Мюллер говорит Штирлицу:
- Штирлиц, вы арестованы!
- По какому обвинению?
- Да какая разница - ты ведь всё равно отмажешься, а нам надо создавать видимость работы...
Штирлиц уже три месяца слал в Центр одну и ту же шифровку:
4207 1801 2275 4408
6872 4589 5533 7928
3473 5600 1956 7639
Но тщетно, ни на одну из этих кредитных карт не поступало ни копейки зарплаты.
Штирлиц в третий раз терял передатчик и его весь вечер бил озноб.
Озноб был радистом, и без передатчика ему было нелегко.
Во время воздушной тревоги Штирлиц снова пробрался в кабинет Шелленберга. Он никогда не упускал возможности позвонить в Москву нахаляву.
- Штирлиц, - сказал Мюллер, - вы, часом, не еврей?
- Ну, да! Мать русская, отец русский, а я почему-то еврей, - обиделся Штирлиц и подумал: "Не сболтнул ли я чего лишнего? "
Aмериканцам не понять, что человек по фамилии Мюллер в принципе не сможет раскрыть нашего агента!
Разговор двух немецких разведчиц:
-Представляешь, Мюллер потребовал, чтобы я переспала со Штирлицем и выведала у него план наступления советской армии на Берлин! -А если он ничего не расскажет? -Ну тогда хоть пересплю.
-А если он ничего не расскажет?
-Ну тогда хоть пересплю.
Мюллер Штирлицу:
- Мы в 1941 не взяли Москву, потому что были морозы 40 градусов.
А сейчас жара 40 градусов и им опять все нипочем. - Видите ли, Мюллер: все, что 40 градусов - русскому хорошо.
- Видите ли, Мюллер: все, что 40 градусов - русскому хорошо.
-Стой, кто идёт?!
-Дождь,- сказал Штирлиц и забаробанил пальцами по стеклу.
Мюллер на совещании:
- Все свободны. А вас Штирлиц я попрошу остаться.
- Ну попросите.
- Ну Штирлиц,.....ну останьтесь,....ну пожалуйста...
Штирлиц встретил врагов свинцом.
Винцо врагам очень понравилось.
- Штирлиц, имейте совесть - когда вы заплатите за телефонные разговоры с Москвой?
Штирлиц: - А с какой стати я их должен оплачивать? Я ведь по работе!
- А с какой стати я их должен оплачивать? Я ведь по работе!
Ведущих участников съёмочной группы «Семнадцати мгновений весны» пригласили в Кремль для награждения.
Завели в чудесную, просторную светлую комнату, где на них с большой теплотой глядят председатель КГБ и сам Леонид Ильич. Справа от вручающих - стол с красной скатертью, на столе - ордена и медали.
Сыгравший Штирлица Тихонов смотрит: «Не может быть! » Среди наград - «Герой Советского Союза».
Все до единого, однако, получают «обычные» госнаграды и вскоре покидают комнату; последним уходит Тихонов…
- Слава, - неожиданно произносит улыбающийся председатель Комитета, - а вас я попрошу остаться.
Тихонов, счастливый, оборачивается и видит мерно приближающегося к нему главу КГБ.
- Понимаете, Слава… - негромко говорит тот, - Леонид Ильич очень хотел бы, чтобы новую звезду «Героя Советского Союза» вручили ему лично вы.
Штирлиц выстрелил вслепую. Слепая испугалась и побежала скачками, но качки быстро отстали.
Мюллер знал, что русские, размешав сахар, оставляют ложку в стакане. Пытаясь разоблачить
Штирлица, Мюллер наблюдал за ним в кафе.
Штирлиц взял стакан с чаем, размешал сахар, вынул ложечку, положил ее на блюдце и показал
Мюллеру язык, а затем начал пить чай, по привычке придерживая несуществующую ложку.