Рабинович приходит домой и говорит жене с улыбкой:
- А меня с работы уволили!
- Яша, я не поняла, а что это ты довольный-то такой? - А остальных то посадили... .
- А остальных то посадили... .
Рабиновича принимают в партию. Секретарь проверяет политическую грамотность:
Рабиновича принимают
- Hазовите 30 великих марксистов!
- Маркс, Энгельс, Ленин.. . - Так, а еще? - Вы, товарищ секретарь, и 26 бакинских комиссаров!
- Так, а еще?
- Вы, товарищ секретарь, и 26 бакинских комиссаров!
В фотоателье к Яше Рабиновичу приходит Фима Циперович и просит:
- Сфотографируйте меня, чтобы я выглядел героически.
- Хорошо. Давайте вот сюда поставим водочку и жареную курицу, а вы таки гордо отвернётесь.
70-е годы. В аэропорту Шереметьево евреи-эмигранты ждут самолёт на Вену. По радио объявляют:
- В связи с вылетом в Париж делегации ЦК КПСС рейс на Вену задерживается.
Ещё через час:
- Рейс в Вену откладывается в связи с вылетом в Рим делегации ВЦСПС.
Рабинович говорит приятелю: - Слушай, Фима, если они все улетают, может, нам уже стоит остаться?
- Слушай, Фима, если они все улетают, может, нам уже стоит остаться?
- Как, вы не знаете, как меня найти?! Ведь все очень пpосто: вы идете на Деpибасовскyю, там заходите в пеpвый пpоyлок спpава и попадаете во двоpик. Здесь кpичите: "Рабинович!!!" - во всех окнах появятся люди, а в одном окне не бyдет никого - там живy я, моя фамилия - Шапиpо.
Только что закончилась Гражданская война, дефицит продовольствия, строгие предписания относительно предельных цен на продукты.
Рабинович продаёт гусей по пятьсот рублей за штуку и процветает. Сосед хочет последовать его примеру и помещает в газете объявление, тут же являются чекисты и конфискуют его гусей.
- Яша, - спрашивает сосед, - почему ЧК не приходит к тебе? Ты ведь продаёшь своих гусей за те же пятьсот рублей.
- А что ты написал в объявлении?
- Я написал: продаю гусей по пятьсот рублей за штуку.
- Ну, ты поступил очень глупо. Я всегда пишу так: "В воскресенье на
Соборной площади потеряны пятьсот рублей. Нашедший получает в награду гуся". И на следующий день пол-Одессы приносят мне потерянные пятьсот рублей...
- Рабинович, не зайдете ли чайку попить.
- А почему бы и нет?
- Ну нет, так нет.
- Алло, это похоронное бюро?
- Да.
- Это Моше Рабинович. Умерла моя жена, надо договориться о похоронах.
- Так вы же похоронили жену месяц назад? - А я снова женился. - Понятно, примите наши поздравления!
- А я снова женился.
- Понятно, примите наши поздравления!
- Здравствуйте, мосье Рабинович, как ваши дела?
- Помаленьку, мосье Гольдберг, а ваши?
- Тоже так потихоньку. У меня к вам интересное дельце. Для вас есть роскошная невеста - молодая вдова, редкой красоты, очень серьезная.
И невинная.
- Как невинная? Вы же сказали, что она вдова. - Ой, одно слово что вдова, это было так давно, она уже все забыла!
- Ой, одно слово что вдова, это было так давно, она уже все забыла!
- Рабинович, почему тебя не взяли в армию?
- Исключительно из-за зрения. Вот ты, например, видишь гвоздик? Во-он там! - Где? - Ну вон там! - А-а-а, вижу! - А я нет!
- Где?
- Ну вон там!
- А-а-а, вижу!
- А я нет!
Родственники и друзья хоронят
Рабиновича.
У могилы стоит ребе, который зачитывает его заслуги:
- Сегодня мы провожаем в последний путь знаменитого писателя Рабиновича.
Удивленный Цукерман спрашивает у жены покойного:
- Циля, а почему писателя? Я никогда не видел его книг или статей!
- Изя, шо ты такое говоришь?! Знаешь какое гениальное он написал завещание!
Моня Рабинович пишет на доске: "Нет сщастья в этом мире! ".
- Моня, не "сщастья", а счастья.
- Вы таки и вправду думаете, Берта Давыдовна, что если я правильно напишу, оно тут же появится?
Рабинович стоит на перекрестке возле светофора. Загорается желтый свет,
Рабинович стоит
потом зеленый, а он все стоит, не переходит. Снова загорается красный,
и так повторяется довольно много раз, но Рабинович все стоит на месте.
Наконец, один из прохожих не выдерживает:
- Рабинович, да чего вы ждете-то? - Вы знаете, что-то я им сегодня не верю!
- Вы знаете, что-то я им сегодня не верю!
Звонок в дверь. Открывает Рабинович. На пороге стоит худой бледный молодой человек с горящими глазами, рюкзачком за плечами, книжкой в руках и спрашивает:
- Скажите, вы верите в Бога? - Ой, я вас умоляю! Мы же его и придумали!
- Ой, я вас умоляю! Мы же его и придумали!
У Рабиновича родился ребенок. Пришли родственники посмотреть. Дядя-пианист Хаим пощупал пальчики у младенца, почмокал губами:
— Будет скрипачом, как Давид Ойстрах!
Дядя Янкель не соглашается:
— Хаим, ты только посмотри, какое лицо умное, какой лоб высокий! Это же будущий Эйнштейн!
Тетя Хая:
— Да что Вы говорите! ? Какой Ойстрах, какой Эйнштейн! ? Вот увидите — он будет во главе правительства или в министерстве. Это же надо такое — обгадился, а смотрит соколом!