www.anekdo.net - наше зеркало для заграницы и VPN
* * *
"Мартиросян?"
* * *
* * *
Поэт Игорь Губерман рассказал историю:
"Когда я жил в Сибири, я наблюдал за своей женой повадки замечательно культурного человека.
Как-то утром в нашу калитку постучал мужик с мешком свинины, он где-то украл свинью, зарезал, но у себя в деревне, видимо, нельзя было продавать, и вот он принёс. Я купил кусок мяса, он ушёл. Вечером опять стук в калитку. Я открываю, он стоит пьяный, причём, видно, что по дороге он много раз падал. Он говорит: мужик, я тебя с утра приметил, ты такой хороший, позволь переночевать, я до своей деревни не дойду. Я повёл его в летнюю кухню, там стояла раскладушка, он на неё упал и мгновенно вырубился. Я его укрыл каким-то тулупом и вернулся домой. Всё это заняло пять минут. Жена говорит: кто там был? Я говорю: да вот мужик, он утром приносил мясо, а сейчас пьяный, попросился переночевать, и я его пустил. И вот здесь самое главное — моя жена в ужасе говорит: боже мой, у меня же пододеяльник неглаженный! "
Оцените ваши впечатления от сайта
-2 - плохо, больше не вернусь
-1 - буду посещать редко
0 - средне
+1 - хорошо, буду посещать часто
+2 - отлично, приду завтра
Наши каналы в соцсетях:
"Живут же где-то бегемоты!"
Про пижонов
Вчера на светофоре немного впереди нас остановилась велосипедистка — прямо валькирия, что коня на скаку остановит, в черных шортах и майке, с чудесными каштановыми волосами ниже талии.
А потом девушка немного повернулась, явив нам модную бородку из тех, что требуют чуть ли не каждодневного ухода, и "тоннели" в ушах.
— Пижон, однако, — заметил муж, — мало того, что такие волосы мыть — целое дело и борода постоянной заботы требует, так еще и ноги брить надо...
... И тут мне вспомнился еще один пижон, оставивший в моей жизни короткий, но вполне заметный, след.
Звали его Сашка, и повстречала я его в пионерлагере, куда меня отправляли, считай, каждое лето.
Сашка выделялся среди нас, незатейливых советских подростков, как красно-желто-синий попугай в курятнике среди стандартных бройлеров.
И в первую очередь — благодаря рубашкам-"гавайкам" вырвиглазной расцветки с огромными цветами и попугаями, которые, по его словам, привез отец, служивший в торговом флоте.
Общий "лук", как говорят нынче модные блогеры, дополняли буйно-кудрявые рыжие волосы до плеч — им позавидовала бы любая девчонка, и штаны, как у Волка из мультика "Ну, погоди".
К тому же, Сашка еще и пел, бренча на гитаре, эмигрантско-блатные песенки вроде "Над Канадой, над Канадой, ветер медленно кружится... ", "Сиреневый туман над нами пролетает... ", и, наверное, по этой причине вел себя, как поп-звезда, случайно попавшая к папуасам, которые о нем слыхом не слыхивали.
Поэтому ребята над ним посмеивались и даже издевались — нашелся тут пижон! , а вожатые не оставляли попыток привести его в подобающий пионеру вид.
Но в один прекрасный день отношение к нему резко поменялось.
... Хотя, может, не пойди мы на озеро купаться, все осталось бы по-прежнему....
Но когда мы уже возвращались в лагерь — девчонки с вожатой впереди, мальчишки -чуть сзади, с одной стороны тропинки колхозный коровник, с другой — огороженное пастбище, дорогу нам преградила здоровенная и очень рогатая корова.
Вид ее ничего хорошего не обещал, так что все прыснули врассыпную, а я как-то нечаянно оказалась между коровой и стеной коровника.
И наглая скотина, пользуясь тактическим преимуществом и моим страхом — а я была городское дитя, видевшее коров исключительно издали, наставила на меня рога и стала теснить к стене.
Не знаю уж, собиралась она и в самом деле поднять меня на рога или просто развлекалась — ведь жизнь деревенских коров небогата на развлечения, но помешал Сашка, выдавший ей хороший пинок ногой по филейной части.
Агрессорша повернулась к нему, что позволило мне спастись бегством, и тут Сашка удивил нас еще больше.
Похлопав ее по крупу, как заправский пастух, и сопровождая свои действия такими словами, знать которые пионерам не полагается, он погнал ее в сторону коровника, и скотина послушно потрусила, куда ее гнали.
А когда я принялась его благодарить — ведь дурная корова могла меня покалечить! он только пожал плечами:
— Подумаешь, великое дело! Да я в деревне у бабки с дедом всю дорогу коров пасу, это первое лето, когда мне культурный отдых в пионерлагере позволили!
... Где ты сейчас, Сашка, чем занимаешься? Надеюсь, что у тебя все хорошо, и ты по-прежнему такой же пижон.
Именно благодаря тебе я поняла, что нельзя судить о человеке по внешнему виду.
* * *
Рассказываю подруге про юность свою суровую...
— Все детство, — говорю, — по лагерям.
— Чего, — округляет глаза.
— По спортивным. Ты знаешь, что такое спортивный лагерь?
— Нет.
— Ну, — говорю, — линейка в 7 утра. Минута опоздания — 2 круга вокруг стадиона. Футбольного. После построения — небольшая пробежка до соседнего лагеря. Семь километров. По пресеченной местности. Через болота и деревья, натурально, скачешь.
— Пипец, — говорит подруга.
— Потом прибегаешь. Упражнения. Тренировка. В конце — игра.
— А потом отдых весь день?
— Ага, щас. Потом завтрак. После него уже нормальная тренировка, двухчасовая. Потом обед.
— И отдыхать?
— Нет, после обеда — тихий час. Мы во время него придумывали способ приготовить еду из кожаной мебели — жрать все время хотелось страшно.
Потом полдник. Коржик с молоком. Небольшая тренировка, ужин, после ужина — длинная тренировка и соревнования между командами.
— Ад, — выговаривает подруга дрожащими губами, — А потом спать?
— А потом, — говорю, — ДИСКОТЕКА...)))
15 мая 1963 года астронавт Гордон Купер сел в крошечную металлическую капсулу размером почти с телефонную будку и позволил ракете унести себя в темноту над Землёй.
Его корабль назывался Faith 7.
Задача выглядела простой только на бумаге: 22 раза облететь планету, провести в космосе сутки и вернуться живым.
Сначала всё шло почти идеально.
А потом, на 19-м витке, загорелся первый аварийный сигнал. Датчик ошибочно показал, что капсула уже начала входить в атмосферу. Купер отключил его.
Неприятно. Но не смертельно.
А затем исчезло питание.
Короткое замыкание вывело из строя автоматическую систему ориентации — именно ту, которая должна была рассчитать точный угол, момент и траекторию возвращения на Землю.
В космосе это не мелочь.
Если войти слишком полого — капсулу отбросит от атмосферы, словно камень от воды.
Если слишком круто — трение превратит корабль в огненный метеор.
Разница между жизнью и смертью измерялась долями градуса.
И все приборы, которые должны были помочь найти эту границу, замолчали.
В Центре управления видели, как системы отказывают одна за другой. Но ничего не могли сделать.
Купер остался один.
165 миль над Землёй. Без автоматики. Без нормальной навигации. Без права на ошибку.
И тогда он сделал то, что может сделать только человек, который не поддаётся панике.
Он взял ручку и нарисовал линии прямо на стекле перископа, чтобы ориентироваться по горизонту. Посмотрел на звёзды, которые месяцами изучал перед полётом. Сверил время по своим наручным часам.
Когда машины умерли, пилот сам стал машиной.
Он считал в уме. Сверялся с созвездиями. Смотрел на Землю под собой. Отмерял секунды часами.
И в нужный момент включил тормозные двигатели.
Капсулу затрясло. Небо превратилось в огонь. Связь исчезла.
Несколько минут Faith 7 летела сквозь раскалённую плазму. На Земле никто не знал, жив ли он.
А потом раскрылись парашюты.
Капсула приводнилась в Тихом океане всего в 4, 4 мили от спасательного авианосца USS Kearsarge (CV-33).
Это было самое точное приводнение за всю историю программы Project Mercury.
Человек с наручными часами, ручкой и звёздами за окном превзошёл всю автоматическую систему NASA.
Мы живём в мире, который обожает технологии.
И да, технологии невероятны. Они ведут нас в космос, спасают жизни, соединяют континенты.
Но история Гордона Купера напоминает о главном: последним резервом никогда не было программное обеспечение.
Последним резервом был человек, способный смотреть в окно, ясно мыслить, когда всё ломается, и принимать решение.
Питание отключено. Приборы мертвы. 165 миль над Землёй. Шанс на выживание — доли градуса.
Он нарисовал линии на стекле. Прочитал звёзды. Сверил время по часам. Всё рассчитал сам.
И вернулся домой.
* * *
Командировка, гостиница. Поздно вечером сижу в туалете. Вдруг сзади какой-то шорох, оборачиваюсь и вижу в стене над унитазом лючок. Да даже не лючок, а внушительный такой люк. Звук вроде оттуда. Открыл его, а там ничего нет. Вдруг за трубами стена пропадает, слепит свет, и на меня удивленно смотрит рожа мужика из соседнего номера. То есть у него такой же люк в туалете напротив моего, он также что-то услышал и открыл этот люк. Молча смотрели друг на друга секунд 15, потом молча кивнули и закрыли этот портал.
"Начало каникул"
Записано со слов моего дядьки, военнослужащего.
80-е годы прошлого века. Военная академия в одном крупном городе. Учащиеся нашего курса — сплошь офицеры не ниже капитана. Воистину украшение потока — пара жутких разгильдяев, профессионалов в борьбе с зеленым змием (воевали, они, правда, на его стороне), двух майоров.
Гирченко и Цымбалюк (имена изменены до неузнаваемости). История умалчивает, были ли они знакомы раньше, но порознь их никто никогда не видел. Были они, как говорится, однотипными: одного роста, одной комплекции, даже лица чем-то похожи были. И обитали Гирченко и Цымбалюк в одной комнате в общежитии. За схожесть внешности и характера их пару прозвали Дубль. Но через какое-то время прозвище само собой вылилось в Дупель. Что, кстати, чрезвычайно им шло и как нельзя более точно определяло их ежевечернее состояние.
Одним прекрасным утром (хотя кому как! Дупелям оно таким не казалось) дверь аудитории отворилась, и народу явились Гирченко и Цымбалюк. Сказать, что были с бодуна, — ничего не сказать. Они были с БОДУНА... Накануне, оказывается, был такой повод, мимо которого ну просто невозможно было пройти. То ли очередная годовщина Ланкастерхаузской конференции, то ли день рождения Патриса Лумумбы... В общем, при их появлении от выхлопа даже мухи с потолка попадали.
Как назло, первой парой в тот день был немецкий. Преподаватель — Фрау, как ее называли между собой, — худенькая старушка, готовящаяся через пару лет отметить свой первый столетний юбилей. Первый — потому что энергии и любви к языку Гете ей хватило бы еще лет на 300 как минимум. Заметим, что Фрау на дух не переносила запах спиртного. Так что места за задними столами Дупелями были зарезервированы давно и надолго.
Едва войдя в аудиторию, Фрау издалека засекла две физиономии зеленовато-фиолетового цвета... Поджала губы, помолчала немного и начала:
— На прошлом занятии я просила подготовиться к опросу. Все готовы?
Дружный хор голосов:
— Так точно!
— Великолепно. Гирченко и Цымбалюк, к доске!
Дупеля почти строевым дошли до доски. Фрау:
— Задание — составить диалог. Тема — допрос военнопленного.
Несколько минут — звенящая тишина. Гирченко долго смотрит на Цымбалюка, медленно наливается краской (хотя куда уж больше!) и выдавливает:
— Ви ест руссиш пахтизанен?!!
— Ja, ja!
Все. Не рыдали от смеха только портреты классиков на стенах. И Фрау. Выждав МХАТовскую паузу, она негромко сказала:
— Вон. До конца года не сметь появляться на занятиях. Увидимся на экзамене.
И действительно, все попытки Дупелей прорваться на занятия по немецкому пресекались на корню до конца учебного года.
P. S. А экзамен оба на "тройки" сдали.
Урал летит во времени на два часа впереди Москвы. Покупает мужик билеты на самолет. Народу у кассы немного: блондинка, за ней -пузатый мужик, и рассказчик.
Тетка берет билеты до Москвы и обратно. Кассир ей сообщает время прилетов и отлетов.
Причем, время местное (местное Московское и местное Уральское). Методом элементарного вычитания блондинка уяснила, что в Москву лететь 30 минут, а обратно — 4,5 часа. Спрашивает кассира:
— Почему назад так долго?
Кассир объясняет про разницу во времени, но довольно сумбурно, тоже, знаете ли, не оратор.
Блондинка слушает, истово кивает и снова:
— А назад-то почему так долго?
Новый виток объяснений, после чего следует тот же вопрос...
Кончилось тем, что не выдержал следующий очередник — пузатый мужичок.
Он сделал небольшой шаг вперед и размашисто двинул пузом.
Тетку слегка отнесло от кассы, и вслед ей мужик выдал непререкаемым тоном:
— Обратно против ветра пойдем!
Самое интересное, что тетка молча и с думой на лице двинулась к выходу. И вышла.
* * *
Я живу на окраине Битцевского парка в Москве. Пару лет назад рядом с нашим домом отгрохали новую башню в 24 этажа, совершенно изгадив вид из окна. В башню эту стали заезжать люди, естественно, не бедные. Одним из первых поселился новый русский (НР в дальнейшем) с совершенно безумным бультерьером. Этот песик и от рождения не страдал человеколюбием,
а этот придурок еще специально его натаскивал для повышения агрессивности. Этот буль перекусал всех собак в окрестности, даже овчарки уходили с позором зализывать раны. На все попытки хозяев разобраться, НР смотрел выпуклыми глазами и подзывал буля поближе на случай каких-либо осложнений.
В итоге, все стали выгуливать собак во дворе, что было довольно дико, учитывая, что лес в 50 метрах. В лесу гулял только буль...
А последним в башню вселился мужик из Сибири, совершенно неопределенного возраста, между 40 и 65, весь в морщинах, то ли золотоискатель, то ли нефтяник бывший. Звали мужика Ермолай и привез он с собой лайку.
Сказать, что лайка была старая, значит ничего не сказать: практически вся морда седая, лет 18 ей (ему, его звали Рэкс) было. Рэксу в жизни здорово досталось: вся голова в страшных длинных шрамах, одного глаза нет, ухо в лохмотьях, задняя нога не сгибалась вообще, как у полковника в фильме "Здравствуйте, я ваша тетя". Кроме этого, Рэкс отличался необыкновенным пофигизмом и добродушием, больше свойственным плюшевой игрушке, чем живой собаке. Дни он проводил в детской песочнице, где малыши таскали его за единственное ухо, за хвост и даже пытались кормить куличиками из песка. Девочки его очень жалели и загладили бы до смерти, если бы Ермолай, возвращаясь с работы, не загонял пса домой.
Естественно, Ермолай стал водить Рэкса в лес выгуливать. Соседи объяснили ему ситуацию, что это очень опасно, но Ермолай ничего не понял и сказал, что Рэкс всю жизнь гулял только в лесу и на старости лет переучиваться ему западло будет.
Все стали ждать встречи, опасаясь, что для Рэкса она будет последней. И, примерно через месяц, это случилось...
В то утро я перебирал на солнышке одно из самых е#учих (вот она, нецензурная лексика!) изделий отечественного автопрома, карбюратор Солекс от восьмерки.
Вдруг из леса выбегает НР с окровавленным булем на руках. Он голосует на дороге, никто, естественно, не останавливается, и он убегает в сторону проспекта, оставляя за собой кровавый след.
Через полчаса появляется Ермолай с Рэксом, оба спокойные, идут домой, кушать. Народ к ним: как, что???!!!
Ответ звучал примерно так:
— Ну, гуляем мы, Рэксик писает, вдруг из кустов сосиска зубатая прыгает и давай залупаться. Ну, Рэксик его и тяпнул. А х%ли, мы с ним вдвоем раз 50 на медведя ходили...
"Нахальство и невозмутимость"
В последнее время много всяких новостей о российских олигархах, их яхтах, деньгах, суете и бедах. В этой связи вспомнилось:
2006-ой год. Только что российское правительство ввело в оборот пятитысячные купюры. По тем временам это были очень большие деньги, сравнимые с размером хорошей пенсии, почти 200 долларов. Вначале эти купюры были редкостью – все о них слышали, но мало кто видел. Тем летом наш крестный отправился навестить своих родных в город Бежецк Тверской области. В кассе предприятия ему выдали "отпускные", в том числе и новенькую розовую пятитысячную бумажку.
В Бежецке, отправившись за покупками в небольшой продовольственный магазин, он решил разменять эту пятитысячную. Продавщица долго, с сомнением, недоумением и растерянностью крутила купюру, потом позвала владельца магазинчика. Тот с интересом рассмотрел деньгу, одобрительно поцокал языком, потом поднял глаза на покупателя и с уважением сказал: "Так вот ты какой, Роман Абрамович! "
* * *
"Совершенно Летняя!"
История из моего далекого детства. Жила я на Дальнем Востоке в военном гарнизоне и знаю массу военных историй, как говорят, от первых лиц. Вот одна из них. Рассказал офицер, служивший в свое время в Афганистане. Далее от первого лица.
Я был водителем при полевой кухне и развозил по утрам на блокпосты провизию. Как то по "малой нужде" остановился
в пустынной местности. Пейзаж грустный, камни, песок сухие кустарники и…маленькая кобра. Решил животинку подкормить, налил в жестянку немного молока и поехал по своим трудовым делам. И так каждый день, проезжая мимо этого места, я останавливался и поил мою новую знакомую молоком. Со временем, она совсем выросла и превратилась в большую кобру-красавицу. В один прекрасный день я, как и прежде, остановился у того места и наливал молоко, как из кустов на меня бросилась моя кобра-красавица. От неожиданности я не успел ничего сделать, она оплелась вокруг моей шеи, раздула свой капюшон и угрожающе зашипела. Сказать, что я никак не ожидал такого поворота событий — не сказать ничего, в голове помелькало много мыслей… "за что? " "почему? " и прочей философской чепухи…ну и, конечно, было жутко обидно, что кобра явно поступала не по-товарищески. При малейшей попытке шевельнуться кобра еще шире раздувала капюшон и шипела, явно давая мне понять, что мои телодвижения не желательны. Прошло достаточно много времени с тех пор, как я был "взят в плен", но неожиданно моя "подруга" ретировалась в кусты так же молниеносно, как и появилась сначала. Разогнув затекшее тело, я поспешил к машине, выдумывая по пути, как я буду объяснять столь дерзкое опоздание. Доехав до места назначения, я к ужасу понял, что объяснять свое отсутствие некому… пока меня не было, душманы перестреляли всех ребят на блокпосту, не оставив в живых никого….
Как вы уже поняли, моя кобра-красавица силой меня удерживала от неминуемой смерти. К слову сказать, больше я ее с тех пор не видел…. сколько ни ждал ее у того места.
Задача дня от 13 мая
( Показать..) * * *
