сенсорами, и прочими радостями современной инженерной мысли.

По итогам этого облёта была составлена подробнейшая 3D-карта линии электропередач и всего, что находилось под ней. Деревья, ветки, просветы, рельеф — всё было измерено чуть ли не с точностью до сантиметра.

Мы занимались data warehousing для всего этого проекта. Собственно, СУБД с терабайтами данных, и их анализ/визуализация — это наш хлеб с маслом.

Дальше была построена математическая модель высоковольтных проводов: их провисания, нагрева, расширения, раскачивания на ветру, и прочих весёлых физических явлений, которые в учебнике выглядят безобидно, а в реальной жизни превращают пол-Калифорнии в костёр.

Провода ведь греются. А когда они греются, они расширяются. А когда расширяются — сильнее провисают. А если в этот момент поднимается ветер, они ещё и начинают раскачиваться. И если внизу под ними радостно торчат ветки деревьев, то в какой-то момент провод может сказать ветке: "здравствуй, дерево", — и начнётся пожар.

Всё это было просимулировано до тонкостей. Что будет, если всем жителям Сан-Франциско и окрестностей вдруг одновременно захочется заварить чаю, испечь хлеба, включить кондиционеры, зарядить свои Теслы, а поверх всего этого ещё и поднимется шторм.

По итогам были сделаны вполне конкретные рекомендации: какое дерево спилить, какому обрезать ветки, и насколько именно.

С этим списком необходимых работ идём мы назад к заказчику.

— А вот это дерево надо спилить.

— Спилить? Вы с ума сошли. Только обрезать ветки.

— Если его не спилить, у вас не останется никакого запаса безопасности при опасном раскачивании проводов.

— Я знаю.

— Тогда в чём проблема?

— Проблема в том, что по каждой обрезанной ветке я обязан отчитываться перед властями и докладывать, сколько именно футов я от этой ветки отпилил. А дерево, которое вы предлагаете спилить, вообще находится в охранном реестре штата Калифорния, и если я его спилю, меня губернатор с говном съест.

...?

— И что вы тогда предлагаете сделать?

— Сделайте другое решение. Чтобы дерево не пилить, а только обрезать ему ветки.

— Но при худшем сценарии зазор будет нулевой.

— Остаётся надеяться, что худшего сценария не будет.

Сделали мы ему “решение”. Ветки, да, обрезали.

А на следующий год худший сценарий таки произошёл, и всё сгорело нах[рен]. Вместе с деревом, находившимся в охранном реестре штата Калифорния.

На нас потом хотели подать в суд. Но мы, с@ка, тоже не лыком шиты, и все ходы у нас были записаны.

Мы предлагали? Предлагали.

Ты нас послушал? Не послушал.

Ну вот и иди теперь по известному адресу.

на 3 года. Я снова пошла в магазин и добилась, чтобы они дали мне гарантию на 3 года.

Я представляю, как она их там достала! И так во всем. И эти 3 года у нее, как притча во языцех. Где только можно, она требует гарантию на 3 года, и часто добивается!

Так вот. Эта дама является одинокой особью (а кто бы смог с ней жить в одной квартире больше 1-го часа!) лет 35, довольно приятной наружности, (и похуже бывали по пьянке) и почему-то именно ко мне весьма неравнодушна. В повседневной жизни это проявляется в виде невинных шуток и намеков, которые меня уже начали доставать, а во время "корпоративов" я уж не знаю, куда от нее деваться.

Кто-то скажет: да трахни ты ее!!! Ну, не лежит у меня к ней душа, или попросту говоря – не стоит на нее!

А тут недавно что-то отмечали, и она, приняв изрядную дозу, говорит как бы в шутку (и момент же, стерва, выбрала подходящий: во время всеобщего галдежа на секунду повисла тишина):

— Ну, и когда же ты докажешь, что ты мужчина!?

Пришлось ответить:

— Наверное, никогда. Потому что тебе окажи услугу, а ты захочешь гарантию на три года. А потом каждый день будешь требовать проверки качества услуги!

Ей повезло: родители понимали, что без хорошего образования девочке не выкарабкаться из этой вечной бедности, и старались дать ей возможность учиться. Еще один бонус, который она получила в раннем детстве: ее с первых лет учили уважать себя и никогда не сидеть без дела. Не жди, что "сами придут и сами все принесут", умей всего добиваться сама, работай – и тогда не пропадешь. Уже в отрочестве Монсеррат работала то швеей, то продавщицей, чтобы самой платить за уроки музыки, итальянского и французского.

Детская мечта Монсеррат исполнилась: она стала певицей. А вот с личной жизнью никак не ладилось. Однажды она попала в жуткую аварию, получила серьезную травму головы, в которой пострадал участок мозга, отвечающий за жиросжигание. Врачи спасли девушку, но стройной она уже никогда не была. Было очень обидно при росте 161 сантиметр весить больше ста килограммов, хотелось быть изящной, трогательной, нравиться мужчинам... После аварии певица годами сидела на строгой диете, но похудеть ей так и не удалось. Был еще такой момент, который сильно подкосил ее веру в себя. Один итальянский импресарио, которому она предложила сотрудничать, рассмеялся прямо в лицо: ну куда тебе, толстухе! Найди у себя в Барселоне какого-нибудь парня попроще, пеки ему пироги, да и хватит с тебя! Но в своем голосе она не сомневалась, и карьерные амбиции не оставила. А что до любви... Ближе к тридцати девушка начала думать, что все эти романтические истории не для нее: она никого не любила, ее никто не любил; что ж, и без этого можно быть счастливой! Она не знала, что золотой голос скоро поможет ей встретить "первого и единственного", мужчину всей жизни.

Было так: в 1962 году 29-летняя Монсеррат смотрела на оперный спектакль, в котором пел знаменитый на всю Испанию Бернабе Марти. Жгучий красавец, молодой – всего 34 года, он был настоящим мастером. Девушка пошла аз кулисы выразить коллеге свое восхищение. "Он выглядел таким вежливым и предупредительным, таким джентльменом! Предельно обходительным, но бесконечно холодным. Я была страшно разочарована и подумала про себя: почему он не может быть хоть чуть-чуть более похож на того, кем был на сцене? " — рассказывала певица.

Прошло несколько месяцев. Кабалье пела в "Мадам Баттерфляй", и Марти попросили заменить артиста, который исполнял одну из основных партий. Он не успел выучить свою партию. Кабалье, для которой такое в принципе было немыслимо, прикрывала губы японским веером и подсказывала ему слова. Спектакль был спасен, но Кабалье возмутило, что Марти опять держался со своей странной холодностью: в любовной сцене они должны были поцеловаться, но Марти не сделал и шагу ей навстречу. Монтсеррат сказала об этом главному гримеру: непрофессионально себя ведет тенор, уж не съела бы она его! Понятно, что гример проболтался: на следующем спектакле Барнабе Монти страстно обнял Монтсеррат и поцеловал так пылко и нескромно, что это явно выходило за рамки роли! "Я была безумно счастлива и яростна одновременно. В антракте я очень резко бросила ему: "Как вы могли так нескромно обращаться с леди на глазах у публики? "Монти усмехнулся и самодовольно ответил: "С леди нет, а с женщиной, которая говорит, что я слишком робкий – да! "

Певица злилась, была уязвлена, обескуражена – но уже тогда она понимала, что это мужчина ее жизни.

Вскоре тенор начал вот эти мутные, хорошо известные каждой девушке разговоры про "свободные отношения": ты мне нравишься, ты мне очень нравишься, но я пока не готов ни к чему серьезному... Давай попробуем, посмотрим, что из этого выйдет. Мы же современные, свободные люди! Бернабе видел, что девушка по уши в него влюблена и не сомневался, что она согласится. Но Монсеррат выслушала все это и резко ответила на языке своего родного бедного квартала Барселоны: "Так. Или мы женимся, или мы не встречаемся вообще". Ошеломленной Бернабе перевел разговор на музыку. После этой встречи они расстались. Монсеррат знала, что больше они не встретятся. На душе было темно и холодно, все время хотелось плакать. Но поступиться самоуважением она не могла.

Прошло несколько месяцев, Бернабе позвонил: "Я просто хочу пожелать удачи перед выступлением".

Потом позвонил еще раз:

— Мы можем увидеться?

"Зачем? " — подумала Монтсеррат и повесила трубку.

Потом Бернабе пришел к ним домой и чуть ли ни с порога сказал матери девушки: "Сеньора Кабалье, я простой человек и не знаю дипломатических тонкостей, поэтому без лишних слов хочу попросить руки вашей дочери". Неизвестно, кто больше опешил: Монсеррат или ее мама. Но помолвка была назначена в тот же день! Официальное предложение Бернабе Марти сделал очень красиво: они снова пели вместе пели "Мадам Баттерфляй", и он встал на одно колено и подарил Кабалье кольцо.

Жениться решили в храме на вершине горы Монтсеррат. По дороге невеста и ее мама попали под бурный ливень, их автомобильчик сломался, добирались на перекладных. Под венец будущая звезда мировой оперы шла в перепачканном платье и с мокрой прической. Но оказалось, что это было к счастью. Семья у Монсеррат получилась счастливая, полная любви и радости. У Бернабе и Монсеррат родилось двое детей, их дочь тоже стала оперной певицей. Бернабе скоро оставил сцену, больное сердце больше не позволяло ему петь. Монсеррат звонила ему из любой точки мира – ей так хотелось услышать голос любимого, что многозначные счета от телефонных компаний даже не огорчали.

Мировой знаменитостью певица стала через год после того, как вышла замуж. Оперная прима Мэрилин Хорн заболела, и Монсеррат позвали заменить ее в американском "Карнеги-холл". Она спела партию Лукреции Борджиа и вызвала овации на 20 минут. Все ведущие газеты наутро писали, что Монтсеррат "лучшее сопрано мира".

Где-то в Италии в досаде и бессильной злобе кусал кулачки тот самый хам-импрессарио.

фильма с его участием. Актера режиссер знал по цирку, при этом, в веселом клоуне он сумел обнаружить черты непутевого Иорданова. И в своем выборе Кулиджанов не ошибся.

Юрий Никулин вспоминал:

"Увидев режиссера Кулиджанова в первый раз, я подумал: "Вот так, наверное, должны выглядеть хорошие педагоги". Лев Александрович производил впечатление человека спокойного, уравновешенного и собранного.

— Как вам роль? — спросил он сразу.

— Понравилась, но не знаю, смогу ли сыграть ее, — признался я чистосердечно.

— Умоляю вас, не играйте. Только не играйте! И вообще, не говорите слово "играть". Будьте сами собой. Считайте, что ваша фамилия не Никулин, а Иорданов. И живете вы в Москве, в старом доме. Вам пятьдесят лет… Вы побродите по улицам, зайдите в магазины, присмотритесь к людям, похожим на вашего героя. Они встречаются в Москве.

Этот совет я выполнил. Ходил около пивных, мебельных магазинов, смотрел, примеривался…"

Насколько удачно актер вошел в образ, можно судить по одной забавной истории. В самый первый съемочный день, когда снимался эпизод в мебельном магазине, Никулин приехал на съемочную площадку в гриме и костюме Иорданова и хотел было войти в магазин. Однако, директор магазина внезапно загородил ему проход. Трехдневная щетина и мятый костюм Никулина произвели на него соответствующее впечатление.

"Куда вы, гражданин? " — грозно спросил директор. "Мне в магазин", — ответил Никулин. "Нечего вам там делать! " — еще более насупил брови директор. "Да я — актер, в фильме снимаюсь". "Знаем мы таких артистов! С утра глаза зальют и ходят, "спектакли" разыгрывают! Идите прочь, пока я милицию не позвал! "

В этот момент к месту событий подошел сам Кулиджанов и заступился за актера. От слов режиссера у директора глаза округлились еще больше. А режиссер откровенно радовался: "Ну, если народ вас так воспринимает, значит, в образ вы вошли прекрасно".

есть охотники, есть и браконьеры. Я своими глазами видел, как отец вправляет лапу лисице, которая попала в капкан и пыталась перегрызать лапу, чтобы выбраться. Отец нашел ее раньше, чем смерть, освободил ее и вылечил, несмотря на то, что она много раз пыталась откусить ему пальцы. Она сильно хромала, но выжила. Самый удивительный случай — это когда отец в лесу под деревом нашел огромного умирающего ворона. Он лежал, почти полностью засыпанный снегом и не мог даже пошевелиться — крылья были прострелены дробью. Родители забрали его, ни на что не надеясь, но вопреки здравому смыслу, спустя два тяжелых месяца ворон не только не умер, он даже смог взлететь. Так как это было в доме, взлетая, он опрокинул все книги, перебил всю посуду и чуть не разбил окно, но мама открыла форточку и он улетел. А теперь представьте, проходит примерно месяц и одним утром родители просыпаются от того, что кто-то громко и настойчиво стучит в окно. Подумали, соседи, но мама выглянула и увидела, что у окна кругами летает огромный черный ворон, а в зубах у него — толстая золотая цепь... Ворон в руки не дался, просто кинул цепь на пол, когда родители вышли на улицу, игриво потянул отца клювом за штаны, и улетел теперь уже навсегда.