно перед чиновниками, чтобы избежать ненужной общественной нагрузки. Говорят, что в конце 1970-х актёра всерьёз рассматривали в качестве кандидата в депутаты Верховного Совета СССР. Но на пышном банкете, организованном в честь потенциального кандидата, Иннокентий Михайлович произнёс тост, который напугал чиновников и лишил его малейшей возможности стать кандидатом: «Я хочу выпить за то, чтобы полки магазинов заполнились, а на столах наших избирателей появились такие же продукты, какие я вижу здесь».
Премьера Пятого элемента в 1997 году стала для Миллы Йовович настоящей точкой отсчета. Ей было всего двадцать два, это была ее первая крупная роль, и выход на красную дорожку Каннского фестиваля должен был звучать как громкое заявление. Милла выбрала платье Джона Гальяно из его египетской коллекции.
Образ получился вызывающим, ярким, дерзким. Толпа фотографов моментально сошла с ума — на таком консервативном киносмотре наряд выглядел почти вызывающим вызовом.
Но за кадром происходило куда более драматичное действие. В первые же секунды выхода платье начало разваливаться прямо на актрисе. Настоящий ужас для любой звезды — сотни объективов, вспышки, фанаты — и риск оказаться обнаженной в прямом смысле слова. Милла растерялась, и, честно говоря, ситуация могла стать одним из самых громких скандалов тех лет.
И вдруг на помощь пришла Деми Мур. Она была рядом, чтобы поддержать тогдашнего супруга Брюса Уиллиса, партнера Миллы по фильму. И именно у нее в сумочке оказался маленький набор для шитья, который она мельком захватила в отеле. Пока Бессон и Уиллис заслоняли Миллу от сотен фотографов, Деми буквально спасала наряд на ходу. Несколько быстрых стежков — и выход, который мог закончиться катастрофой, превратился в легенду.
История живет уже почти три десятилетия и звучит как напоминание: иногда звездный момент держится на одном маленьком стежке и человеке, который оказался рядом вовремя.
