девочка и треплется по телефону. Вдруг к ней подбегают два чувака и начинают телефон отнимать. Преподаватель схватила телефон и давай звонить в милицию:

— Тут те самые наркоманы наверное, телефон у девушки отнимают!

— Хорошо, задержите их, мы выезжаем

— КАК ЗАДЕРЖАТЬ, ВЫ ЧТО???

— Ну придумайте...

Она не придумала. Махнула рукой и занялась своими делами. Часов в пять вечера приезжает милиция, с вопросом: "Ну и где они?". Немая сцена, потом вопль учительницы:

— А Я ЧТО, ПО-ВАШЕМУ ДОЛЖНА БЫЛА С 11 УТРА ДО 5 ВЕЧЕРА ИХ ТУТ РАЗВЛЕКАТЬ?

Милиция возмутилась, мол вы тут не шумите, а то арестуем вас за неоказание помощи милиции, но офигевшая от идиотизма ситуации девушка выперла их из кабинета.

На следующий день она наблюдает такую картину из того-же окна: по периметру школьной территории в каждом кусте сидит по милиционеру.

Человек 50. По стадиону, демонстративно разговаривая по телефону, перемещается девушка. К ней подходят вчерашние наркоманы и тут милиция на них кидается. И что самое смешной в этой ситуации: ОДИН НАРКОМАН ТАКИ УБЕЖАЛ!

жонглировали покрышками от БелАЗа (ну ладно, это я чуть загнул) и всеми другими способами развлекали непривычную к такому советскую публику. Так дело дошло до очередного конкурса, в котором требовалось как можно быстрее протащить на заданную дистанцию сани с офигенным грузом — не то 500 кг, не то вообще тонну.

Первый из силачей подошёл к саням, взял верёвку, упёрся, хэкнул, со всей силы дёрнул — сани проползли немного и встали. Он перешагнул, упёрся, хэкнул, дёрнул — и так всю дистанцию. За ним второй, за ним третий. Только последний из них поступил иначе. Он впрягся в сани, поднатужился, рванул — и побежал. Это выглядело зверски смешно и нелепо: багровый от натуги мужик с огромной силой отталкивается от пола для того, чтобы, подпрыгивая в удерживающей его верёвке, бежать почти на месте — сани ползли со скоростью дай бог сантиметров десять в секунду. Но при этом он не только прошёл дистанцию вдвое быстрее других участников, но и в следующем конкурсе был очевидно свежее всех и легко его выиграл.

Так вот, прочие участники того чемпионата — это как раз те, кому элементарные школьные знания в жизни не пригодились.

советских женщин, и лично Валентина Терешкова, которой мама в отчаянии написала письмо из нашего городка. Но это другая история.

Ушел отец осенью, в гараже остались все "закрутки", домашние консервы и картошка в подполе. Все это он увез своей родне в деревню.

В те годы просить материальную помощь у государства было стыдно. А мама — очень гордый человек. Никто из родни не догадывался, что живем мы... не очень сытно. Папа от алиментов "бегал" несколько лет. Жили на зарплату библиотекаря, плюс потом мама нашла подработку.

Это все преамбула. Теперь сама история. Зиму мы пережили. По весне в библиотеке маме выделили участок "под картошку" за городом. Каких трудов стоило засеять! Семенную картошку рубили лопатой на несколько частей, чтобы был "глазок" на кусочке - тогда хватило на засев. Сажали мама и мы - три дочки. Старшей — 10, а мне, младшей, целых 5 лет. За неделю управились. Потом все лето - то собирали колорадского жука, то окучивали....

И вот приехали копать картошку. А ее уже кто-то выкопал.... Никогда не забуду, как горько плакала мама на этом поле. А я нашла на обочине в жухлой траве драные халаты, в которых орудовали воришки. Из кармана одного из халатов выпали два золотых кольца: обручальное и перстень с красным камешком (рубин), в кармане второго халата были новые "командирские" часы... Видимо, воры сняли украшения, положили в карман своей рабочей одежды, чтобы не испачкать и в спешке забыли.

С тех пор я искренне верю, что справедливость существует.

и с чувством собственного достоинства представляется он.

Впоследствии — от него же — мы узнали, что ему действительно шесть лет. А сам он тут же перешёл "к наступлению":

— А сколько лет вашему сыну?

— Три.

— МАМАААА! Ему действительно три, я же говорил, — завопил Геннадий куда-то в конец площадки. Оттуда в ответ раздалось громкое, но не очень настойчивое:

— Геннадий, иди сюда!

Не обратив никакого внимания на зов, Геннадий схватил погремушку, лежавшую в коляске, очень бодро направился к нашей дочке, которая уже проснулась от его крика и заплакала. Мальчик свесился в коляску и начал с остервенением трясти ей перед лицом девочки.

— Я знаю, это нравится малышам!

Чтобы отвлечь его внимание и взять дочку на руки, я спросила:

— У тебя есть младший брат или сестра?

На что получила очень подробный ответ, что да, есть брат, ему то ли три то ли четыре года, что у него аллергия (это было сказано шепотом и с круглыми глазами) и ещё много других подробностей. Когда дочка снова оказалась в коляске, он наклонился к ней и, громко кашляя ей в лицо, сказал:

— Уже успокоилась! Это хорошо.

И, к моему счастью, развернулся и пошел прочь. Но счастье мое оказалось недолгим: я увидела, что Геннадий направляется к нашему сыну.

— Геннадииииий! — опять послышалось издалека.

Но это опять не смутило парня, и он продолжал твердо идти в направлении сына и его велосипеда. Они были вдалеке, я не слышала, о чем был разговор, но было видно, что сын постепенно пятится назад. Вскоре появились они оба:

— Ну скажите ему, что мой велосипед ему слишком маленький! — грустно сказал мой ребёнок.

— Этот велосипед тебе мал, — важно сообщил Геннадию наш папа.

— Но если хочешь, можешь это сам проверить и немного покататься.

Геннадий тут же схватил велосипед, взгромоздился на него и укатил вдаль, оставив нашего сына с растерянным лицом.

— Не хватало бы нашему сыну немного гениного характера, — шепнула я мужу.

А он посмотрел на часы и крикнул:

— Геннадий, возвращайся-ка. Нам надо уходить.

Мальчик сразу спросил про причину нашего ухода. Муж объяснил, что ему надо работать (я-то знала, что до его работы ещё минимум часа два, но с готовностью затолкала свою книжку в сумку).

Геннадий же доверительно сообщил, что завтра они тоже придут и послезавтра тоже, и пригласил нас присоединиться. Потом он отрапортовал о своем расписании на неделю, чем он занимается по вторникам и четвергам да и в другие дни тоже.

И пока мы шли к выходу с площадки, он шел за нами, и в этот короткий промежуток времени мы узнали его полный адрес, имена родителей, имя его брата и бабушки, имя его кота и попугая, о его планах на выходные и ещё много чего прочего. Нисколько его не смущало "Геннадий! ", доносившееся издалека.

Мальчик горячо попрощался с нами. А потом краем уха мы уже услышали, как он бормотал себе под нос:

— Ну почему им всем всегда нужно срочно уходить?

Открыть бутылочку и спокойно выдохнуть.

Таксист, понимая всю сложность ситуации, подвёз Толика прямо до дверей супермаркета. Видать сам бывал в такой ситуации. И, взяв сто рублей, решил перекурить пока ждёт его обратно. Толик помчался как бешеный к двери. Но, вдруг, что-то заставило его остановиться. Он посмотрел в сторону мусорной урны и увидел рядом с ней маленького щенка, который не мог запрыгнуть в эту урну. "Видать, там что-то вкусное лежит", — подумал Толик и, взяв щенка, посадил его в урну и зашёл в магазин.

"Что-то долго его нет? Видать прямо в магазине похмеляется", — заволновался таксист. Толика не было минут пятнадцать. И вот дверь открылась и он выйдя направился прямо к урне. Достал пару пакетиков собачьей еды и вывалил на одноразовую тарелку. Щенок был очень голоден и смёл всё за несколько секунд. Толик взял щенка за пазуху и сел в такси. Эти несколько минут в машине была полная тишина. Таксист остановился у подъезда и протянул обратно Толику его сотню.

— Нет, ты что шеф? Эта твоя работа! Тебе тоже семью кормить!

— Бери! То, что я увидел сегодня стоит во много раз дороже. Спасибо тебе! Тебе нужнее. Кстати, меня Олег зовут!

Сегодня такая хорошая погода. Уже несколько лет подряд, сюда на озеро, на рыбалку, приезжают трое друзей: Олег, Толик и лохматый пёс по имени Бимка.

ходит подбирает котят. И не из тех, у кого в квартире много мурчаще-хвостатых. Ей просто достался такой кот. И кличка у него такая... говорящая — Мазай.

Сначала кот носил домой своих котят. Где-то на стороне гулял и приносил. Как весна к концу подходит — так начинается. Всегда черных нес, таких же, как он, как будто другие у него и не получались. Может быть и чужих воровал, чтоб только черные были, кто ж на даче там разбираться будет. Когда он приносил всех (по одному в день, мол, хозяйка так и было, ровно столько, а плюс-минус один — кто ж заметит) и делал перерыв на несколько дней, котята собрались в большую коробку и везлись в клинику. Лечить — вакцинировать — раздавать. Если кот прервался — значит всех, кого хотел уже притащил.

Потом хозяйке надоело. Однажды в дождливый осенний день Мазай приехал на кастрацию. Весной все радовались. До конца мая. В конце мая бедная женщина влетела в клинику и поставила коробку с котятами на стол, устало проговорив "Вы представьте себе, этот стервец чужих котят теперь тащит! Зато хоть разноцветных теперь! "

Вылечили, раздали. Одного, белого, женщина оставила себе. Назвала Герасимом, кастрировала и на следующую весну коты поехали на дачу вдвоем. Не брать с собой Мазая люди не могли, так как ехали насовсем, аж до зимы, но надеялись, что Герасим охладит его пыл.

И вот, конец весны. Каждое утро хозяйка тревожно выглядывает в окно, нет ли на крыльце котенка. Котят не было. Летом тоже. Коты мирно играли во дворе, занятые исключительно друг другом.

В сентябре женщина пришла ко мне в слезах, при этом истерически хихикая. За ней заходит муж, на руках у него...

"Вы представляете, смотрю я в окно, а два этих засранца под забором что-то на участок протаскивают, да еще натужно так! Аж надрываются! И дружно волокут к крыльцу нечто испачканное в земле, вдвоем. А оно отбрыкивается. Я на крыльцо выскакиваю, придурков разгоняю, а там — щенок! В два раза больше их обоих вместе взятых! Вот... " и протягивают мне лохматого малыша, месяцев полутора от роду.

Сейчас малыш подрос. В свои 10-11 месяцев он уже весит полных 40 кг. А Мазай с Герасимом в полнейшем шоке оттого, что притащили домой, пока сидят тихо как мышки и не выходят с участка.

Ждем конца лета и осени.