Моня Рабинович подарил папе на 23 февраля самодельную открытку и получил от него на свой день рождения самодельный iРhоnе.
Рабинович эмигрировал в Нью-Йорк. Открыл кошерный ресторан и
Рабинович эмигрировал
нацепил плакат на окно: АРАБАМ ВХОД ЗАПРЕЩЕН. Через пару
дней утром в ресторан зашел мужик явно арабского вида.
Официант побежал к Рабиновичу узнать, что делать. Тот подумал и говорит:
- Ладно, я не хочу скандала. Дай ему бутерброд и кофе, но в счете
выставь двойную цену. Больше он сюда не сунется.
Официант так и сделал. Но на следующий день, в обеденное время,
араб снова появился в ресторане. Все повторилось, но на этот раз
Рабинович приказал взять с араба тройную цену. Тот поел,
заплатил, похвалил качество еды и спросил, можно ли зарезервировать
на вечер стол на 10 персон.Рабинович подумал и сказал официанту:
- Ладно, зарезервируй стол для него, но счет удесятеришь!!
Короче, пришел араб со своими друзьями. Заказал шикарный ужин
со всеми делами и расплатился без единого слова. На следующий
день на окне кошерного ресторана Рабиновича появился плакат: ЕВРЕЯМ ВХОД ЗАПРЕЩЕН.
ЕВРЕЯМ ВХОД ЗАПРЕЩЕН.
Рабинович вернулся из Парижа. Друзья к нему с вопросами: как там Париж, какие были приключения, каковы парижанки, похожи ли на одесситок?
- Ну как можно сравнивать?! - возмущается Рабинович. - Вот у меня было интимное свидание с одной парижанкой. Уж теперь-то я знаю всё точно!
- Так расскажи, наконец!
- Итак: на ней была накидка с капюшоном из люрекса, а когда она её скинула, то под ней оказалась блузка из розового шифона, прозрачная, как стекло! А юбка её была вся покрыта блёстками. Потом она сняла юбку... Бельё было отделано кружевами и прошито серебряными нитями... Потом она сняла с себя и бельё...
- И что же было дальше? - А дальше всё было точно так, как у нас в Одессе...
- А дальше всё было точно так, как у нас в Одессе...
- Рабинович, что ты думаешь про все, что сейчас происходит?
- Кто-то зарабатывает на всем этом нехилые бабки.
- Как по-вашему, Рабиновичу можно доверить тайну?
- Вполне. Четыре года назад ему повысили зарплату, а его жена и до сих пор не знает об этом.
Приходит как-то Рабинович к местечковому ребе.
- Ребе, можно курить в субботу?
- Конечно, нет!
- Но вы же курите?!
- Так я ни у кого и не спрашиваю!
Рабинович на улице встречает Гольдберга.
- Сколько лет, сколько зим! Как ваши дела? Чем занимаетесь?
- Спасибо, потихоньку. Вот, засел за мемуары.
- Пишете мемуары? Это замечательно. Кстати, вы дошли уже до момента, когда вы у меня 500 рублей заняли?
Кстати, вы дошли уже до момента, когда вы у меня 500 рублей заняли?
Финальный матч чемпионата мира по футболу Россия-Германия. На поле выходит германская команда, вместо нашей выбегает один Онопко, сильно с бодуна. Судья:
- А где, собственно, команда?
Онопко:
- Понимаете, ребята уквасились вчера здорого, отмечали выход в финал, только один я и успел проспаться.
- Как же вы будете играть?
- Да, вот...
Вдруг на поле появляется Рабинович и кричит Онопко:
- Запиши меня, сыграем?! Записывай, выиграем обязательно!
Через некоторое время он его уломал. Прошло 80 мин., голос диктора:
-Итак, мы ведем репортаж с матча сборных России и Германии. Счет 40:0! Одиннадцать истинных арийцев гоняются по всему полю за евреем, а Онопко забивает свой 41-й мяч в пустые ворота!
В КГБ Рабиновича отговаривают ехать в Израиль:
—Думаете, вам там будет хорошо? Знаете, как говорится, хорошо там, где нас нет!
—Вот-вот, я и еду туда, где вас нет!
В квартире Рабиновича раздаётся стук в дверь. Тишина. Опять стук в дверь.
- Откройте!
Опять тишина. Опять стук.
- Открывайте!
Наконец робкий голос из квартиры:
- Кто там? - ОБХСС! - Уф-ф! А мы думали - родственники из Бердичева.
- ОБХСС!
- Уф-ф! А мы думали - родственники из Бердичева.
Рабинович пришёл в одесскую синагогу за отпущением грехов.
Но по инерции тут же украл у раввина часы.
- Скажи-ка мне, - спросил его раввин, - какие на твоей совести грехи?
- Украл часы у хорошего человека. Ребе, хотите, я их вам отдам?
- Нет, их следует вернуть тому, кому они принадлежат.
- А если он этого не хочет? - Коли так, оставь их у себя, сын мой, и не печалься.
- Коли так, оставь их у себя, сын мой, и не печалься.
Рабинович впервые пришёл на бега. Он поставил на никому неизвестную лошадь и выиграл! Тотализатор выплатил ему 641: 10. Шлемензон стоит рядом, бледный, как полотно, и просит:
- Яша, ну скажи мне, кто дал тебе этот совет?
- А зачем мне чей то совет? В программке я прочёл: « Конюшня Розенфельда, кличка лошади - Рахель». Вот я и сказал себе: - Это же еврейская лошадь, как-нибудь прорвётся!
- Это же еврейская лошадь, как-нибудь прорвётся!
Рабинович приходит к Абрамовичу и видит, что тот припал к щелке и заглядывает в ванную комнату.
- Моня, что это ты делаешь?
- Тсс! Я смотрю, как моя жена моется в ванне!
- Ты что, за двадцать лет ни разу не видел её голой? - Голой-то видел. Но чтобы она мылась...
- Голой-то видел. Но чтобы она мылась...
- Алло, это похоронное бюро?
- Да.
- Это Моше Рабинович. Умерла моя жена, надо договориться о похоронах.
- Так вы же похоронили жену месяц назад? - А я снова женился. - Понятно, примите наши поздравления!
- А я снова женился.
- Понятно, примите наши поздравления!
- Рядовой Рабинович, какие вы предпримете шаги, если окажетесь один на один с противником ?
- Большие !!!