По поводу красавиц и уродин, древняя легенда.
Жил на свете отважный и благородный рыцарь. Как все отважные рыцари, посвящал он себя сражениям и приключениям. И вот, как это частенько бывает, если посвящаеш себя сражениям и приключениям, попал он в крупные неприятности. И, скрываясь от этих неприятностей в глухом лесу, вышел он к одинокой
Рыцарь был действительно отважен и благороден и когда опасность миновала, повел ведьму к алтарю. И вот у алтаря ведьма и говорит:
- О рыцарь, за то, что ты сдержал свое слово, тебе дается выбор. Я могу быть красавицей днем и уродливой ведьмой ночью или наоборот, уродиной днем и красавицей ночью.
У легенды есть 3 продолжения.
1. Продолжение 12 века:
Отважный и благородный рыцарь ответил:
- О жена моя, будь красавицей днем, что бы все восхищались тобою, а дома в темноте ночи, я буду видеть тебя глазами моей любви.
2. Продолжение 16 века:
- О жена моя, я люблю тебя и твое желание для меня превыше всего. Пусть будет так, как ты хочеш.
На это ведьма сказала:
- За то, что ты поставил мнение женщины выше собственного, я буду красавицей и днем и ночью.
3. Продолжение 20 века:
Как видите, не важно, красавица женщина или уродина. Важно, что внутри она все равно ведьма.
Лето. Муравей в лаптях, рубашке, перетянутый ремешком тащит бревно.
Мимо пролетает стрекоза, ceксапильная в мини-бикини.
Муравей: Стрекоза, куда летишь?
Стрекоза: На пляж, позагораю.
Муравей: Ну, ну басенку то помним.
Осень. Муравей в кирзовых сапогах, фуфайке, кепке тащит бревно, мимо опять стрекоза в кожанном пальто, навороченная.
Стрекоза: Да прохладно уж стало, полечу на Канары, отдохну, позагораю.
Муравей: Ну, ну.
Зима. Муравей в валенках, тулупчике, шапке ушанке тащит бревно. Мимо стрекоза в норковом манто, расфуфыренная.
Муравей: Стрекоза! Куда ты?
Стрекоза: В клуб, там сегодня вечер литераторов, полечу потусуюсь!
Муравей: Крылова увидишь? Стрекоза: Ну, может и увижу! Муравей: Так передай, что он м@дак!
Стрекоза: Ну, может и увижу!
Муравей: Так передай, что он м@дак!
Два художника сидят, неспешно выпивают. Вдруг один говорит:
- Представляешь, мне сегодня приснилось, что я умер.
- Ох, прекрати.
- Серьезно, приснилось. Сон же дело такое, его бояться не надо. И вот я умер и подхожу к воротам Рая. А меня привратник не пускает. Говорит, что художникам в Рай нельзя, они при жизни создавали свои миры, брали на себя роль Творца. А это грех.
- Ну, логика в этом есть.
- Я тоже так подумал. Поэтому не стал спорить и пошел вдоль забора. И вдруг вижу, там, за райской оградой, кого бы ты думал?
- Кого?
- Тебя! Я возвращаюсь к привратнику и говорю, мол, как же так? Он художник и я художник. Но ему в Рай, получается, можно, а мне нельзя. Где справедливость?
И знаешь, что мне сказал апостол? - Что? - Перестаньте, говорит. Ну какой он нахрен художник?!
- Что?
- Перестаньте, говорит. Ну какой он нахрен художник?!
- Назови самое главное событие в твоей жизни.
- Рождение.
- Ну, допустим. А второе по значимости?
- Смерть.
Совесть придумали злые люди, чтобы она мучила добрых.
Нет в шоколаде шоколада,
Давно нет мяса в колбасе,
Становится чуть-чуть тревожно,
А вдруг и в людях нет людей?
Празднование Нового года подобно первому ceксуальному опыту: долгое, волнительное ожидание сменяется недоумением и это всё?
При дрессировке кошки главное - сделать вид, что вы отдали именно ту команду, которую она выполнила.
Из дневника:
День 1. Решила сесть на диету.
День 2. Решила больше не принимать скоропалительных решений.
Чем старше я становлюсь, тем лучше понимаю ведьм из сказок, которые селились в глухом лесу и убивали всех, кто их побеспокоит.
- Услышал по телевизору, что взрослому льву требуется 20 часов на отдых каждый день. Ну, звездец, так и знал, что я - взрослый лев!
В подлокотнике дивана, в складке обивки, лежала пара презервативов, ибо прикроватной тумбочки нет, а так всегда под рукой...
Вот ответьте, откуда у женщин эта привычка: во время шитья втыкать иголки в обивку?!
На 1 января запланировали катание на санках! Если снег не выпадет, это нас, конечно, огорчит, но не остановит!
Друг познается в беде, в подруга - на отдыхе.
Сидит старый шотландец в пабе, сидит, пивко потягивает, трубку курит. Сидел, сидел и говорит:
— Вот эту мельницу, построил я сам, ОДИН(!)… собрал камней, намесил раствор и построил… но почему-то никто не называет меня Макфларен-строитель мельниц. Посидел, отхлебнул пива, затянулся.
— Вот этот сад, в котором сейчас самые большие урожаи фруктов и ягод, посадил я сам, ОДИН(!)… все радуются и собирают плоды. Но почему-то никто не называет меня Макфларен-садовник.
Посидел, отхлебнул пива, затянулся.
— Вот этот мост, построил я сам, ОДИН(!), спилил деревья, ошкурил и сделал мост, теперь по нему ездят машины, ходят люди. Но почему-то никто не называет меня Макфларен-строитель мостов.
Посидел, отхлебнул пива, затянулся. — Но стоило один раз отыметь овцу…
— Но стоило один раз отыметь овцу…
